Невеста проклятого волка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 87

Собственно, дальше трогать эту тему было незачем.

Когда на пути волков вдруг появился кумат, Данир, шедший впереди, просто обошёл его, как забытый кем-то предмет мебели. Его мысли были далеко, и не котам было нарушить их ход. Остановился Виктор, и то потому, что узнал кумата.

— Привет, Уянн, — сказал он. — Ты-то откуда тут взялся?

— Здравствуйте, айт, — парень держался вполне непринужденно, хотя и поклонился. — Мастер сожалеет, что не пришёл сам, у него трудный больной. Он получил новости из Карруна.

Данир, который был уже впереди, замер и медленно обернулся.

— Новости, у вас? Продолжай, — кивнул Виктор.

— Одноликая куматка сбежала вместе с волком. Волк спел весть, нашёл диких братьев, и начал следить за кури, продолжая петь вести. Айю Катерину и ещё двух волчиц везут в клетке.

Данир громко выдохнул сквозь зубы и приблизился.

— Они сыты и здоровы, — торопливо добавил кумат. — Потом кури заметили волков и воспользовались путающими амулетами. Но амулетов против куматов у них нет. Их вообще нет, — парень горделиво выпрямился.

— Куматка сбежала вместе с волком? Кто придумал эту байку? — вмешался Кайнир.

— Они вместе сбежали. Потому что оба были с айей Катериной.

— Тогда понятно. Но разве вы передаёте вести? Ведь вы, коты — одиночки, сидите по своим норам и сторожите территорию, — заметил Виктор.

— Коты передают вести. Каждый может передать нескольким живущим рядом, — пояснил Уянн. — Ненамного медленней, чем это делают волки, и гораздо незаметней. В Ганите живет много диких братьев. И никто ещё не придумал убегать от котов и делать против них амулеты. Коты найдут кури и волчиц. Мастер приказал мне передать это вам и пойти с вами, если позволите.

— Куда пойти?.. — наконец, заговорил Данир.

— В Каррун. Вы ведь не сможете сами найти там куматов. Они разбегутся от вас, айты.

— Я бы согласился, брат, — сказал Виктор. — Лесная стража — это хорошо, но…

Данир медленно кивнул.

Часть 16.

День, ночь, день, ночь, потом опять и опять. То ехали быстро, словно удирали от кого-то, то по полдня стояли на какой-нибудь полянке. Каждый вечер — узелок на шнурке. Корзинка еды. Шум леса вокруг. И тоска, которая нарастала. И отчаяние. Катя перебирала пальцами узлы на шнурке, каждый из которых означал один день, и не могла сказать, сколько их точно. Нет, знала, примерно, но пересчитывать перестала. Боялась. А может, надеялась, что их вдруг станет меньше — как по волшебству. Волков они слышали, по ночам и уже как-то издалека. Кайя всё больше мрачнела и плакала. Виора и Катя в основном молчали, глядя на лес в щели полога — полог теперь целиком не снимали, и в клетке было сумрачно. И казалось, что легче было бы бежать за этой клеткой, чем сидеть в ней безвылазно. Катя то и дело вспоминала Данира, как нашла его в зоопарке. Тот отвратительный тесный вольер. Сколько времени он там провёл?..

А вечером — опять узелок. А потом ещё…

Поколесив по дорогам, они приехали наконец на заимку в глухом лесу. Большой двор, постройки, высокий забор. Лошадей распрягли и увели. Кайя встрепенулась, принялась оглядываться.

— Это не портал! — заявила она. — Здесь точно никакого портала нет!

— Откуда ты знаешь? — вздохнула Катя.

— Чувствую! Не то место! Нас тут прятать будут. Запрут! — и она снова разрыдалась.

— Думаю, так и есть, — тихо согласилась Виора. — Может, на кури облаву устроили, порталы перекрыли, а они узнали? У них, как ни удивительно, всюду свои люди. Муж рассказывал. Чем дальше от Веллекалена, тем дороже мы стоим. В основном двуликие дороги, конечно.

— Зачем им вообще двуликие? Глупость… — не удержалась Катя.

— Ну как же. Приручить. Слугой сделать. Потом хвалиться. Для этого лучше быть магом, конечно. Двуликие многое могут, — Виора говорила так же безучастно. — Хоть отдохнём тут немного.

