Три невесты Черного ворона (СИ) - Рябинина Татьяна - Страница 13

Пожилая женщина улыбнулась мне как старой знакомой, и я с удивлением узнала в ней ту, что подсказала дорогу к моим комнатам. В вечернем лиловом платье и с высокой прической она выглядела совсем иначе.

В дверях появился герольд в таком же костюме, как и дворцовые, только темно-синем с золотом. Собравшиеся мгновенно стихли и расступились, образовав проход, а драпировка раздвинулась словно сама собой.

— Правитель Ликура и Тандора, именуемых также Полуночными землями! — торжественно объявил герольд и отступил в сторону.

В зал стремительно вошел — словно влетел — Ворон. Все как один замерли в поклоне. На мгновение остановившись рядом с нами, он едва заметно кивнул и проследовал к столам, где сел на свое место в центре. За ним потянулись и остальные, лишь мы втроем стояли растерянно, не зная, куда идти.

— Я покажу ваши места, — пришел на помощь Керт.

На дворцовых балах подавали только закуски и напитки, но я знала: короткий стол является главным, а из длинных самый почетный тот, который по центру. Для чуть менее важных особ — правый, для остальных — левый.

— Ваши места за столом правителя, — пояснил Керт. — Но пока вы невесты, сидеть будете согласно положению.

Почетное место справа от Ворона, разумеется, досталось Кьяре: тандорцы считались выше ликурцев. С другой стороны от нее оказался Керт — моя пара за столом. Веда сидела слева от Ворона, ее парой стал главный распорядитель, имя которого я не запомнила. Хоть мне и не доводилось бывать на подобных собраниях, правила поведения я знала из книг. Следуя им, беседовать за столом полагалось только со своей парой — соседом слева, и это меня не слишком обрадовало. Впрочем, похожий на плешивую крысу сосед справа привлекал еще меньше.

Ворон пожелал собравшимся приятной трапезы, заиграла музыка, все принялись за еду. И только мне кусок не лез в горло.

16

Как я вчера целый день, с утра до ночи, провела в этих ужасных тисках?

Сита давила на ребра и живот так, что темнело в глазах. Какое там есть, я вдохнуть толком не могла. А ведь на балах в ней танцевала. Конечно, можно было предположить, что поправилась за последний месяц, если б только вчера не чувствовала себя в ней вполне сносно. Не слишком удобно, конечно, но терпимо.

Чтобы не привлекать внимания и не вызывать пересуды, я все-таки положила на тарелку немного жареного мяса с овощами и время от времени делала вид, что отправляю кусочек в рот. Даже от одного вкуса начинало мутить. Очень хотелось пить, но я понимала, что и глотка воды не смогу сделать — запросится обратно.

А ведь надо было еще мило улыбаться и поддерживать беседу с Кертом. Он трещал, как радужная птица, и мне захотелось воткнуть вилку ему… в руку, что ли. Чтобы замолчал. Но это ладно, впереди были танцы! Сказать, что мне нехорошо, и уйти? Не хватало только так опозориться в первый же вечер!

К концу ужина я задумалась о том, как бы выйти якобы по естественной надобности и снять эту проклятую ситу. Но чтобы добраться до крючков, надо было расстегнуть платье на спине, а потом, что еще хуже, застегнуть. Сама это сделать я вряд ли смогла бы. Попросить Кьяру или Веду помочь?

Пока я размышляла, момент был упущен. Музыка заиграла громче, и Ворон поднялся, подав руку Кьяре. По правилам, первую гинеру каждый танцевал со своей парой, соблюдая порядок, в котором сидели за столом. А поскольку Керт по положению был выше распорядителя, мы с ним оказались вторыми. Танцевал он действительно прекрасно, но оценить этого я не смогла. И единственное, о чем мечтала, — как бы не упасть в обморок.

В середине танца круги смещались, и соседние пары менялись партнерами. Я оказалась в паре с Вороном. Глаза в прорезях маски блеснули, когда он приблизился ко мне и взял за руку.

— Вейра Лилла, вы такая бледная. Вам дурно?

— Все в порядке, правитель, не беспокойтесь, — с трудом пробормотала я.

— Вы весь вечер ничего не ели.

Он сидел через два человека от меня, но обратил внимание. А Керт, который был рядом, не заметил!

— Я обычно не ем вечером, чтобы лучше спать. У нас дома всегда подавали очень легкий ужин.

Каждое слово давалось мне с трудом. После резкого поворота в глазах снова потемнело, на лбу выступил ледяной пот. Невольно я сильнее стиснула правую руку Ворона. Он коротко взглянул на меня, остановился и поднял левую. Музыка тотчас стихла.

