Смерти вопреки (СИ) - Феокритова Наталья - Страница 61

Смерть занесла косу для второго удара, он должен был отсечь ей голову. Но что-то ему не дало. Марина повернула голову и увидела Арвила, призрачного, словно Кедра. Он смотрел синими, как у Смертника, глазами и сдерживал косу, не давая свершить возмездие.

— Обмен состоялся, — произнес он ровно, с силой отталкивая от нее косу. Смертник, успокоившись после вспышки гнева, посмотрел на них и произнес:

— Состоялся.

В небе разразилась еще одна молния, и в голове раздался шум: — Я не забуду этого, принцесса Аравилата! Он метнул белый шарик ей в грудь, опрокидывая к ногам призракоподобного Арвила!

Народа на площади почти не осталось. Королевская гвардия прибывала. Их было не меньше двухсот человек, но они боялись не Смертника, а принца. Тот, соскочив с помоста, принял человеческий облик и быстро провел руками, вызывая воздушную волну, которая оттеснила охрану на пятьдесят метров.

С высокой каменной стены на помост спрыгнул Котх, готовый атаковать любого, кто приблизиться к ним. А посередине опустился ангел с широкими черными крыльями.

— Не бойся, это Ияра, друг, — произнес Арвил, помогая очумевшей в конец Марине подняться. — Много сюда стягивается охраны?

Ангел кивнул. Котх внимательно осматривал солдат.

— Пошли, — сказал Арвил и, переступив через бездыханного Дэйва, протащил ее к ангелу.

Марина чуть не растянулась рядом с телом бывшего шурина и хранителя.

— Иллюзию создал? — спросил его Арвил. Тот ехидно ухмыльнулся.

— Спрашиваешь. Видят демонов смерти в самом устрашающем виде.

Марина прикрыла глаза, но ничего не увидела, никакой магической завесы.

— Дальше мы сами, — сказал Арвил, отпуская ее и направляясь к Котху.

— Арвил, — окрикнула его она в полном смятении и радости от спасения. Он обернулся.

— Потом, — кивнул он и снова отвернулся, сосредоточившись на площади.

Ангел взял девушку на руки. Марина обняла его за шею. Без малейшего усилия, легко оттолкнувшись и плавно взмахнув крыльями, он взлетел, унося их от городской площади и смертоносного эшафота, на котором стояли Арвил с Котхом.

***

Ювал вбежал в кабинет отца, принимающего каких-то просителей. Вид у него был шокированный, шальной.

— Арвил увез принцессу с места казни, — сообщил он, не в силах объяснить себе ни мотивов, ни поступка брата.

Король посмотрел на него, на людей и сдавленно изрек:

— Все вон.

— Но отец!

— Я сказал, все вон, — тихо повторил король, и только сжатый в кулаке свиток с приказом

говорил об его истинном состоянии.

Оставшись один, король продолжил смотреть в пустоту, не двигаясь. Истошно заорав, он одним яростным движением снес со стола все, что на нем лежало. Затем схватил стоящий у кресла меч, вскочил, начал бешено рассекать, что не попадя, проклиная всех и вся!

Часть 13

— Она спит, — сообщил Ияра, сидя на крыше с лесенками для дирижаблей. Арвил и Котх, разобравшись с охраной, немного припоздали. Сквозь бурый заслон облаков пробились первые лучи красного осеннего солнца. Ияра провел рукой, и в воздухе материализовался десятиметровый дирижабль. На его покрытой лаком деревянной обшивке виднелся герб дома Одвинов.

На палубе в кормовой части чернел вход в трюм, возле которого стояли бочки с водой. Дальше располагался мостик. В носовой части поднят небольшой парус. В трюме находились туалет, кухня, она же по совместительству столовая, и комната отдыха, в которой висели три гамака.

Мужчины поднялись на судно и отшвартовались. Дирижабль поплыл в воздухе. Арвил спустился вниз, убедившись, что Марина на месте. Девушка спала в одном из гамаков, заботливо укрытая одеялом. Он поправил локон, упавший ей на нос, погладил по щеке, затем развернулся и направился на палубу. Котх гремел посудой на кухне. Арвил подошел к Ияре, стоящему у руля и выводящему судно на нужный курс.

— У нее воздушная болезнь. Я снял часть симптомов, — сказал ангел.

Арвил сел на пол рядом с ним, устало потянулся.

— Когда ты ей скажешь?

— Никогда. Если она узнает, то погибнет.