Пришли кури и открыли клетку, один открывал, двое стояли с палками наизготовку. А чуть в стороне — женщина средних лет, смотрела с удивлением и страхом.

— Здравствуйте! — поздоровалась с ней Катя. — Нам бы помыться, и белье чистое. Помогите. Пожалуйста.

Женщина торопливо ушла.

— Иди! Разговорилась тут! — кури выругался и замахнулся палкой, но спохватился и отскочил.

Теперь их заперли не в клетке, а в просторной комнате с двумя зарешеченными окошками под самым потолком. С деревянными нарами-лежанками и столом, приделанным к стене.

— Мебель! — насмешливо восхитилась Виора. — Нас, что, на этот раз за людей приняли?

В комнате была ещё одна приоткрытая дверка, и Катя поспешила выглянуть в неё. Дверка вела во дворик-загончик под крышей, от остального двора отделённый стальной решеткой. Ну да. получше клетки, конечно. Но суть та же.

Дальше — приятный сюрприз.

— Эй, — гаркнул кури, заглянув в дверь. — В баню идите! Видите, хозяева тут добрые!

Собственно, это было почти счастье. Их охраняли старательно, пока вели по двору в эту самую баню. Баня как баня, правда, до жара не протопленная — может, тут это и не принято. Помещение с крошечными окошками, чаны с горячей и холодной водой, деревянные тазики-шайки. Простыни для вытирания. Деревянные гребни — расчесать волосы. Глиняные миски с желтоватым жидким мылом, пахнущим какими-то травами. Волчиц не торопили, как будто благополучно забыв об их существовании. Можно было мыться, мыться, мыться — до хруста. Потом пришла хозяйка с ворохом чистой одежды. Протиснулась в едва приоткрытую дверь осторожно, с пугливым любопытством в глазах. Катя подошла, взяла их рук женщины вещи, улыбнулась:

— Спасибо вам.

Хозяйка кивнула и поспешно ушла.

Уже переодеваясь — в старую, штопанную льняную сорочку, поверх которой полагались пестротканая юбка и кофта, и все было чудесно чистым и пахло травами — Катя увидела, наконец, что носила под платьем Виора, на витой серебряной цепочке. Маленький флакон в виде бутона. Такой знакомый.

Виора заметила пристальный Катин взгляд, смутилась и объяснила:

— Память о сестре. Ей подарила княгиня Лидана.

Катя шагнула к ней, тронула пальцем флакончик.

— Можно посмотреть?..

Он самый. Маленький, удлинённый, слегка приоткрытый бутон из стекла. Крошечная серебряная капелька со значком-клеймом на горлышке, и пробочка висит рядом, привязанная к горлышку цепочкой. Значит, флакончик пустой. Всё вместе смотрится как подвеска, слегка креативная, возможно. Катя всё же не привыкла носить на шее флаконы духов, а здесь это обычно, хоть эти духи практически не пахнут — по человеческим меркам.

Духи счастья Алиты, да. Значок на капельке тот самый. Было пять флаконов. Ароматная смесь вкупе с аромагией призвана дарить уверенность и хорошее настроение, а имя Лероки Габин есть в записях бабушки Лиданы, в списке обладательниц этого стеклянного счастья.

— А сестра подарила тебе?..

Что-то тут как будто казалось неправильным. Катя повертела флакон в пальцах, перевернула. Клейма на донышке не было. А на всех духах бабушки, как утверждают, оно было, и тоже включало в себя магию — в настоящий пузырёк княгини Лиданы никто, крове неё, не мог ничего налить.

— Позволь? — Катя сняла с удивлённой Виоры цепочку с флакончиком.

Обмакнув пальцы в холодную воду, она попыталась влить каплю во флакон. Да запросто! Вода капля за каплей послушно скользнула внутрь стеклянного бутона. Значит?..

Во всяком случае, этот флакон — не один из тех. Ручаться за каждый пузырёк в том шкафчике Катя конечно, не могла, но рылась она там не раз, и пустые флаконы-бутоны без клейма на донышке ей не попадались.

— Не тот флакон, — пояснила она, возвращая Виоре её реликвию. — Как будто поддельный. И магического клейма, защиты от подделки, на нем нет.

— Но этого не может быть! — Виора удивлённо заморгала. — Я взяла его у сестры!

Тут как раз в дверь стукнули.

— Эй, волчицы! Шерсть себе ещё не стёрли?