— Вейра Лилла нездорова, — сказал он во всеуслышание. — Я отведу ее в комнату и вернусь. Продолжайте.

Зал удивленно загудел, все уставились на нас, но Ворон не стал ждать и потащил меня к выходу. Снова заиграла музыка, танец продолжился.

До коридора я еще кое-как добрела, а там чуть не упала. Ворон поддержал меня, его рука коснулась моей спины.

— Вот оно что! — сердито усмехнулся он. — Служанка слишком туго затянула вам ситу. Повернитесь и стойте спокойно.

Расстегнув крючки платья сзади, Ворон приказал:

— Выдохните как можно сильнее.

Я постаралась выжать из себя воздух без остатка, и он, на мгновение стянув ситу еще туже — перед глазами заплясали огненные круги, — быстро освободил меня от нее. Потом застегнул платье и свернул ленту.

— Постойте немного, отдышитесь. Я провожу вас. Прошу прощения, вейра Лилла, это моя ошибка. Я надеялся, зола Меара научит девушек всему, что должна знать личная служанка. Хотя стоило поискать в городе опытную прислугу. Завтра же этим займутся, а пока не найдут, отдам вам ее собственную служанку. Потерпит.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась я. — Мне очень нравится Нетта. Она всему научится, я уверена. К тому же другая девушка — для нее тоже все здесь будет новым. А мне нужно, чтобы кто-то помог все узнать и запомнить.

— Ну что ж… — подумав, кивнул Ворон. — Пусть будет по-вашему.

Из-за угла показался юноша в голубой одежде слуги и подошел к нам, повинуясь властному жесту.

— Немедленно найди Нетту, служанку вейры Лиллы. Пусть идет в ее комнаты.

Как только парень скрылся, Ворон подал мне руку, за которую я с готовностью уцепилась. Страх исчез — словно по волшебству. Неловкость, смущение — да, но точно не страх. Мы медленно пошли по коридорам, и я уже узнавала что-то знакомое: здесь статуя, там большая синяя ваза из полированного камня, а сейчас будет лестница. А когда очутились в Белом коридоре, я уже чувствовала себя намного лучше и даже осмелела настолько, что решилась задать вопрос.

— Могу я спросить, правитель? Как мы можем к вам обращаться?

— Все так и зовут меня — правитель, — он пожал плечами.

— Но мы же ваши невесты. Может, позволите нам узнать ваше имя?

— У меня нет имени, — после долгого молчания ответил Ворон. — То, которое дали при рождении, я давно забыл.

— Этого не может быть! — не поверила я.

— Я постарался забыть его. Того человека уже нет. Я — ворон. И если вас… Лилла, — он подчеркнуто опустил сословное именование, — не устраивает обращение «правитель», можете звать меня Вороном. Когда мы одни, разумеется. К тому же так зовут меня все… за глаза.

— Но кто вы? Человек, который может становиться вороном? Или ворон, который может становиться человеком?

— Об этом мы поговорим позднее, если позволите, — он открыл передо мной дверь комнаты.

Нетта, сидящая на стуле в гостиной, испуганно вскочила, увидев его, и замерла в низком поклоне.

— Благодари свою госпожу, — Ворон бросил ей свернутую ситу. — Она за тебя заступилась. Я собирался отправить тебя обратно к тряпкам и щеткам. Спокойной ночи… вейра Лилла.

— Спокойной ночи… правитель, — пробормотала я, когда дверь за ним уже закрылась.

17

— Вейра Лилла, чем я провинилась? — по щекам Нетты покатились слезы.

— Успокойся, — я подошла и погладила ее по волосам. — Это не твоя вина. Ты затянула мне ситу так сильно, что я чуть не потеряла сознание во время ужина. Но я же не предупредила тебя, на какой ряд крючков застегивать.

— Да, я подумала, надо на крайний. Если б вы сказали, что туго…

— Нетта, я сама понятия не имела, на какой ряд ее застегивали раньше. А туго всегда. Сначала кажется, что вообще не вдохнуть, потом становится легче. А поскольку надевать эту гадость придется каждый вечер, мы с тобой попробуем другие ряды, выберем такой, чтобы и подтягивало, и можно было дышать и есть. Но только завтра. А пока вот что… Ванну я сейчас принимать не буду. Помоги мне раздеться и лечь. А сама раздобудь какой-нибудь еды. Я и за обедом толком не ела, а за ужином вообще ни крошки. Просто умираю от голода.