Любовь не с первого взгляда (СИ) - Берестова Мария - Страница 43

— Прекрасно! — воодушевился Канлар. — А теперь прикройте глаза и попытайтесь понять, кто она такая — эта Кая. Не королева. Не принцесса. Не член династии. Просто Кая.

Кая никогда не была просто Каей и не могла вообразить, каково это.

— У меня ничего не получается! — пожаловалась она через минуту тишины.

Канлар понял, что дело будет куда сложнее, чем показалось на первый взгляд.

— Хм! — глубокомысленно изрёк он, после чего вопросил: — Позволите вас обнять?

Королева растеряно кивнула, не очень понимая, к чему он клонит. Канлар же произвёл перепланировку пледов, подушек и тел и благополучно устроил Каю поудобнее, в своих объятиях.

К её неожиданности, это оказалось крайне приятно: спереди грел камин, сзади — Канлар. Уютно.

— Вот так, — довольно прокомментировал он произведённые перестановки. — А теперь закройте глаза и расслабьтесь!

— А я не засну? — весело переспросила королева, пригреваясь.

— Не заснёте, я вас заговорю, — пообещал он. — Раз вы знать не знаете, какая она, эта таинственная Кая, я попробую поделиться с вами тем, что увидел я. Желаете?

Королева заёрзала, устраиваясь удобнее, и с воодушевлением сказала:

— Конечно!

Хотя ей не было видно его лица, она почувствовала улыбку в его голосе, когда он принялся рассказывать:

— Вы знаете, к моей полной неожиданности, она оказалась дерзкой девчонкой!

— Что? — подскочила королева.

— Сидите-сидите, — устроил он её обратно. — Любительница откровенных нарядов и подглядываний в бане!

— Это было всего однажды! — с негодованием опровергла она ту часть, которая поддавалась опровержению.

Посмеиваясь, Канлар согласился:

— Конечно-конечно. И ваша потрясающая классификация поцелуев мне тоже просто приснилась. Кстати, пользуясь случаем, — спорим, в ней есть ошибки и неточности?

— Эй! — возмутилась королева, шутливо пиная его локтём. — Это нечестно, вы слишком много обо мне знаете!

Канлар самодовольно кивнул — она почувствовала это движение затылком.

— Да уж явно побольше, чем вы сами знаете о себе, — поддразнил он. — На чём я, то бишь, остановился? Да-да, дерзкая девчонка, которая спорит с мужем на поцелуи, дурит голову всему свету, строя из себя снежную королеву, а сама лазает по чердакам, переодевается в служанок и… ах, пока я всё-таки знаю о вас слишком мало, но, уверен, у вас найдутся ещё десятки таких историй!

Кая рассмеялась. Историй и впрямь было предостаточно.

— Яркая, — продолжил меж тем Канлар, гладя ей волосы и вытаскивая из них шпильки мимоходом, — с живым взглядом на мир, любознательная, пытливая, озорная, насмешливая, страстная, — закончив со шпильками, он начал поглаживать её щеку, — чувствительная, застенчивая, нежная…

— Господи, когда ж это вы всё рассмотреть успели! — от смущения она оттолкнула его ласковую руку, повернулась и посмотрела на него умоляюще: — Но ведь я совсем не такая!

Он вежливо приподнял брови, демонстрируя удивление:

— Не такая? И в чём же, по-вашему, я ошибаюсь?

Кая смутилась, не найдя опровержений, и отвернулась.

— Пламенная льдинка, — вдохновенно продолжил Канлар, целуя её в висок. — Этакая безупречная ледяная статуя, а подойти поближе — и сгоришь насквозь!

В его голосе сквозила неприкрытая страстность, от которой у Каи мурашки побежали по коже. Рассмеявшись, она попыталась укрыться от его губ.

— Вы точно коварный обольститель! — вынесла со смехом вердикт она.

— Ба! — удивился Канлар. — А вы разве не в этом направлении мямлили несколько минут назад?

В изумлении повернувшись к нему, Кая переспросила:

— Что?

— Что? — смотрели на неё самые честные глаза в мире. — Я расшифровал все эти ваши невнятные «я… эээ… мне кажется… эээ», — довольно похоже передразнил он, — как просьбу включить режим обольстителя, разве нет?

Кая рассмеялась и уткнулась лицом ему в грудь.

— Не угадал? — с деланной тревогой поинтересовался он.

