Всё, что любовью названо людьми - Фальк Макс - Страница 37

Точнее, попытался, поскольку Кроули как раз поднялся на ноги и нетвёрдой походкой пересекал пресвитерий, будто совершенно забыв про Азирафеля. Пришлось поменять руку, чтобы указание вышло точнее.

— Он дьявол, — ответил человек в чёрном. — Он должен умереть.

— Но его нельзя убить, — Азирафель засмеялся от вежливой неловкости, — только развоплотить. Это страшно его разозлит, так что когда он вернётся, он будет в ярости — я бы на вашем месте не хотел сталкиваться с ним, когда он не в духе.

— Начинайте, отец Симон, — велел человек в чёрном.

Священник начал: не очень уверенным голосом, который быстро окреп, он потребовал от Азирафеля оставить это место. Кроули, меланхолично бормоча себе под нос какую-то песенку и путаясь в словах, выхаживал по краю ступеней перед алтарём, как по канату — раскинув руки и качаясь из стороны в сторону, будто сломанный маятник, ещё и пытаясь выделывать в такт ногами.

— Послушайте, — начал Азирафель, выставляя вперёд ладони, — это вам не поможет, вы не сумеете его изгнать. Поверьте мне, если он не хочет уходить — он будет упрямиться до последнего, я-то знаю, — он улыбнулся, но спохватился и сдвинул брови.

— Тогда мы просто убьём его, — ответил человек в чёрном.

— Я же сказал — его нельзя убить, вы его лишь разозлите… — начал Азирафель и осёкся, когда заметил флягу, заткнутую пробкой.

— Святая вода, — пояснил человек. Плеснув себе на ладонь, он со смехом брызнул с пальцев на Азирафеля. Тот отшатнулся, вытер мокрое лицо. В панике обернулся на Кроули. Что с ним станет, если на него попадёт хоть капля?..

Азирафель торопливо стащил с плеч свой дорожный плащ, кинулся к Кроули, укрыл его, завязал шнурок крепким узлом. Накинул ему на голову капюшон. Кроули не возражал — едва ли он вообще сейчас понимал, что происходит.

Священник осенял крестом стены, витражи, пол, лавки, окроплял их святой водой. Из разбитых плит пола начал сочиться густой чёрный дым, рожи на витражах корчились, закрывались руками. В другое время Азирафель, наверное, порадовался бы искренней вере этого человека, которая сейчас изгоняла из церкви демоническое присутствие, но в сложившихся обстоятельствах радоваться было нечему — Кроули пел и валял дурака, не подозревая, какая опасность грозит ему. А если он наступит на каплю святой воды?.. Прожжёт ли она его обувь?.. И что случится тогда?..

В разбитое окно влетел факел, покатился по полу. Азирафель вздрогнул, очнулся. Снаружи раздавались неясные крики, шум, глухой стук топора — кажется, где-то выламывали дверь. Кто-то вопил, будто его резали — Азирафель с ужасом подумал, что слово «будто» могло оказаться лишним. Он дёрнулся к двери, ведомый инстинктивным желанием спасать всех, кто в беде — но обернулся на Кроули. Тот совершенно не был настроен себе помогать, и оставлять его со священником было опасно. Насколько опасно, Азирафель предпочёл не думать.

Он торопливо заступил дорогу священнику, попытался ещё раз воззвать к его разуму:

— Дорогой отец Симон, мы друг друга совсем не поняли, — сказал он. — Да остановитесь же хоть на минуту! послушайте. Я хочу кое-что объяснить.

— Именем Господа нашего Иисуса Христа приказываю тебе отступить от этого человека! Сгинь! Сгинь, демон! Изыди!

Азирафель оскорблённо протёр мокрое лицо ладонью и посмотрел на священника уже совсем не так дружелюбно, как секунду назад. Но всё-таки нашёл в себе силы опять ему улыбнуться.

— Я вас уверяю, так мы ни к чему не придём. Вам будет гораздо проще выполнять свою работу, если я уйду и заберу с собой этого демона, — он указал на Кроули. — Вы сразу заметите, как здесь станет намного святее.

Священник замахнулся было брызнуть водой в сторону Кроули, но Азирафель заслонил его, подставившись под брызги. Ему-то было всё равно — хотя кружева от грязной воды могли покоробиться или даже пожелтеть, сейчас он совершенно об этом не думал.

— Кроули! — громко позвал он. — Ты не мог бы куда-то спрятаться на время? Я боюсь, этот человек настроен решительно!

