Изгнанница Муирвуда - Уилер Джефф - Страница 41

Облик его в точности совпадал с образом, нарисованным разумом Майи. Бородка была аккуратно подстрижена, но щеки побагровели, а на лбу выступил пот. На черном бархате камзола гордо сиял кистрель. Сам Корриво оказался тщедушным и долговязым человечком, но взгляд его был острей кинжала. Когда он увидел скорчившуюся в кресле Майю, взгляд его полыхнул торжеством.

— Она здесь! — хищно прошептал Корриво. — Господин мой, касалась ли она вас? Или… целовала?

В глазах у него плескался страх, разбавленный азартом погони.

Кольер непринужденно повернулся к вошедшим.

— Терпение — не свойственная мне добродетель, а вы выбрали для визита наихудший момент из всех возможных. Право же, Корриво, разве можно врываться к королю без приглашения? Подите вон, — и он небрежным жестом указал дохту-мондарцам на выход.

— Ваше величество, наше дело не терпит ни малейшего отлагательства. Ваша жизнь в опасности. Подойдите сюда. Встаньте ближе ко мне, — произнес Корриво, двигаясь преувеличенно осторожно, словно Майя была ядовитой змеей, готовой напасть.

— Вы полагаете, она ударит меня кинжалом? Сударь, мы вместе провели целую ночь. И небесприятно провели, хотя и не в том смысле, в каком вы заподозрили. Как, вы еще тут?

— Ваше величество, — с растущим гневом объявил Корриво, — я должен поведать вам то, что знаю. Эта женщина — действительно принцесса-изгнанница из Комороса, но это еще не все.

— Воистину, не все, — хмыкнул Кольер. «Она моя жена».

Майя вскинула на него удивленные глаза. Она услышала мысль короля так же отчетливо, как если бы он произнес эти слова вслух.

— Сейчас не время шутить, мой господин, — вскричал Корриво. — Если ее губы коснулись вас, вы можете считать себя мертвецом. Мой долг — защитить вас и дать вам добрый совет. Это существо — порождение тьмы. Возможно, оно уже завладело вашим разумом. Мы шли по ее следу от черного озера при утраченном аббатстве. Она хэтара! В этом нет сомнений.

— Откуда вы знаете? — с неприкрытым скептицизмом поинтересовался Кольер. — Вы ворвались ко мне в шатер, словно львы в поисках добычи, но, должно быть, позабыли, что я — властитель этих земель. Вам за многое придется ответить, Корриво. С какой стати, например, вы окружили себя солдатами, переодетыми в цвета королевской армии? Что сделали с деревней Аргус? Если эта кровь на ваших руках…

— Еще одну секунду вашего внимания, мой господин, — сжал кулаки Корриво. Он много дней шел за своей жертвой, и вот он ее настиг. Больше он ее не упустит. Майя читала в его глазах холодную решимость, которая лишь усилилась при упоминании о горной деревне.

— Я и так уделил вам чрезмерно много внимания. Не испытывайте мое терпение. Я не целовал ее, и она меня не целовала. Она не дешевая женщина, Корриво. Не шлюха. Она принцесса Комороса.

— Принцесса-изгнанница, — поправил Корриво. — Мой господин, наши шпионы в Коморосе донесли, что король Комороса замыслил страшную вещь. Он послал свою дочь в утраченное аббатство, дабы восстановить орден хэтар и начать уничтожение мастонов. Деревня — мелочь; это существо способно уничтожить всех до единого в Дагомее и за ее границами. Таким образом, король Браннон не только сможет развестись с женой, но и получит возможность избавиться от тех, кто ему противостоит. Наш осведомитель очень близок к трону, мой господин. Мы узнали о том, что для принцессы снарядили корабль «Благословение Бернайленда». Мы нашли это судно в бухте у проклятых берегов и захватили команду. Моряки признались, что принцесса отправилась в ваше королевство, мой господин. Мы послали к вам нарочного, но вас было очень трудно отыскать. Эта женщина представляет опасность для Комороса, для Дагомеи, для всех королевств. Мой господин, ее необходимо отвезти в Несс, допросить и казнить. Своим существованием она оскорбляет саму природу! Это хэтары выпустили в мир чуму, которая уничтожила империю вашего предка. Отдайте эту женщину мне, мой господин. У меня достаточно людей. Мы сумеем ее сдержать.