— Угадали, — со вздохом призналась она.

— Ну так и не жалуйтесь тогда, — пожал он плечами, переключившись на то, чтобы мягко массировать ей затылок.

Она томно вздохнула.

— Как же это мне так повезло выйти замуж именно за вас? — пробормотала она.

— В самом деле, — рассмеялся он. — где-то между суровым ниийским королём, который хочет отнять у вас страну, придурошным драчливым братцем, ловцом за приведениями и горячим южным бабником я, пожалуй, смотрюсь весьма выгодно.

— Там был ещё таинственный маг! — оторвалась от его груди Кая, поиграв бровями.

— В самом деле! — фыркнул он. — Проезжий фигляр, с которым мы даже не знаем, как связаться!

— Генерал? — с азартом начала перебирать Кая.

— Помилуйте, — веселился Канлар, — он же старик!

— Господин Фурлио? — припомнила она финансиста.

Канлар картинно пораскачивал головой, что-то прикидывая:

— Ладно, купец мужик толковый. Согласен считать его стоящим соперником.

— Хорошо, — с деланно серьёзным выражением лица кивнула Кая. — Я учту ваше мнение, если мне не повезёт стать вдовой!

— С этой стороны я на дело не посмотрел, — с философским видом признал Канлар.

Несколько минут они уютно помолчали. Пальцы Канлара аккуратно и неизбежно спускались с её затылка на шею и плечи.

— А вы… — вдруг, решившись, единым духом выдала королева: — А вы могли бы меня полюбить?

Канлар возвёл глаза к потолку:

— Вы невозможная женщина, — посетовал он. — Я вас уже шесть дней как люблю!

— Что? — в изумлении уставилась она на него, приоткрыв рот.

Он ответил долгим грустным взглядом и обиженно произнёс:

— А вы даже не заметили!

— Но как я должна была заметить?.. — растерялась она.

Не то чтобы у неё был хоть какой-то опыт подобного рода.

Тут изумление немного схлынуло, и до неё дошёл смысл сказанного. Невыносимо покраснев, она снова уткнулась ему грудь, пробормотав:

— Но как же это так?..

Со вздохом он поцеловал её затылок и принялся паясничать, пытаясь тем помочь ей справится со смущением:

— И сам не знаю! — сетовал он с некоторым даже благородным огорчением в голосе. — Ума не приложу, как меня вообще могло угораздить влюбиться в женщину, которая щеголяет передо мной в обольстительных платьях, преодолевая смущение, целует меня, чтобы спасти от комаров, строит мне глазки прямо на государственном совете и… о, да, и которая, кажется, нашла своим рукам хорошенькое применение! — с удивлением воскликнул он.

Только тут Кая обратила внимание, что, для удобства позы, давненько держится обеими руками за его ремень. Ещё и пальцы грела о его… хм, живот.

Под довольный смех мужа она отскочила, как ошпаренная.

Лицо её полыхало не хуже пламенных углей в камине.

— Мы же женаты, — с лёгким укором посетовал он на её смятение.

Она спрятала ладони под мышки и обиженно надулась:

— Учитывая всё, что вы сейчас мне наговорили, готова поспорить, в следующий раз вы ввернёте туда оборот «которая бесцеремонно запускает свои руки в мои штаны».

Он рассмеялся, воскликнул:

— Спорьте-спорьте, и вы выиграете, — и поцеловал её прежде, чем она успела возразить, что оборот про спор вырвался у неё непреднамеренно.

— Вы очаровательны, — заверил он её, отцеловав.

Она посмотрела на него смущённо и, краснея, переспросила:

— А вы… вы же не пошутили? — и в ответ на его удивлённо поднятые брови совсем уж тихо разъяснила: — Что вы меня любите?

Он наклонил голову набок, разглядывая её с самым серьёзным выражением лица, и уточнил:

— А что вызывает ваши сомнения?

Неопределённо поведя плечом, она столь же неопределённо сказала:

— Ну… — но быстро добавила: — Я даже не рассчитывала на то, что мой муж будет меня любить, — призналась она.

Канлар осторожно провёл пальцем по её скуле и уверенно заявил:

— Дорогая, поверьте, вы не из тех женщин, которые могли бы быть замужем за мужчиной, который их не любит.

И это было той правдой, которую Кая, всю жизнь готовя себя к договорному браку, о себе не знала.