Вкус ядовитого поцелуя (СИ) - Вальц Карина - Страница 3

— Время бесценно для вас. Все просто: три дня и три ночи будет у вас на выяснение правды.

— Среди вас есть человек, которого мы не приглашали, — подхватил женский голос с интересной хрипотцой, — этот человек пришел сюда сам. Мы можем не знать его мысли и цели, но мы знаем его. Но это неважно.

— Иногда воля случая открывает невероятные возможности, а наш долг — принять новое, не сопротивляться и наблюдать, к чему это приведет. Поэтому все вы равны в наших глазах, шанс будет у каждого. С какими умыслами человек пришел — неважно, важно, кем он сможет стать с нами, когда сменит кожу. — Голос номер три, уверенный и мощный.

— Но каждый год нас становится больше на десять человек, без исключений. Мы никогда не нарушаем традиций. Найдите лишнего, найдите недостойного, найдите змею без клыков. И помните, что это могут быть разные вещи, — опять заговорила женщина.

— Решение за вами. Новое поколение имеет голос, мы прислушаемся.

— У вас три дня и три ночи.

По залу прошел холодный ветерок, он закружился от центра вверх и унес вместе с собой тени с балконов, они растворились и ушли в темноту. Поток ветра резко обрушился вниз, ударил по полу и разбежался по сторонам, туша свет. Но никто из нас и пикнуть не успел, как факелы вновь зажглись, демонстрируя абсолютно пустое помещение с аркой-выходом. Наблюдающие за нами «капюшоны» растворились вслед за «Большой Четверкой», оставив нас одних. Шокированных, растерянных и теперь сильно напуганных.

— Так… кто-нибудь что-нибудь понял? — первым заговорил рыжий близнец, медленно скользя взглядом по лицам остальных присутствующих.

— Почти уверен, что нам только что навязали какой-то идиотский квест, — протянул Артур, с интересом разглядывая потолок. — Что-то вроде «найди крайнего», «затычь пальцем ближнего».

— Но нас двенадцать, — сказал рыжий близнец.

Он был прав, но каждый пожелал убедиться в этом лично. Даже я еще раз пересчитала присутствующих — ну точно, двенадцать. Лишний один, потенциальных избранных десять… Есть ли шанс, что Змеи плохо считают?

Я об этом лишь подумала, а вот один из рыжих озвучил вопрос.

— Нас двенадцать, потому что Жак — не студент. Он меня охраняет, — с явной неохотой сообщила Надя. — Не собираюсь вдаваться в подробности, но Жака можете смело вычеркнуть.

— Вот как? А может, как раз его мы и должны найти? Человек, которого не приглашали, но он все равно пришел — подходит твоему охраннику! — выступил королевский наследник Колин. — Да и что за тупость — ходить с охранником?!

За это он тут же получил порцию насмешек:

— Кажется, мальчику обидно: он настолько неважен для Междумирья, что ему и охраны не выписали!

— Колин Тринадцатый Бесполезный.

— Тринадцатый? Я думала, сто девятнадцатый.

— Что там с ее охранником?

— Он охраняет то, что я думаю?…

«Остроумные» вопросы сыпались со всех сторон и конца и края этому не предвиделось. Очевидно, собрались тут не любители поупражняться в словоблудии, так все скрывали волнение и даже страх.

Мне самой происходящее не нравилось совершенно. Хотелось выбраться из этих каменных катакомб и оказаться на свежем воздухе. Хотелось, чтобы все говорили друг с другом без той враждебности, что физически ощущалась в воздухе, я опасалась, что в итоге завяжется драка. А разве этого ждали от нас Змеи? Они требовали найти того, кого не пригласили. И тут уместно решить: а приглашали ли меня саму? Все, что я могла сказать: я должна здесь быть. Должна и точка! Никто не переубедит меня в обратном. Особенно кучка сварливых однокурсников.

Но с другой стороны, уверенность никак нельзя выдать за приглашение. Ни письма, ни даже СМС я не получала, хотя в Междумирье к гаджетам относились с большой осторожностью

— слишком уязвимые для чужого магического вмешательства объекты. К тому же дорогие и недолговечные.

— Вы ищете одного человека, вашему кругу неподходящего. И это не я, — тихо сообщил тот самый Жак, но все почему-то услышали и заткнулись. Потому что Жак походил на человека, к которому лучше прислушаться.