Майя была в ужасе. Ее поймали, как мышь в ловушку. Бежать было некуда. И даже будь у нее при себе кистрель — она остро ощутила отсутствие привычной тяжести на шее, — даже тогда она не могла бы противостоять столь многим.

— Я подумаю над вашим рассказом, — произнес Кольер после долгой паузы. — А теперь уходите, Корриво. Не вынуждайте меня вызывать стражу.

Корриво уставился в пол. На лбу у дохту-мондарца пролегли морщины. На краю сознания Майя услышала шепот страха, перерастающий в могучую волну ужаса. Корриво поднял голову. Глаза его светились серебром.

— Боюсь, вы попали под ее чары, ваше величество, — тихо произнес он. — Это ее воля говорит в вас.

Клинок Кольера молниеносно выскочил из ножен и застыл у груди Корриво. Острие смотрело прямо в сердце дохту-мондарцу.

— Вы посмели призвать против меня Исток? — грозно повысил голос Кольер. — Остановитесь, или я вас убью. Я вижу ваши глаза, Корриво. А теперь взгляните на меня.

Шатер наполнила неудержимая сила. Она исходила от Кольера, но Майе казалось, будто сила эта истекает из ее собственных мышц и костей. «У него мой кистрель! — поняла Майя. — Он надел мой кистрель!»

Корриво в ужасе вытаращил глаза и вскинул руку в умиротворяющем жесте.

— Господин мой король, что вы натворили!

С этими словами дохту-мондарец попятился, стараясь как можно дальше убраться от клинка.

— Я не верю в твои выдумки, — сказал Кольер. — Это вы используете кистрели, чтобы управлять нашим разумом и чувствами. Но меня вам не взять. Помни об этом. И вот что: вчера у нас тут остались неиспользованные виселицы. Можете кинуть жребий, кому которая.

— В этом нет нужды, — ответил Корриво, пятясь к выходу. — Я вижу, что ситуация под контролем. Я не должен был сомневаться в вашей мудрости.

Кольер отрывисто засмеялся.

— Ты за это ответишь, Корриво. Сообщи о своем прибытии Тайному совету и жди моего приговора.

— Да, мой господин. Как прикажете, — глубоко поклонился Корриво, но, выпрямляясь, бросил на Майю кровожадный взгляд. Губы его были гневно сжаты.

Король Дагомеи надел ее кистрель. Она видела тонкую цепочку вокруг его шеи. Теперь король с Майей связаны воедино не только как супруги. Пятерка дохту-мондарцев выскочила наружу вслед за Корриво.

Майе показалось, что она слышит пение птиц. Как ей это удалось за бешеным грохотом сердца, так и осталось для нее загадкой. Она встала и почувствовала, что ноги больше не дрожат.

Кольер убрал кинжал в ножны и повернулся к ней, потирая руки.

— Я ведь говорил, что буду тебя защищать. Не думаю, что этот Корриво так глуп, чтобы открыто выступить против меня, — король очаровательно улыбнулся. — Ну, а теперь я призову свою армию и поведу ее на Коморос. Пора твоему отцу освободить трон. Ты со мной?

И он предложил ей руку.

— Ты надел мой кистрель, — глухо сказала Майя.

— Ты сама мне его отдала, — рассмеялся король.

— Прости меня, — Майя сглотнула.

— За что?

«Усни», — скомандовала Майя и послала ему повелительную мысль.

Король грудой осел на пол.

Майя осторожно опустилась на колени рядом с ним. Он глубоко дышал, грудь поднималась и опадала. Как это было бы просто — убить его. Один поцелуй в щеку, и больше ничего не нужно. Подумав об этом, Майя ужаснулась сама себе, и тут же поняла, что эта мысль принадлежала не ей.

Девушка потянулась к цепочке кистреля на шее у Кольера. Пальцы ее уже почти касались цепочки, и тут левое плечо пронзило болью. Мышцы окаменели и отказывались повиноваться. Майя попыталась пошевелить рукой, но не могла, как ни старалась. Ей было больно. Ее тошнило.

Она чувствовала… укоризну.

Сев рядом с Кольером, Майя посмотрела в его спокойное лицо. Лицо человека, который был ее мужем. Ребенком она мечтала о пышной королевской свадьбе, но свадьбы так и не случилось. Не было пажей, не было мудрых Альдермастонов в серых рясах. Не было даже мастонской свадьбы и нерушимого обета, приносимого, по традиции, в аббатстве.