Смерти вопреки (СИ) - Феокритова Наталья - Страница 62

— Единый — это хозяин Овинги и всего сущего вокруг.

— На Земле Единый — это Бог. И поверь, никто никогда его не видел. Ну, кроме совсем уж в ранние времена, когда все формировалось. Так, во всяком случае, утверждает один источник.

— Ты не понимаешь, — ответил Ияра и посмотрел вдаль.

Марина подумала, что они так и умрут в ожидании знака свыше, в отличие от своих агрессивно-предприимчивых врагов. Тем не нужно было во что-то там верить. Они, похоже, шли к цели напролом. И их цель была такой же, как и всегда — полная гегемония.

— То есть, измеры и ангелы были людьми? — вернулась она к интересующей теме.

— Да. Давно. Мы и сейчас рождаемся людьми. У нас только на третий день прорезаются крылья.

— Прямо, как зубы, — заметила Марина, вглядываясь в ночное звездное полотно.

— Да, что-то типа того. Они к десяти годам приобретают нормальные пропорции, а затем растут уже вместе с хозяином.

— А почему измеры не такие, как вы?

— Они выбрали другой путь, — ответил Ияра, не став объяснять.

Они замолчала.

— А ты не знаешь, почему вымирает народ воды, — спросила Марина просто так, ну мало ли.

— Я думаю, их измеры истребляют. На Овинге очень много воды. К тому же мне кажется, они полагают, что если будут утеряны знания одним из народов, это ослабит магию в целом.

— Какая глупость, — рассмеялась Марина. — На Овинге магия едина. Исчезнет один народ, будет утерян пласт культуры, но сама магия не изменится.

— Откуда ты знаешь? — Ияра лукаво улыбнулся ей. — Может, эволюционируя, она так сильно изменяется и разделяется. Может, сильна она будет только при сохраняемом многообразии.

— Нет, — Марина улыбнулась в ответ. — Энергия планеты однородна, только люди на ней разные. Измеры глубоко ошибаются, полагая, что истребив народ, они что-то выиграют.

— Не знаю, но как же тогда факт, что если утеряны знания хотя бы об одной магии, невозможно выполнить обряд Единения планеты. Король Аравилата должен хотя бы номинально владеть всеми четырьмя стихиями, а лучше очень хорошо. Потому что уровень владения напрямую сказывается на мощности его защиты.

Марина промолчала. Затем, зевнув, она встала.

— Пойду я спать, — сообщила она, решив больше не спорить. — А куда мы вообще плывем? — вспомнила она, зачем вообще пришла на палубу.

— Мы плывем на Сугву.

— Куда?

— Это остров, — пояснил Ияра. — На нем живут ангелы. Там мой дом.

Марина, терзаемая вопросами, спустилась вниз, залезла в гамак и еще какое-то времяразмышляла над беседой, незаметно для себя уснув.

--

Проснувшись, Марина увидела в соседнем гамаке читающего Ияру. Она встала, умылась и снова побрела на палубу. За бортом был солнечный теплый день, наверное, последний на Овинге в эту осень. За рулем стоял Арвил.

Она посмотрела на него, подумав: «Не друзья и не враги. Кто же мы друг другу?» За ней следов вышел Ияра, он кивнул принцу, сменив его. Арвил спустился и остановился перед Мариной.

— Пойдем вниз, — произнес он, разворачивая ее. Она не стала возражать. Они прошли мимо Котха, зашли в комнату, Арвил запер дверь.

Как только они остались одни, между ними сразу установилось сладостное напряжение, похожее на притяжение, волнующее обоих. Марина подошла к нему и прижалась. Он обнял ее, испытывая странное облегчение и успокоение. Девушка уткнулась носом в его шею, чувствуя, как пальцами одной руки он зарылся в ее волосы на затылке, а второй прижал к себе, не отпуская. Некоторое время они стояли, слушая, как бьется сердце другого. Затем Марина подняла голову, заглянула в серые глаза, разглядывая мужественные черты лица, курчавый волос, дуги бровей.

— Мы летим на Сугву? — спросила она.

Арвил кивнул, слегка отпустив ее, погладил по щеке.

— Там ты сможешь укрыться. Там нет власти Аравилата, — он смерил ее спокойным взглядом, продолжая обнимать.

— Совсем?

— Остров принадлежит ордену «Света».

— Он что, тайный?

— Закрытый для посещений. В основном, там живут ангелы.

