Непокорная (СИ) - Ольга "Реджина Фаланджи" - Страница 135

Ведь мир явно трещал по швам, если их начала учить боевой магии неугомонная Амелия Стэнфорд.

========== Глава 73. Кэрроу ==========

Амелия никогда бы не подумала, что сможет настолько сильно вымотаться в первый же рабочий день. Возможно дело было в том, что ей приходилось очень много практиковать заклинания, неоднократно показывая их студентам, ведь мало у кого получалось правильно произнести их с первого раза, чтобы добиться нужного эффекта. А если учесть то, скольких учеников она пропустила через себя за весь день, стараясь помочь каждому, то это было совсем не удивительно. Ей казалось, что она за год не произносила столько заклинаний, сколько за этот день, поэтому, было вполне ожидаемо, что Амелия уснула тут же, как ее голова коснулась подушки. К тому же, последние две ночи она практически не спала, что тоже сыграло свою роль. Организм требовал полноценного отдыха, которым Амелия бессовестно пренебрегала в последнее время.

Но ее потраченные силы принесли свои плоды, ведь девушка стала очень популярна среди студентов. Многие смотрели на неё с немым восхищением и шептались о том, какая она смелая и умная, и девушка рассчитывала лишь на то, что все эти разговоры не дойдут до Кэрроу, которые, кстати говоря, заимели совершенно противоположную репутацию. Алекто, например, рассказывала на Магловедении жуткие истории о том, какие маглы глупые и дикие. Было настоящим чудом, что Снейп не разрешил маглорожденным студентам вернуться в Хогвартс в этом году, потому что сложно было представить, что было бы, если хоть один из них оказался на уроке у Алекто Кэрроу. Она смешивала маглов с грязью, находя в своём скудном словарном запасе весьма нелестные эпитеты, унижала полукровок, присутствующих на уроках, лишь за то, что в их жилах течёт испорченная кровь. В один из дней к Амелии на урок пришёл измученный Колин Криви, которого незадолго до этого пытала Алекто Кэрроу лишь за то, что тот напомнил ей о происхождении Тёмного Лорда. Она при всех студентах, находящихся в кабинете, пытала его Круциатусом до тех пор, пока Криви не потерял сознание от боли. Когда об этом узнала Амелия, в ее голове щелкнул переключатель, который отвечал за самосохранение, и она с отличием продемонстрировала свои не самые лучшие черты характера под названиями: «Мстительность» и «Жестокость».

Тем же вечером Снейп вызвал ее в кабинет директора, что, впрочем, было весьма предсказуемо.

— Не желаешь объяснить, почему полчаса назад ко мне в кабинет пожаловала Алекто Кэрроу, которая была в ужаснейшем состоянии?

Амелия подавила зевок и пожала плечами. Сейчас она больше всего на свете желала лечь в постель и проспать крепким сном до самого утра, чувствуя непомерную слабость после тяжелого рабочего дня. И ей совсем не улыбалось сидеть в его кабинете и слушать нравоучения, когда глаза слипались от усталости.

— С чего вы взяли, директор, что я должна знать это? — спросила она, бросив на него невозмутимый взгляд.

— С того, что она была изуродована точно так же, как и Амикус? — предположил он язвительным тоном, что свидетельствовало о его ярости.

— По-моему, я учила семикурсников этому заклинанию, может кто из них это сделал с Кэрроу? — Амелия вновь пожала плечами, и, увидев суровый взгляд Снейпа, тут же пожалела о своих словах.

— Чему ты их учила? — переспросил он, округлив глаза, а Дамблдор за его спиной закашлялся в своём портрете. — Это переходит все границы, знаешь ли! Я согласился принять тебя на должность не для того, чтобы ты учила студентов Тёмной магии! Если кто-то узнает…

— Никто не узнает, — перебила она его, скрещивая руки на груди. — А если и узнает, то мне все равно. Министерство захвачено Темным Лордом, думаешь там есть кому-то дело до того, что кто-то учит студентов не по учебному плану?

— Ты должна перестать это делать! — его взгляд метал молнии, и Амелия, не смотря на всю усталость, чувствовала каждый их разряд.

— Хорошо, — она покорно кивнула головой, лишь бы он поскорее отпустил её.

— Ты же все равно не перестанешь? — он обречённо вздохнул, когда в ее уставших глазах мелькнула тень насмешки, и откинулся на спинку своего кресла. Амелия неопределённо повела плечом, думая о том, что Снейп очень хорошо ее знал, чтобы поверить в такое быстрое согласие. — А теперь вернёмся к сегодняшнему происшествию. Скажи честно, это сделала ты?

