Вкус ядовитого поцелуя (СИ) - Вальц Карина - Страница 4

— У таких как мы, как известно, с идеями негусто, — услужливо разрядил обстановку Артур. — А вообще, ребята, здорово, что все мы здесь сегодня собрались, люблю я враждебную атмосферу… но сегодня настроение у меня не то. Давайте вы останетесь, организуете свой змеиный клубок. а я буду дальше отдыхать и не забивать себе голову.

— Артур широко улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом, подмигнул блондинке и потопал к выходу.

— Эй! — позвал его рыжий. — Ты куда?

— Не хочу вступать в Слизерин. И избавляю вас от проблем — не благодарите!

— Ты. ты отказываешься?

— Ага. Три дня и три ночи не понадобилось, видишь, какие вы все молодцы, вычислили предателя без зубов.

Артур наконец сделал ручкой и скрылся из виду, только его шаги гулкими раскатами отражались от каменных стен и напоминали о его неожиданном уходе.

— Придурок, — прошипел в след Артуру рыжий близнец и развернулся к нам. — Что ж, проблема решена? Может, стоит нам всем познакомиться?

Предложение было принято с неожиданной подозрительностью, но в результате мы все выдали свои имена. Так я узнала, что смуглого парня со светлой копной волос и яркими глазами зовут Дориан, и мы с ним были настолько похожи, что остальные приняли нас за брата и сестру. Все-таки смуглая кожа, светлые глаза и волосы — довольно редкое сочетание. Дориан улыбнулся мне, когда представлялся, но мне его улыбка не показалась искренней. Братьев-близнецов звали Мик и Дик. Мик, или Микаэль — тот, что инициативный, а Диккенс — его копия со скучающим выражением лица, он будто не хотел здесь находиться. Черноволосую красавицу, что подобно мне стояла в стороне и отмалчивалась, звали Валлина, тихую симпатичную девушку с короткой стрижкой — Лена, а стоящую подле нее эффектную блондинку — Арлин. Не зря она показалась мне смутно знакомой, потому что Арлин Шадо — наша местная знаменитость и почти звезда масштаба Междумирья.

Все новые для себя имена я хорошо запомнила. Завтра у меня будет интересный день — во-первых, не мешало бы выяснить, что из себя представляет каждый будущий Змей. Дальше

— узнать, что же со всеми нами произошло, я чувствовала, со мной творится неладное, и остальные страдают от той же напасти. Сумасшедшее желание стать как Жак, получить такую же метку, жадные-кровожадные мысли, толкающие на нетипичные поступки… С самого утра я пропустила мимо ушей все лекции, забила на подготовку к завтрашнему дню — а ведь я так никогда еще не делала. Поход в парк тоже необъясним.

Хотя второй пункт не особо важный, лучше сосредоточиться на первом, удобно знать, с кем имеешь дело.

А еще просто необходимо навестить Артура. Ведь он единственный, с кем я на самом деле могла поговорить, не опасаясь злого умысла или камня за пазухой. Артуру я доверяла, даже несмотря на то, что мы не разговаривали вот уже больше года.

ГЛАВА 3. Прошлое — окно в настоящее

Междумирье — чудное место, в котором возможно многое, если не все. Путешествия в иные миры, магия, невероятные события, резкие смены климата, фантастические твари, время от времени рвущиеся к нам из многочисленных порталов, интриги в королевском дворце, тайны Александрийской семьи, Змеи… дивный огромный мир, за которым интересно наблюдать и к которому так хочется хотя бы прикоснуться.

Но это трудно сделать, когда жизнь твоя проходит в далекой глухомани, а все, о чем приходится беспокоиться — это как бы свести концы с концами и не умереть от голода.

Моя бабушка и мама работали всю жизнь, собирая травы и продавая незамысловатые отвары, из тех, что пользовались самым большим спросом. Как только я научилась ходить, тоже влилась в семейное дело, помогая в сборе простых листочков, ягод и веток. Едва мне стукнуло десять, я поняла, что прожить так всю жизнь попросту не смогу, а дальше смотреть на бабулю, которая без единого дня передышки ежедневно уходила в лес с первыми лучами солнца и не возвращалась, пока не стемнеет, казалось пыткой. Само собой, я была слишком маленькой, чтобы хоть как-то исправить ситуацию, но в моей детской голове уже начали прокручиваться варианты возможного будущего. Такого, в котором я обязательно смогу позаботиться о родных, такого, в котором они смогут увидеть мир вместе со мной и им не придется больше горбатиться за жалкий кусок хлеба. Все это я неизменно озвучивала родным, но они лишь устало улыбались:

— Ох, Фифи, ты — само очарование. Пойду я, пожалуй, полежу немного, а то завтра обещают жаркую погоду… — это мама.