Кроули устало оглянулся, будто искал, куда спрятаться — и наткнулся взглядом на человека в чёрном, будто только что вспомнил о его существовании.

— Слышишь? — Кроули указал на окна, откуда доносился шум. — Они сожгут монастырь. Ты доволен?

— Да, — ответил тот. — Я доволен. И я буду просто счастлив, когда ты отправишься в Ад.

— Он и так там живёт, — вставил Азирафель, на мгновение отвлекаясь от противостояния со священником. — Если вам было нужно, чтобы он отправился в Ад, могли бы подождать новолуния, тринадцатой пятницы или… я не помню все те дни, когда он сдаёт отчёты, — пожаловался Азирафель.

— Нет, ангел, это другое, — ответил Кроули, который, кажется, начал приходить в себя.

— Хотел бы я знать, что, — пробормотал Азирафель — и бросился перехватить священника почти на самых ступенях у алтаря. — Нет-нет! Вам туда нельзя. Давайте обсудим — я могу благословить вас, вашу семью и всех ваших потомков на семь поколений, если вы сейчас отдадите мне… — Азирафель потянулся к фляге, но священник отпрянул в сторону. — Ладно, теперь ты хотя бы на шаг от него дальше, — пробормотал Азирафель.

Он оглянулся на Кроули. Кроули стоял на месте, задрав голову, и разглядывал потолок.

— Ты совсем мне не помогаешь! — крикнул Азирафель.

— Я не могу помочь, — отозвался демон. — Я заперт. Освободи меня — я помогу.

— Освободить! — воскликнул Азирафель. — Как?

Азирафель совсем не был специалистом в демонологии. Пусть он и изучал предмет на протяжении нескольких тысяч лет, но его знания были узкоспецифическими и касались всего одного демона, а не способов их поимки или освобождения. Он не знал ритуалов снятия проклятий или разрушения пентаграмм. Он понятия не имел, как освободить Кроули.

— И где огненный меч, когда он так нужен? — саркастично спросил Кроули.

— Меч… Меч! — воскликнул Азирафель, когда его осенило.

Он же был ангелом, это люди выдумывали ритуалы и хитрые способы — ему, ангелу, они были не нужны. Ему был нужен лишь меч — или что-то ещё, достаточно святое и достаточно прочное, чтобы разрушить алтарь — физическое сосредоточие пентаграммы.

Азирафель схватился за ближайший тяжёлый канделябр. Вознёс короткую молитву — и тот вспыхнул у него в руке. Кроули отшатнулся. Азирафель сделал ему знак отойти ещё дальше — и врезал канделябром по алтарю.

Оглушительный звон гулом пронёсся под сводами церкви, бронзовый канделябр погнулся — и это было единственным результатом, которого добился Азирафель. Всё-таки огненный меч был бы надёжнее.

Отбросив бесполезное оружие, Азирафель нахмурился. Он не собирался сдаваться. Если грубая сила не помогла — что могло бы помочь?.. Он пробежал взглядом по стенам, читая знаки. Демоны когда-то были ангелами, и язык, который они использовали для магии, был тем же самым, что использовали на Небесах — только грубее и примитивнее. Здесь были знаки стражи, замков и цепей. А что, если перекрыть их знаками совершенно противоположными, пентаграммой открытия?.. С него, конечно, потом спросят, зачем он открыл родник с ключевой водой посреди церкви, но он что-нибудь придумает. Потом.

— Держись возле алтаря! — велел Азирафель, торопливо расставляя по кругу свечи.

— Ты что задумал? — ясным голосом, будто очнувшись, спросил Кроули.

Азирафель, закончив поспешную подготовку, соединил ладони. Взмолился.

Взмолился он так отчаянно, с такой силой, что ответ получил соответствующий. Мощный гейзер с рёвом взломал плиты пола, ударил до самого потолка, сбросив алтарь с возвышения.

— Ты что творишь! — закричал Кроули, перекрывая грохот воды. Демонические знаки на стенах гасли. Человек в чёрном изумлённо распахнул глаза, у него вытянулось лицо. Он в растерянности шагнул вперёд. Священник сбился в молитве, попятился, крестясь. Человек в чёрном вырвал у него флягу, швырнул в Кроули — тот еле успел прикрыться, отпрыгнув в сторону. Запахнув плотнее ангельский плащ, он освободил одну руку, размял кисть — и, повинуясь его жесту, из-под земли выскочил бес.