Жените нас, ректор! (СИ) - Власова Ксения - Страница 23

— Ой, да бросьте! — Я плюхнулась рядом и придвинулась поближе к шкатулке. Эйверли даже не шелохнулся. — Вы бы выставили меня вон, если бы было нужно. Раз оттягиваете этот момент, значит, ничего важного я все равно не узнаю.

По его губам промелькнула тонкая улыбка.

— С вами приятно иметь дело.

— Мне это уже говорили, — похвасталась я и кивнула на шкатулку: — Так что там?

Он открыл крышку, и я увидела прозрачный камень, излучавший приглушенный синий свет. От камня исходило магическое волнение.

Артефакт — поняла я.

— Подслушивающее устройство, — спокойно ответил Эйверли. — Вечеринка — лучшее место для сбора информации.

Я постаралась не показать своего восторга: подслушивающие устройства, засады… Все как в моей прошлой жизни!

— Да, я тоже так раньше думала, — с грустью сказала я, выныривая из воспоминаний.

— А, понятно, — протянул он. — Первые разочарования?

— Да, все как вы и предсказывали.

Он дотронулся до артефакта, активизируя его, и искренне отозвался:

— Не припомню такого.

— Ну как же, — удивилась я. — Вы же извинились передо мной тогда, в деревне. Сказали, что академия — вовсе не выигрышный лотерейный билет.

— Не думаю, что я выразился именно так. И я уж точно не извинялся.

— То есть вам вовсе не жаль?

Я задала вопрос деловито, без всякой обиды. Мне и правда было любопытно, что на уме у Эйверли. Таких необычных типов я еще не встречала. Атмосфера тайны и загадки, окружавшая его, больше не пугала. Она лишь разжигала профессиональный интерес журналиста. Руки чесались взять диктофон и провести с Эйверли интервью.

— Боюсь, не в той мере, в какой бы вам хотелось.

Сидя на краю постели, я уперлась локтями в коленки и положила подбородок на сцепленные в замок пальцы.

— Вам ведь было нужно, чтобы Дэкси тогда уехал, верно?

Эйверли так выразительно взглянул на меня, что я тут же подняла руки.

— Ладно-ладно, я поняла: молчу.

— Не верю своему счастью, — пробормотал он.

Мы оба затихли. Из шкатулки раздался треск, шипение, а затем донеслись абсолютно незнакомые мужские голоса:

— Говорят, эта девчонка сумела оживить Драконий Зуб.

— Не верю!

— Да, этот болван Чапман напутал с руной и — вуаля! — едва не отправил на тот свет свою группу.

— Придурок!

— Да, вроде Райли вовремя среагировал и всех спас.

Я громко фыркнула, но тут же опасливо прикрыла рот рукой. Вдруг артефакт работает в обе стороны и нас с Эйверли тоже будет слышно? Судя по безмятежному спокойствию моего соседа, я ошиблась.

— А почему Драконий Зуб доверили девчонке?

— Пожалели. Она так ревела…

Тут я уже гневно засопела. Очень хотелось выйти, хлопнув дверью, и разыскать парней, чтобы рассказать им правдивую версию событий.

— А что с тем артефактом?

Судя по паузе, парни закурили и затянулись.

— Да боги его знают! Эйверли носом землю роет.

— О, ну этот найдет.

— Да, скоро в пыточной прибавится работы.

Раздался негромкий смех, и Эйверли вновь потянулся к шкатулке. Его пальцы сделали неуловимое движение, будто переключили волну.

— Неужто кинжал пропал?

— Сам не верю! Кому он нужен?

— Его даже на черном рынке не продашь.

На этот раз в беседе участвовало трое. Я навострила ушки, но снова не услышала ничего интересного: все те же сплетни о Райли и обо мне. О Патрике говорили мало и с презрением, как о вещи, недостойной упоминания.

Где-то на шестом или седьмом разговоре Эйверли разочарованно дернул щекой и захлопнул шкатулку.

— На сегодня достаточно, — сказал он, будто речь шла об уроке. — Мне пора, и вам тоже.

Я с опаской покосилась на дверь. Вряд ли там поджидает Оливер, но вдруг? Эх, найти бы Оуэна…

— Слушайте, а может быть, проводите меня? — не то предложила, не то попросила я и поморщилась.

Чувствовать себя беззащитной было в диковинку.

