Всё, что любовью названо людьми - Фальк Макс - Страница 38

— Этот твой, — Кроули указал на священника. — А вот этот — мой.

Он шагнул к человеку в чёрном, который попятился, хватаясь за чётки на поясе.

— Поздно, — злым голосом сказал Кроули. — Это тебя не спасёт.

Человек бросился к боковой двери трансепта. Кроули, не торопясь бежать, следовал за ним — как ангел (демон) возмездия. Фонтан кристально чистой воды бил ввысь, поток журчал по ступеням, разливался по полу. Одержимый священник катался по нему, раздирая на себе одежду.

— Изыди, — шепнул Азирафель бесу, прежде чем побежать за Кроули.

Они оказались на монастырском кладбище. За оградой полыхал монастырь — люди с факелами поджигали сараи, соломенные крыши, всё, что могло гореть. Другие, с кольями и копьями, толкали безумцев в огонь.

Кроули взмахом руки сорвал с горящей крыши огненный смерч и кинул его вдогонку убегающему человеку. Тот упал, но поднялся, невредимый. Развернулся лицом к демону. Кроули наступал на него.

— Ты не можешь мне навредить! — крикнул человек.

Азирафель молитвенно сложил руки, запрокинув голову — и на тёмном небе сгустились тучи, на землю упали первые капли дождя. Потом хлынул ливень. Кроули сейчас вряд ли требовалась небесная помощь, а вот людям, которых пытались сжечь, она была жизненно необходима. Как и разъярённой толпе — было бы здорово, если бы всем им сейчас пришла в голову мысль разойтись по домам. Было бы просто чудесно.

Кроули взмахнул рукой, и земля расступилась чёрным провалом, из него вырвалось пламя.

— Я не могу, — сказал Кроули. — Но знаю, кто может.

Из провала взметнулись руки. Они ухватили человека за ноги, за края одежды — и потащили вниз. Когда его вопль затих, земля схлопнулась, осталась только чёрная обугленная борозда поперёк могил. Кроули стоял ещё пару мгновений, пошатываясь — потом упал. Азирафель бросился к нему, упал рядом, подтащил повыше, укладывая себе на колени.

— Не вздумай исцелять, — хрипло предупредил Кроули — но Азирафель и так помнил, чем однажды обернулось его желание помочь, и творить чудеса не собирался.

— Что я могу для тебя сделать? Как помочь? — с тревогой спросил он.

Кроули поднял руку из-под плаща, повертел ладонью, разглядывая. На запястье расползалась, зримо увеличиваясь в размерах, уродливая язва. Она пожирала плоть, прожигала кожу. Одна-единственная капля святой воды всё же попала на него, несмотря на все предосторожности Азирафеля. Кроули с философским спокойствием разглядывал, как разрастается язва. Его будто не беспокоила опасность окончательного развоплощения. Он улыбнулся.

— Не думал, что так скоро, — удивлённо сказал он, глядя, как плоть тает — от кисти вскоре осталась только культя. — Это больно, — добавил он, хмурясь.

— Кроули, это… нужно как-то остановить! Пока ты весь… Не оставляй меня! — с ужасом потребовал Азирафель.

— Страшная штука эта ваша святая вода, — заметил Кроули, будто ему некуда было торопиться. Он поднял глаза на ангела — и от спокойного смирения в них Азирафеля пробрала дрожь.

— Что мне делать — проклясть тебя? — в панике спросил Азирафель. Он надеялся, что Кроули знал, что делать в таких ситуациях. Кроули столько всего знал — и это тоже был должен! — Отрубить тебе руку?..

— Нет, не поможет, — спокойно сказал Кроули. — Это же не гангрена.

— Ты можешь оставить тело! — воскликнул Азирафель.

— Не могу. Это святая вода, она прибивает дух к плоти, как гвоздями к кресту, — возразил Кроули. — Так что я… умираю, — с некоторым удивлением сказал он.

— Ты не посмеешь!

— Был бы тут экзорцист, он мог бы изгнать меня, но последнего местного экзорциста год назад утопили в колодце.

Азирафель судорожно дышал, охваченный паникой, шарил глазами по каменным крестам и могилам. Ливень хлестал его по лицу, но ангел не замечал. Он не знал, чем помочь. Как помочь? Найти нового экзорциста?.. Позвать демонов-лекарей?..

— Ты мог бы, — сказал Кроули, не мигая глядя Азирафелю в лицо, — изгнать меня. Было бы очень по-дружески.