Никогда бы не сказала, что он охраняет Надю, хотя бы потому, что ростом Жак был ниже ее, да и комплекция у него совсем не впечатляющая. Иной раз просмотр всяких фильмов из внешнего мира вводит в заблуждение, потому что рост и масса на способности человека не влияют. Там — может быть, у нас — определенно нет.

Жак повысил голос, чтобы никто не успел прокомментировать его слова:

— У меня есть доказательство, — он закатал рукав своей темной рубашки, прижал два пальца другой руки к оголенному предплечью и прикрыл глаза. Потом слабо дернулся, точно от укола, и распахнул глаза — они стали светиться слабым зеленым цветом. А на предплечье, там, куда он прижимал пальцы, начал проявляться рисунок. Зеленой полосой он пробежался почти от самой ладони до локтевого сгиба, рисунок формировался быстро, обретая четкие детали и линии. Уроборос в виде бесконечности, змея, поедающая свой хвост. Глаза змеи загорелись зеленым, точно как и у самого Жака, и погасли. Змейка почернела и застыла на своем месте.

Все мы смотрели на руку Жака со смесью зависти, восхищения и непонятной жадности. Все эти чувства я тоже ощущала, а правая рука буквально зачесалась от бешеной нехватки точно такой же странной татуировки. Мне с трудом удалось побороть бешеное желание вцепиться в руку Жака, рассмотреть змейку получше, проследить за каждым причудливым штрихом. Разум победил, но только потому, что я понимала — Жак не просто так назначен охранником Нади, он опасен. Думаю, остальные руководствовались теми же соображениями, ведь судя по пылающим взглядам, не одна я мечтала оторвать чужую руку с корнем, лишь бы увидеть змейку поближе, разглядеть любую ее деталь. Присвоить себе.

Жак стряхнул с нас наваждение, закатав рукав обратно.

И первым опять заговорил рыжий близнец, тот самый, что взял на себя инициативу с самого начала:

— Кхм… ну отлично, раз тут все прояснилось… может быть, Жак объяснит нам подробности задания? — Он с надеждой взглянул на Надиного защитника.

— Нет.

— Но если.

— Нет.

После столь категоричного и жесткого ответа рыжий на удивление быстро взял себя в руки. Это даже восхищало, ведь у меня до сих пор перед глазами стояла та татуировка, зеленые глаза и жаждущие взгляды остальных. Опасные взгляды. И глубоко в душе обосновалось чувство надвигающейся угрозы. На что способны люди с такими взглядами?

— Хорошо. Да, хорошо. Жака можем исключить, значит, нас и в самом деле осталось одиннадцать. Может, кто-нибудь поделится соображениями?

— Думаю, среди нас шпион Противоядия. Давно уже не секрет, что они мечтают выведать о Змеях все, — заявила эффектная блондинка, очень красивая и как будто знакомая. Ну это неудивительно, наверняка за два года учебы мы с ней не раз сталкивались на лекционных занятиях. Александрийка большая, но не бесконечная.

— И кто у нас шпион Противоядия?

— Не знаю. Но сомневаюсь, что он из богатой и знатной семьи.

Ее заявление вызвало одобрительную реакцию у «богатой и знатной» половины, а вот остальные, включая меня, закатили глаза. Ох уж эти рассуждения богатеньких красоток. Но один плюс в ее комментарии, несомненно, был: я смогла узнать, кто же находится на «бедной стороне». Это я, демонический тип Харон, неизвестный смуглый парень и симпатичная девушка, стоящая как раз рядом с блондинкой. Негусто.

За нашу «бедную» четверку выступил Харон:

— Почему? Поясни. — Сказал он это коротко, просто и даже без особой интонации, но все равно в его вопросе незримо таилась угроза. Просто он так выглядел. Уверена, даже когда он спит, находиться с ним рядом страшновато.

Вот и блондинка охнула под взглядом полудемона, но взяла себя в руки. Гордо задрав подбородок, ответила:

— Легко. Зачем мне, или, к примеру, Артуру, работать на Противоядие? За деньги? Это просто смешно!

— Не за деньги.

— Тогда за идею? Еще смешнее!

— Ну да.

Повисла тишина, которую я бы назвала напряженной. Харон больше ничего не сказал, его зловещее «ну да» повисло в воздухе. Блондинка невольно сделала шаг назад.