Он ненадолго застыл, словно застигнутый врасплох, а затем небрежно подхватил висевший на спинке стула пиджак.

— Простите, у меня дела.

— Понимаю.

Мне удалось скрыть разочарование. В конце концов, никто мне ничего не должен.

Я осторожно подкралась к двери и прислушалась. Эйверли накинул пиджак и после паузы поинтересовался:

— Хотите совет?

Я обернулась и пожала плечами:

— Вы же в любом случае его дадите.

Он хмыкнул.

— Верно. Тогда не буду тянуть: присмотритесь к рину Берчу.

— К Майклу?! — поразилась я и с подозрением уставилась на Эйверли. — Это шутка?

— Если я пошучу, то скажу вам об этом, — галантно заметил он и продолжил: — Брак с ним не доставит вам хлопот.

— Вы серьезно, — резюмировала я.

Мне удалось избежать обвиняющих ноток. Успех!

— Его дедушка в случае свадьбы обещал неплохое денежное довольство молодоженам. А рин Абрамс будет так счастлив, что без проблем выдаст вам диплом с отличием. Поверьте, это будет выгодная сделка.

Я скривилась. И этот туда же! Считает, что мне нужно найти жениха и продать себя подороже.

— Я не привыкла решать проблемы с помощью мужчин, — холодно проговорила я.

— Это заметно, — с едва уловимой иронией протянул Эйверли.

Наши взгляды скрестились на злосчастной двери, на которой вспыхнула охранная руна.

Крыть было нечем, поэтому я молча дернула за ручку и выскользнула в коридор. Уже там Эйверли поймал меня за локоть и всунул что-то в ладонь. Я с недоумением рассмотрела небольшую брошь в виде черной птицы, расправившей крылья.

— Простите, мне чужого не надо, — торопливо сказала я и попыталась вернуть безделушку владельцу.

Только странных подарков мне и не хватало!

— Возьмите на время, — туманно посоветовал Эйверли. — Пригодится.

С этими словами он исчез в дверях проходной. Я еще немного постояла на месте, крутя в пальцах брошь, а затем прицепила ее к блузке и отправилась на поиски Оуэна.

Глава 11

— Пятьдесят пять, пятьдесят шесть, пятьдесят семь! — Оуэн бросил на стол последнее письмо в плотном желтом конверте. — Итого пятьдесят семь судебных исков.

— Всего за неделю учебы, — мрачно сказала я и с ожесточением впилась вилкой в ломтик бекона на тарелке. — Это рекорд!

Патрик, сидевший по правую руку, негромко кашлянул.

— Вообще-то нет. В книге «История суда» говорилось, что…

Оуэн укоризненно покосился на него и покачал головой, намекая, что сейчас не время для лекции. Я же так привыкла к Патрику и его статистическо-историческим ремаркам, что даже не обратила внимания на эти слова. Сама не знаю, как именно к нам с Оуэном прибился этот чудаковатый парень в очках и мешковатых костюмах, но его присутствие стало чем-то привычным. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что называю его другом. Молчаливый, но деликатный Патрик вызывал у меня смешанные чувства, среди которых доминировало желание защитить. Видимо, я страдаю комплексом спасителя, раз испытываю желание позаботиться о тех, кто слабее меня.

С запястья раздалось сытое урчание Плющика. В пасти этого безобидного с виду цветка только что исчезла целая куриная ножка. Он категорически отказывался от воды, но не имел ничего против мяса. Милое мне растение досталось, что ни говори!

— Почти в каждом письме есть приписка, что обвинитель с удовольствием откажется от своих претензий в случае…

— Если я выйду за него замуж? — догадливо предположила я и отодвинула тарелку.

Аппетит пропал. Даже чудесные ароматы, витавшие в столовой, больше на меня не действовали. Плющик воспользовался моментом и торопливо утянул вниз остатки бекона. Раздалось довольное чавканье.

— Да, — подтвердил Оуэн и принялся складывать разбросанные по столу конверты в стопку. Ему на глаза попалось распечатанное письмо. — О, а рина Фрайя ты тоже успела обидеть?

— Угу, — буркнула я, скрестив руки на груди. — В тот момент, когда он, сломав заклинание защиты, пролез ночью в мое окно.

— А! — с пониманием протянул Оуэн. — Тогда понятно, почему он упомянул душевную и…