— Изгнать? Что? — переспросил тот, оглушённый ужасом. — Я не знаю обрядов!..

— Ты же ангел, дурнина, — улыбнулся Кроули. — Тебе не нужны обряды, ты можешь мне приказать.

— Как будто ты всегда меня слушаешь!

Кроули сжал его руку своей оставшейся, положил себе на грудь.

— В этот раз я тебя послушаю. Обещаю.

— Но…

— Я вернусь к своим, приду в норму за пару дней, — сказал Кроули. — Встретимся где-нибудь. Только не в Женеве, там Реформация, все с ума посходили.

— Я не умею, я могу случайно убить тебя!

— Ладно, — почему-то сразу согласился Кроули, и опять улыбнулся. — Хорошо. Так будет лучше.

— Прости, — спохватился Азирафель, сжал его руку и закрыл глаза. Зашептал: — Именем… именем… А если я всё же убью тебя?..

— Я и так умираю. Если не собираешься мне помогать — тогда знай, что ты самый неблагодарный, самый вздорный, самый пустоголо…

— Изыди! — отчаянно воскликнул Азирафель, зажав ему рот.

Послышался звон. Тело Кроули скрутилось судорогой с коротким воплем, выгнулось над землёй, вспыхнуло — и рассыпалось в чёрную сухую пыль.

Над головой Азирафеля раздался гром, ливень хлынул ещё сильнее.

— Да, — растерянно сказал Азирафель, потирая руки и подставляя их под капли дождя. — Я надеюсь, я всё сделал правильно.

Чёрные потоки струились по его ладоням, становясь угольно-серыми, светлея, смывая с них прах на землю, будто возвращая в неё. Азирафель сидел под холодным ливнем, вода струилась с волос, текла по спине. Он чувствовал себя совершенно потерянным и отчаянно одиноким.

III

В предгорьях была ещё осень, но ветер нёс с вершин дыхание ледников. Величественные Альпы вздымались, как исполинские сахарные головы. Азирафель смотрел на них, тревожно выстукивая пальцами по дереву. У его ног лежало тихое гладкое озеро, будто зеркало, отражая облака и вершины. Место было укромным, но он был уверен, что Кроули найдёт его.

Если, конечно, с Кроули всё в порядке. Если Кроули жив. Если он не убил его по неосторожности, изгоняя из тела.

Азирафель вздохнул. Прошло уже пять дней с пожара в монастыре, а от демона не было никаких вестей. Азирафель успокаивал себя тем, что Кроули вот-вот появится, и терпеливо ждал. Как только Кроули вернётся на Землю, они найдут друг друга…

— Надеюсь, ты заработал поощрение за то, что изгнал меня, — заметил Кроули, по своему обыкновению появляясь из-за плеча. Азирафель чуть не подскочил, обернулся. Камень, гора, все Альпы разом свалились с его сердца, когда он увидел Кроули. Тот выглядел намного лучше, чем в монастыре — отдохнувшим, как и обещал. Рыжего огня в его волосах было больше, чем в целом осеннем лесу, рябинах и клёнах.

— Кроули, — выдохнул Азирафель, наконец улыбаясь.

В противовес новоявленным протестантам, которые проповедовали отказ от стяжательства и скромную добродетель, демон был одет по испанской моде. Азирафель обласкал его взглядом с головы до ног, прежде чем с негодованием отвернуться. Он находил испанскую манеру украшать себя чересчур вызывающей — но Кроули, разумеется, всё было к лицу.

— Так как тебя занесло в монастырь? — спросил Кроули, щелчком расправляя кружевной воротник.

— А тебя? — встречно спросил Азирафель. — Что это за ужасная история?..

— Я первый спросил, — Кроули указал на него пальцем. В обычное время Азирафель потребовал бы не указывать ему, что делать, но он был слишком рад его видеть.

— Я искал тебя, — ответил он. — Почему ты не сказал, что у тебя неприятности?

Кроули промычал что-то уклончивое, полное сомнений и неуверенности. Отвернулся, посмотрел в сторону.

— Тебе стоило мне сообщить, — тихо добавил Азирафель.

— Зачем ты меня искал? — спросил Кроули, нетерпеливо меняя тему.

— У меня было плохое предчувствие, — сказал Азирафель. — Мне казалось, с тобой что-то случилось. Я написал тебе на известные мне адреса, но ты не ответил. Обычно ты всегда отвечаешь, — с ноткой возмущения сказал Азирафель, будто забыл на мгновение, что у Кроули была веская причина для молчания.