Перекрёсток (СИ) - Булавин Иван - Страница 26

Илья принял стакан, они чокнулись и опрокинули водку в себя. Вкус был гадкий, но рвотной реакции, к счастью, не вызвал. Увидев перед собой банку маринованных огурцов, он поймал двумя пальцами один и захрустел им, заедая водочный вкус.

На соседний стул тяжело плюхнулся Палач. Его широкая волосатая грудь поднималась и опускалась, старательно вентилируя лёгкие. Кажется, он только что оторвался от любовных занятий.

— Пьёте без меня, эх, вы! — проговорил он укоризненно и налил себе.

Выпили ещё по разу, продолжили разговор. Спать никому не хотелось. К ним присоединился Док, который поведал, что вне боевого задания он препараты не употребляет, а первый симптом ломки — бессонница. Выглядел он и вправду не очень.

Скоро настало утро, девушки, уставшие так, словно вагоны выгружали, убрались восвояси. Хозяевам бани было заплачено вперёд, а машина уже ждала во дворе.

Глава восьмая

На базе получилось неплохо отоспаться. Никто их не тревожил до вечера следующего дня. Только потом, тряхнув койку, Кнут поднял Илью и велел умыться, поужинать и идти в зал. Тренировка будет.

Илья, прекрасно отдохнувший и выспавшийся, против тренировки не возражал. Скорее, наоборот, теперь он прекрасно понимал, что даже минимальные боевые навыки — это гораздо лучше, чем полное их отсутствие. А научиться у этих людей можно было многому.

В спортзале присутствовала вся группа Кнута и ещё несколько незнакомых бойцов. Тренировать Илью вызвался, как ни странно, Док. Выглядел он ещё хуже, чем вчера, но глаза были ясные и зрачки нормального размера.

— Понимаешь, Профессор, — начал он объяснять, — тот же Палач, куда лучший рукопашник, даже без поправки на весовую категорию. Но мне это и не надо, отбив руки об мешок, я уже не смогу так метко стрелять. А защитить себя в ближнем бою нужно и мне. Поэтому, ещё в студенческие времена я увлёкся борьбой Джиу-джитсу, которая, собственно, и привела меня в ряды спецподразделения. Кое-что я намерен показать тебе и заставить выучить. Снимай обувь и становись на ковёр.

Илья сделал, как ему сказали.

— Так, смотри, вот ты пытаешься меня схватить, тянешь руки, вот, дотянулся. На курсах самообороны для полиции обычно показывают такой приём.

Он положил ладонь поверх руки Ильи, качнулся назад, ударил предплечьем по локтю и через мгновение, рука оказалась прочно заведена за спину. Удерживая его одной рукой, он продолжал:

— Но нам подобное не нужно, мы не полиция, никого не задерживаем, наша задача — вывести противника из строя. Поэтому лучше действовать так.

Он вернул руку Ильи в исходное положение и провёл другой приём, выкрутил кисть и, шагнув в сторону, вывел его из равновесия, аккуратно положив на борцовский мат.

— Теперь ты меня. Не так, сюда руку, назад, выгибай.

Получилось у Ильи примерно с пятой попытки. Потом пошли другие приёмы, часть из них заканчивалась только укладыванием противника на пол, другие имели целью переломы и вывихи конечностей. С него сошло семь потов, но кое-что начал уже запоминать. Конечно, за одну тренировку мастером не станешь, да и десяти будет мало, но даже эти слабые умения могут пригодиться в бою.

Наконец, спустя, примерно, полтора часа, Док оставил его в покое и присел на лавочку, хотел присесть и Илья, но ему не дали. Теперь уже Кнут велел ему взять нож и подойти. Ещё минут сорок было посвящено хвату ножа, правильному нанесению ударов, уколов, порезов. Даже небольшой поединок устроили с тупыми тренировочными ножами. Разумеется, медленно и с комментариями учителя. Ножи, даже тупые, кололи чувствительно, на теле останется несколько синяков. Но он не жаловался, слишком важным было умение. Когда закончилась и эта тренировка, ему дали уже боевой нож и посадили около огромной автомобильной покрышки, приказав протыкать её клинком. Работа, вроде бы, простая. При этом очень скоро кисть от усилий стала неметь. Он взял нож в левую и работал какое-то время ей. Только когда разошлись уже почти все посетители спортзала, Кнут позволил ему оставить свои упражнения и отдыхать. Предупредил, что завтра будет силовая. Илья кивнул и отправился отдыхать. Наука убивать оказалась трудной, кроме того, большинство прошли её в восемнадцать лет, а он, всё-таки, несколько старше.