— А как же хранители?

— Они, так или иначе, подчиняются отцу.

— Дэйва ты заставил?

Лицо его посуровело, он отпустил ее.

— Дэйв заслужил это, — жестко произнес он. — В твоем мире мужчины не имеют ни малейшего представления о чести и достоинстве. Они легко берут на себя обязательства, а потом отказываются от них. Поэтому у вас столько сирот, обездоленных женщин и обманутых бедняков. В этом мире все по-другому.

Марина промолчала. Спорить с этими словами было бессмысленно. В конце концов, жизнь ей тоже была дорога.

— Что тебе сделает король за то, что ты ослушался его?

Ей вспомнился взрывной характер короля, она, поежившись, посмотрела на Арвила, его суровый, устремленный вдаль, взгляд, мощную челюсть, плотно сжатые губы.

— Ничего он не сделает, — сказал он так, словно они говорили о пустяках. — Отречется и лишит трона.

— Но ты все потеряешь, — Марина, поразившись, посмотрела на него. — Ты же сам говорил о долге, чести и короне. А измеры?

— Я поступаю так, как велит моя совесть. И мое сердце.

— Спасибо, — произнесла она, положив руки ему на грудь и ласково поглаживая.

— Скажи, что мы там будем делать?

— Ты попросишь убежища и будешь молиться, чтобы мы выиграли в этой неравной войне.

А когда мы выиграем, ты, может быть, даже вернешься домой.

— А ты?

— А я вернусь в Аравилат и буду защищать королевство до конца, как это делают мой отец и брат.

— Неужели у измеров хватит сил захватить всю Овингу? Ведь если так прикинуть, это какие нужно иметь войска, чтобы поработить целую планету!

— Они много лет вынашивали эти планы. Может быть с самого начала. Готовились, изучали нас.

— Но ведь планета не принимает их! Почему же они остаются.

— Может, не нашли лучше. А может, хотят эту. В любом случае, они получат нас, только если истребят вчистую.

— Почему король Аравилата не защитит всех прямо сейчас. Он же гарант безопасности.

Арвил промолчал, тяжело вздохнув.

— Он очень стар и болен. Я не знаю, — признался он. — Последний раз ритуал защиты Овинги совершался тысяча восемьсот лет назад.

— И что, все забыли, как его выполнять? Все посвященные умерли в один день?

— Нет, конечно. — Арвил горько усмехнулся. — Но никто не может гарантировать, что он сработает. К тому же, одно дело природные катаклизмы, другое живые существа. На Сугве будет собор пяти народов. Его не собирали уже пятьсот лет.

Они замолчали. Марина села на один из гамаков, он — на противоположный.

— Интересно, почему Овинга не получила такого же развития, как и Земля?

— Ничего интересного в этом нет, — сообщил он. — Такое решение было принято на общем совете старейшин, когда стало ясно, к чему приводит высокая технологичность. Хотя планеты не идут абсолютно одинаковыми путями развития, измеры убедили старейшин, что такой путь развития лучше, чем земной. Как видишь, возможно, уже тогда вынашивались планы о захвате.

— Ты уверен, что на Сугве будет безопасно?

— Остров принадлежит ангелам. Они придерживаются нейтралитета.

— Что-то не заметила, — ехидно сообщила Марина. — Один из них вломился в квартиру и пытался зарубить меня, затем выкрал дочь и выкинул в окно. А так да, полный нейтралитет.

— У вас есть хорошая поговорка, — задумчиво произнес Арвил, посмотрев на нее. — Чужими руками жар загребать. Это как раз такой случай. К тому же, по большей части Ангелы миролюбивы.

— Если они так миролюбивы, почему тогда разнесли свою планету? Или это измеры нападали, а они оборонялись, да перестарались, так что ли?

— Примерно так. Суть конфликта сводилась к тому, что две расы пошли разными путями развития. Измеры, абсолютно не способные к магическим манипуляциям, развивались технически. На Овинге тоже не все маги, заметь. А ангелы способны на очень тонкие манипуляции высокими энергиями, не такими грубыми, как у нас. Иллюзии — это магия ангелов. И их иллюзии становятся реальностью. Представь, что ты не знаешь, где реальная иллюзия, а где природное бытие. И какая разница между ними? Ангелы открыли некий вселенский рог изобилия. Каждому воздастся, просите только. Измеры не могли этого пережить. Началась вражда.