— Бедный ребенок, не стоило нам таскать тебя с собой с молодых ногтей, мы лишили тебя детства. Наверное, поэтому в десять лет в твоей прекрасной голове бродят такие неподходящие возрасту мысли. Идем, поможешь лучше бабушке заварить чай.

С тех пор подобные мысли я держала при себе. Но ни за что от них не отказывалась, особенно после наступления нелегких для семьи времен: на Междумирье опустилась долгая и холодная зима. Точнее, Междумирье в один прекрасный день ввалилось в эту самую зиму. Для тех, кто зарабатывает на жизнь сбором трав, это нелегкое время. Почти год температура не поднималась выше нулевой отметки, а иногда падала ближе к опасному для жизни минусу. До сих пор помню ту зиму и боюсь ее. Боюсь, что такая зима может наступить опять, ведь погода в Междумирье менялась вместе с положением острова: сегодня он в жарких тропиках, через месяц — в жутком холоде. В основном, конечно, климат держался благоприятный, а остров не перемещался так часто, но все мы знали: та зима может повториться. И для некоторых это ерунда, мешают жить лишь скользкие улицы и не самый приятный мороз, но для некоторых зима — это медленная голодная смерть.

Ту зиму мы пережили. И я твердо решила, что следующая пройдет для нас незаметно. Бабуля будет думать не о голоде, а о белоснежным зимних просторах и их красоте. Мама наденет по-настоящему теплые вещи и с удовольствием прогуляется на улице, вдыхая морозный воздух.

Я точно не знала, кем собираюсь стать в будущем, главным условием был хороший заработок. Поначалу я собиралась подобрать себе какую-нибудь работу с перспективами, закончить короткие курсы (что-нибудь популярное и востребованное, вроде применения демонической магии), но быстро выяснилось, что простых курсов недостаточно. Тогда-то моей целью и стала Александрийская академия — учебное заведение для элиты, для самых умных, целеустремленных и устойчивых. Выпускников Александрийки расхватывали с руками и ногами, лучше них не было никого, а значит, туда мне и дорога. К лучшим. А после — в город, туда, где порталы.

Жизнь моя сильно осложнилась: приходилось просыпаться еще раньше бабушки, преодолевать несколько километров ради более уважаемой школы, посещать сразу несколько дополнительных курсов, выжимать из своего среднего магического потенциала максимум, развивать его тяжким бесконечным трудом. А еще работать после возвращения домой, чтобы хоть немного помочь родным. Иногда мне становилось стыдно за столь скудную помощь, и, хотя мама с бабулей в один голос уверяли, что я не обязана заниматься семейным делом и моя задача учиться, я знала, что они во мне нуждались.

Само собой, до моего попадания в Александрийскую академию о парнях речь вообще не шла. Времени у меня не было, да и желания тратить силы на всякие глупости. А еще пример вот такой вот «глупости» всегда маячил рядом, я видела его, смотрясь в зеркало.

Да-да, я стала последствием маминой ошибки, хотя она это и отрицает. Но я знала: когда — то она тоже мечтала выучиться, и была близка к цели, но на пути ее выросла великая любовь, порушившая все планы. Такого я себе позволить не могла, тем более до заветного поступления.

Но становиться совсем уж чокнутой затворницей я тоже не собиралась, просто решила подойти ко всему с умом. Несколько легких романов во время учебы — это я могла себе позволить. Главное, чтобы эти самые романы не отвлекали от учебы и не сильно обременяли. В идеале я думала найти себе какого-нибудь очень умного старшекурсника, разговаривать с ним об учебе, вместе заниматься, чтобы я могла тянуться за ним… идеальные отношения. Мужская версия меня же, выгодный союз двух серьезных людей. Но такой вариант развития событий казался мне слишком безупречным, чтобы стать реальностью.