Провести силовую тренировку оказалось не суждено. В четыре часа его подняли по тревоге и приказали экипироваться. Натянув форму и ботинки, он вслед за остальными метнулся к складу оружия, где быстро получил дробовик и пистолет. Потом пытался делать сразу три дела, заряжать патроны в магазины, натягивать бронежилет и разгрузку и толкаться в очереди к проходу.

На ту сторону перешли быстро, оказались в полной темноте, хотя в своём мире уже рассвело. Оттуда бегом направились к лагерю. Что именно случилось, им не довели, но и так понятно, что ничего хорошего. Скорее всего, напали вышедшие из прохода войска. То есть, ещё не напали, но где-то на подходе. Надо полагать, с дрона заметили приближение отряда и доложили, а в качестве подкрепления прислали их. Будет большая драка? Или переговоры? А вампиры там есть? Увидеть вампира было и страшно, и интересно. Как знать, насколько они сильны? Может, одного хватит, чтобы весь их маленький гарнизон умылся кровью.

Окончательно ясность внесли уже на базе. Им объяснили, что немаленький отряд пришельцев движется к ним, что среди прочего, там присутствует некто, похожий по описанию на вампира. Численность противника оценивалась, примерно, в тысячу штыков, на вооружении были всё те же винтовки и небольшие орудия, вроде мортир или миномётов. Сейчас они, ориентировочно, в двух часах ходьбы от базы.

Все быстро разошлись по своим позициям, Илья занял место поближе к выходу на случай ведения переговоров. Переводчика отправили с ними, но русский язык он всё ещё знал очень плохо, едва умея связать два слова. Какой-то ключ к его языку подобрали, даже разговорник написали на три сотни ходовых слов, но это мало поможет. Док оперативно убежал в дом, где оборудовал позицию, заняли своё место и пулемётчики.

Враги появились с рассветом. Илья успел перекусить и даже, кажется, подремать. Мозг его, ещё недавно такой чувствительный, совершенно спокойно ожидал начала бойни. Из-за крайних домов выходили стройными рядами солдаты в той же форме, что и в прошлый раз. А впереди шла некая процессия из военных, чья форма была гораздо роскошнее, чем у солдат. Среди них выделялись двое, гораздо выше других ростом и одетые в одни только набедренные повязки. Остальное им было не нужно, тело покрывала густая шерсть, морды их, которые Илья разглядел в бинокль, были именно мордами, там не было ничего человеческого. Просто зверь на задних лапах. Он осторожно вставил в дробовик магазин с серебряной картечью.

А еще несколько человек несли паланкин, где на импровизированном троне сидел некто. Или нечто. Было оно закутано в тёмный плащ с капюшоном, так, что даже лица было не видно. Видимо, это и был вампир. Значит, света тоже боятся, или, как минимум, не любят.

Процессия приближалась. Находившийся неподалёку Чингиз взял в руки пульт. Там было множество кнопок, причём он на память знал, какая мина или несколько мин, от какой кнопки взорвутся. Месиво будет знатное. Остановившись в десяти метрах от дома, они поставили паланкин на землю. Фигура в плаще поднялась со стула и, откинув с лица капюшон, посмотрела на здание. Илья, да, наверное, и не только он, приник к биноклю. Внешность у вампира была специфическая. Кожа имела пепельно-серый оттенок, глаза были красными, и не было видно зрачков и радужной оболочки. Сами черты лица напоминали глубокого старика. Было в нём что-то от Джорджа Сороса. Но всё это дышало отнюдь не старческой энергией.

А когда Илья перевёл бинокль на фигуры, стоящие рядом, у него перехватило дыхание. Слева от монстра стоял Паша Старостин. Илья с трудом узнал его. Друг был бледен, как мел, изорванная куртка едва держалась на худых плечах. А главное, его глаза, в них не было жизни. Создавалось впечатление, что разум его далеко отсюда, а перед ними стоит только лишённая души оболочка. Руки его сковывали цепи из блестящего металла, но было видно, что и не будь этих цепей, он бы никуда не побежал.