— Допустим, — уклончиво ответила Амелия и подавила очередной зевок. — Что дальше? Пошлёшь меня на отработку? Лишишь премии в конце года? Уволишь?

Все это она говорила невозмутимым тоном, загибая поочередно пальцы на правой руке. Снейп, наблюдая за ней, медленно терял терпение, и Амелия надеялась сбежать раньше, чем он взорвется.

— Почему ты это сделала? — его взгляд был серьёзен и грозил прожечь в ней дыру, вот только у девушки на него уже выработался иммунитет. Она не какая-нибудь первокурсница с Гриффиндора, которая по ошибке добавила не тот ингредиент в зелье, из-за чего оно взорвалось. Ей не было страшно, скорее любопытно.

— Потому что она это заслужила, — терпеливо ответила Амелия, поджимая губы.

— Чем?

— Она пытала одного из студентов шестого курса Круциатусом! — она почувствовала, как злость снова начала поднимать свою мощную голову, грозя непредсказуемым исходом беседы. — Я лишь хотела проучить ее.

— Проучила? — с издевкой спросил он.

— Вполне.

— А если бы кто-то это увидел? — не унимался он, и Амелия тяжело вздохнула, думая о том, что проторчит здесь до самого ужина, если не свернёт тему. И ей не столько хотелось есть, сколько спать, поэтому девушка рассчитывала поскорее уйти в свою комнату, чтобы восстановить силы после долгого дня.

— Я бы и им подправила память, — сказала она, будто это было чем-то очевидным и банальным. — Заметь, Кэрроу не помнит ничего о том, что с ней произошло, и кто на неё напал! Чистая работа и никакого мухлежа!

Снейп обречённо вздохнул, уперевшись лбом в свои ладони, и покачал головой. Амелия сочла это за крайнюю степень терпения, поэтому встала на ноги и медленно попятилась на выход.

— Я… это, — она почесала затылок, пытаясь придумать достойную отмазку для побега, — пойду. Там столько домашки проверять! Хорошо бы за ночь успеть.

И, прежде чем он успел вставить хоть слово, девушка выпорхнула за дверь, чувствуя, как колотится сердце от адреналина в крови. Одно его присутствие заставляло внутренности скручиваться в узел, а тут ещё и обсуждение такой щекотливой темы. Кто ж знал, что Кэрроу потащится к Снейпу после того, как Амелия немного поиграла с ней? Странно, что она вообще так быстро оклемалась после дуэли, в которой Кэрроу была не более, чем живой мишенью. Амелия была удивлена низким уровнем боевой подготовки, поэтому уделала ее практически в сухую. Одно заклинание девушка все же пропустила, стоит заметить, поэтому сейчас немного прихрамывала на левую ногу. Но это было пустяком по сравнению с тем, в каком состоянии она оставила Кэрроу, когда уходила.

В таком темпе пролетел сентябрь, который изредка радовал студентов и преподавателей Хогвартса хорошей погодой, после чего наступил дождливый октябрь. Амелия нашла золотую середину подачи материала на своих уроках, чтобы всем всё было понятно, но при этом не расходуя все свои силы. Она была очень горда собой, наблюдая за тем, как студенты медленно, но верно, совершенствуют свои навыки. Макгонагалл по началу плевалась ядом, когда узнала, чему именно Амелия обучает студентов, но со временем ее недовольство сошло на нет, когда один семикурсник из Гриффиндора уложил на лопатки Амикуса Кэрроу. Она в своей извращённой ханжеской манере похвалила ее, тем самым одобрив методы Амелии Стэнфорд. Сама же девушка едва не писалась от счастья, думая о том, что она подпольно организовала в Хогвартсе, прямо под носом у Пожирателей, аврорские курсы.

Снейп, конечно, негодовал, но не мешал ей обучать студентов боевым и защитным заклинаниям. Девушка не знала точно, откуда он узнает обо всем, что происходило на уроках, но догадывалась, что дело было в мужчине на портрете, который повесили в ее кабинете после стычки с Алекто Кэрроу. Ведь из студентов мало кто мог сдать ее, потому что большая их часть смотрела на неё с немым благоговением во взгляде, а другая до жути боялась. Были ещё слизеринцы старших курсов, которые не относились ни к тем, ни к другим, а просто извлекали пользу для себя. Поэтому и оставался только вариант с тем портретом.