— Надеешься вернуть все на круги своя?

Арвил кивнул, зевнув.

— Отец выступит против нее. Ты перехватишь ее у Северных гор и отнесешь к древлянам. Они совершат переход. Измеры будут считать, что бой выиграл отец. Все пойдет по накатанной.

Влажный осенний ветер обдувал их, шевеля волосы.

— На этот раз все по-другому, — заметил Ияра.

— Знаю, — Арвил запрокинул голову, упершись в бортик, прикрыл глаза. — Виларрия все изменила.

— Ты каждый раз проходишь этот путь снова и снова. Неужели, она того стоит?

Вопрос вызвал улыбку на губах принца.

— Я каждый раз, думаю, зря ли погиб Уэли, ведь Куара все еще надеется, — пояснил ангел.

— Каждый делает свой выбор сам, — Арвил открыл глаза, серьезно взглянул на Ияру. –

Она стоит всего.

Марина проспала шестнадцать часов. Проснувшись ночью, она увидела спящих по соседству Арвила и Котха. Повертевшись в гамаке, она встала и, взяв у выхода с вешалки чей-то кафтан, вышла на палубу.

Дирижабль тихо плыл в ночи под звездным небом, обдуваемый холодными ветрами. У руля стоял ангел, одетый в одну рубашку и брюки, босиком.

— Привет. Иди сюда, — позвал ее ангел, дружелюбно улыбнувшись. Марина приблизилась к нему.

— Есть хочешь? На кухне на столе стоит чашка для тебя.

Марина сходила до «кухни» и взяла оставленную чашку. Снова вышла на палубу и поднялась к ангелу, усевшись на пол. Блюдо по консистенции напоминало мясное рагу и пахло, как каша с мясом. На вкус оказалось похожим на что-то среднее между рисом и нутом вперемешку с кусками мяса. В общем, вкусно, особенно после тюремной размазни. Ияра тоже сходил и сел рядом, свесив ноги над дверным проемом. Улыбнулся.

— Будем, — произнес он и принялся за еду.

Марина улыбнулась.

— Я вижу, ты не стесняешься, — сказал он, поглядывая на нее.

— Да где уж мне. После того, как меня только ленивый не попытался пришлепнуть, — пошутила она, уплетая.

— Ну, спрашивай. Дежурство это всегда так скучно.

— Ты не любишь воздухоплаванье? — усмехнулась она.

— Нет, я люблю летать. Я еще молод и меня тянет вверх.

— А-а! А мне бы вот хотелось уже приземлиться где-нибудь. И чтобы меня не трогали, — сообщила Марина, зачерпывая очередную ложку каши. Он засмеялся.

— Ты идешь тернистым путем, и тебе не хватает крыльев.

— Уж не знаю, чего мне не хватает, но временами, кажется, что везения и ума. Сколько тебе лет? — спросила Марина, затрудняясь ответить на этот вопрос. — На вид лет двадцать пять-тридцать.

— Триста. Я один из последних рожденных, — сказал ангел, вызвав удивление в ее глазах.

— То есть последние триста лет вы больше не…

— Да, больше среди нас не рождаются ангелы, — во взгляде парня появилась тень печали.

— Странно? А сколько вы живете?

— В среднем, две с половиной — три тысячи лет. Так что, как видишь, я совсем молодой. И красивый.

— Если бы не было крыльев, вас бы нельзя было отличить от людей.

— А наши предки и были людьми, — сказал Ияра, снова улыбаясь, поймав удивленный взгляд Марины. — Мы пожелали себе крылья.

— Что ж вы не пожелаете себе всего остального?

— Мы желали, — ангел грустно усмехнулся. — Но Овинга не принимает нас и не исполняет наши желания.

— Почему не найдете более щедрый дом. Там где будет хорошо.

— Мы не можем. Пока наш враг здесь, мы обязаны быть рядом. Мы пустили его на Овингу. Наши судьбы связаны. Наша энергия жизни едина.

— А вы пробовали? — спросила Марина, но не дождалась ответа. Ангел встал, спрыгнул вниз и отнес тарелку, затем вернулся и встал у руля.

— В тот день, когда мы бросим наших врагов, мы умрем, — сообщил он загадочно и стал сравнивать курс. — Долг дороже всего.

— Чего же вы ждете — пока все измеры сами собою передохнут?

Ияра рассмеялся.

— Мы ждем. Мы надеемся, что однажды Единый укажет нам путь.

— Как? Спустится некто добрый Единый с небес и даст знак?