Капитан Пересмешника (СИ) - Вольная Мира - Страница 57

Акведуки с водой тянулись вдоль основной и единственной улицы, а впереди в самом центре возвышался над всеми храм, высокий, напоминающий пирамиду с отрезанной башней.

— К нему ведет ровно тысяча семьсот ступеней, — улыбнулась Кали, — по количеству воинов погибших… — где именно погибших, договорить она так и не смогла. Местная детвора, гоняющая мяч, завидев пиратов, с радостными криками бросилась нам на встречу. На шее у Кали, чуть не сбив ее с ног, повис черный от загара мальчишка.

— Капитан! — прокричал карапуз, прямо капитану в ухо. Калисто едва заметно поморщилась и покружила ребенка.

— Привет, непоседа.

— Кали, прости, — тут же сняла малыша, подбежавшая хорошенькая девушка.

— Сегодня с ними просто никакого сладу нет, — озвучила другая, как две капли воды похожая на первую: те же смоляные волосы, тот же слегка кошачий разрез глаз, такой же широкий, но при этом на удивление аккуратный нос, такого же роста, даже одеты почти одинаково.

— Кашима, Паниша, — улыбнулась птичка, — рада вас видеть. И ничего страшного.

— Скажешь тоже… Они, как только прознали, что «Пересмешник» подходит к острову, как с цепи сорвались. И от кого только услышали? — всплеснула руками та, которую звали Паниша. — Я смотрю, у тебя прибавление в команде?

— Да, познакомьтесь, это Тивор — наш кок. Вон та макушка, — капитан ткнула пальцем куда-то вглубь, — принадлежит юнге Мэту, а еще есть Гидеон, наш лекарь. Он — василиск.

— Меня Паниша зовут, а это Кашима, — ткнула тигрица, стоящая слева, пальцем в сестру. — Рады приветствовать вас на Шагаре.

— Наши еще на охоте, хотели вернуться до того, как вы войдете в бухту, но, видимо, не успели. А нас опять оставили с котятами, — обратилась к Кали вторая близняшка.

— И в чем вы провинились на этот раз? — сощурилась Кали.

— Мы? — переглянулись сестры. — Ничего. Просто в прошлом сумане отпустили на волю жертвенного кабана.

— Ох, девочки, — покачала птичка головой.

— Кали, да ты бы его только видела, у него были такие глаза… — всплеснула руками Кашима, хватая на лету очередного сорванца.

— Ой, что-то мы совсем вас заболтали, — спохватилась Паниша, — я сейчас позову старших, и вас проведут в дома. Мы уже все подготовили.

— Паниша, подожди, — остановила девушку Кали. — Давай мы сначала разберемся с тем, что привезли для вас, а потом будем обустраиваться.

Думаю, к тому моменту как мы закончим с сундуками и мешками, племя вернется с охоты.

— Как скажешь, — улыбнулась тигрица. — Ты знаешь, где у нас что.

— Мы тогда все-таки постараемся угомонить эту ораву, — Кашима поймала за руку очередного карапуза и позвала остальных детей.

— Дома? — тихо шепнул я. Мы направились собирать команду.

— Да. Остров и деревня гораздо больше чем то, что ты видишь сейчас перед собой. Это скажем… центральная улица, у тигров есть специальные дома для гостей. Немного, но нам всегда хватало.

— Дома для гостей?

— Селить гостя в собственном доме у тигров считается неуважением.

Гости, если они желанные, заслуживают отдельных домов. Считается, что так они не будут чувствовать себя стесненными.

— Интересная традиция.

— Как и все здесь, — легко пожала девушка плечами, и замолчала, задумавшись о чем-то своем.

Мы шли по широкой, чистой улице, и я с удивлением наблюдал, с каким уважением и радушием жители острова встречают команду «Пересмешника».

На Тиме и Вагоре котята буквально висели, как гроздья винограда. Мужчины смеялись, подбрасывали детей в воздух, что-то вежливо отвечали на вопросы старших женщин.

Пираты прекрасно ориентировались в деревне, знали, куда надо отнести зерно, куда сгрузить ткани, куда поставить бочки с медом. Вся разгрузка не заняла и двадцати лучей, матросы работали быстро и слажено. Близняшкам и старшим женщинам все-таки удалось взять под контроль малышей. Как рассказала мне Кали, в деревне сейчас остались только самые маленькие и самые старшие, остальное племя отправилось на охоту. Сегодня будет праздничный ужин в честь команды «Пересмешника».

— Они ко всем так относятся? — спросил я, когда мы шли по направлению к выделенным нам домам.

— Не ко всем, — тряхнула сапсан головой. — Тигров нельзя назвать доверчивыми.

— Неужели? — усмехнулся я.

— Зря смеешься, — укоризненно покачала головой Калисто. — Они… я не совсем знаю, как правильно объяснить, но они чувствуют, видят, знают, кому можно доверять, а кого лучше топить еще на подходе, — улыбнулась птичка.

Мы поднимались по каменным ступеням, огибающим, обвивающим скалу спиралью.

— Как часто ты здесь бывала?

— Раз в два года примерно, иногда чаще. Мы не могли возить с собой все осколки, уж слишком они диссонируют между собой. Нику… это не нравилось.

— Ты всегда чувствовала корабль так хорошо?

— Нет конечно, — пожала плечами птичка. — Первые года три мы притирались, присматривались. Знаешь, я была в таком шоке, когда поняла, что он живой, что несколько дней просто боялась вставать за штурвал, боялась навредить, что-то сделать не так. Иногда слишком осторожничала, иногда, наоборот, слишком давила, иногда просто не понимала, чего он от меня хочет. Это сейчас я научилась, а в самом начале… Это был ужас. Я сама себе напоминала слепого котенка.

— Каково это? Чувствовать целый корабль?

— Ты же видел, — всплеснула сапсан руками. — Когда он злится, по мне будто током бьет, когда чувствует опасность, у меня возникает ощущение, словно я опустила ноги в ледяную воду, а когда «Пересмешник» хочет меня поддержать, это похоже на летний ветерок. Приятно. Почти волшебно.

— Какой он?

— Ник? — мы почти дошли до третьего яруса, птичка задумалась, остановившись у небольшого сине-зеленого домика. — Как мальчишка: упрямый, иногда даже слишком, немного строптивый, но верный, надежный, настоящий защитник, — капитан повернулась ко мне, а на ее губах играла улыбка. Щемяще нежная, теплая. И я вдруг четко осознал, что готов сдохнуть ради одной такой улыбки, адресованной мне. Только мне. Исключительно мне. Я эгоист и дурак? Возможно.

— Калисто… — я сделал шаг к сапсану навстречу, чтобы обнять, быть ближе, может поцеловать.

— Мы пришли, — шагнула девушка к двери, не обратив на меня и мои жалкие порывы внимания. — Это твой дом. Следующий — Гидеона, потом мой, Калеба и Сайруса.

— А остальные? — я тряхнул головой, прогнав жалящее разочарование, успокаивая волка заскулившего внутри.

— Остальная команда будет жить на другой стороне скалы.

— Иерархия? — выгнул бровь, осматривая небольшой с виду дом.