Предначертано судьбой - Деланси Элизабет - Страница 26

— Сомневаюсь, чтобы вы видели мое имя на страницах этого журнала.

Хьюгз улыбнулся с трудом. Джиб никак не мог понять, говорит он искренне или смеется над ним.

— Вспомните Ласт Чане, в Неваде, где вы в бригаде вместе с другими рабочими устроили переполох. Там даже управляющий исчез. Помните?

Джиб вернулся к еде и пробурчал:

— Исчез лишь на пару недель. Потом мы его вернули. И наши требования были удовлетворены.

— Да, да… восьмичасовой рабочий день, четыре доллара в день… Это же грабеж!

— А это кому и как посмотреть. Я бы сказал, за настоящую работу надо и достойно платить, — сказал Джиб и посмотрел на Хьюгза. — Не беспокойтесь, Хьюгз, вас я не собираюсь похищать.

— Вы крепкий орешек, Бут! Вы без особого труда получаете многое.

— Об этом вы тоже прочитали в вашем горном журнале? — спросил Джиб, отпивая кофе.

— Не заноситесь, Бут! Я о вас многое знаю. Я слышал, что вы картежный шулер, были даже королем среди горняков — картежников в Айдахо. А здесь, в Стайлсе, каждый знает, что револьвер у вас всегда наготове.

— Да, немало паразитов пришлось раздавить в свое время. Шериф многое может обо мне рассказать, — сказал Джиб, интересуясь, откуда Хьюгз все разузнал о нем.

— Нам, здесь в Стайлсе, не надо неприятностей. А какие у вас намерения относительно миссис Мэткаф?

Джиб отложил вилку. Как же он сразу не догадался. Все дело в Джулии. Джиб сказал:

— А какое ваше дело?

Хьюгз смотрел на него не мигая.

— Я полагаю, что меня это касается, как никого другого.

— В самом деле? — сказал Джиб, надменно ковыряясь зубочисткой в зубах. — Ну, ладно, в таком случае я вам все скажу. Во-первых, я убирал у нее в доме, еще бы надо доски прибить. Затем, я думаю получить у нее поцелуй и хочу забрать ее деньги.

Глаза Хьюгза сузились, и он со злостью произнес:

— Слушай, ты, подонок, Джулия Мэткаф порядочная женщина. Если ты хочешь развлечься, то для таких, как ты, есть заведение миссис Лавинии и тебе это будет стоить всего два-три доллара.

Джиб почувствовал, что не в силах сдержать себя.

— Позвольте вам, мистер, что-то сказать… Миссис Мэткаф меня вполне устраивает… и она не будет мне стоить ни цента… мне даже не придется тратиться на обед…

Слова вырывались сами по себе, и Джиб сразу о них пожалел. Но было поздно. Не успел Джиб сориентироваться, как Хьюгз бросился на него через стол, схватил его за грудки и уложил на стол. Но Джиб пришел в себя и ответный удар уложил Хьюгза на пол, стул полетел вслед за ним.

Посетители кафе разом замолчали. Хьюгз медленно поднялся, вид у него был жалким:

— Ну, сукин ты сын… Я еще полюбуюсь, как тебя повесят.

Джиб вытащил из кармана несколько монет и положил их на стол. Это были деньги за завтрак.

— Полегче, приятель. Я мог бы принять это за угрозу, — сказал ему Джиб. Он оделся и, не посмотрев ни на кого, вышел из кафе.

Джиб шел по тротуару, обдумывая происшедшее и вспоминал, что он наговорил этому придурку.

Он ругал себя за то, что сказал о Джулии. Хьюгз, может быть, и не передаст слово в слово, но основную мысль сказанного он непременно сообщит Джулии. Чем больше он думал об этом, тем сквернее себя чувствовал. Единственное, что он хотел сейчас — выпить и покурить. Карты тоже были бы кстати.

Уже подходя к двери Бон Тона, он услышал, как кто-то позвал его. Это был Барнет Кейди. Он догонял Джиба. Было видно, что Кейди в курсе того, что недавно случилось в Пиккексе.

Барнет схватил Джиба за рукав и сказал:

— Я хочу с тобой поговорить.

Увидев, как Барнет сердит, Джиб почувствовал себя еще хуже. Барнета он уважал. Обмануть Барнета было так же трудно, как и доктора. Он видел Джиба насквозь.

— Поговорим у меня, в офисе, — сказал Барнет. Джиб пошел за ним; они прошли тюрьму и лавку

Блюма, не проронив ни слова. Он остановился у вывески: «Барнет Кейди, эсквайр. Адвокат».

Барнет открыл дверь. Он кинул шляпу на вешалку и показал Джибу, чтобы тот проходил. Они прошли в маленькую комнату, заставленную книгами и папками. Здесь же находился длинный стол и шесть стульев.

— Садись, — сказал Барнет голосом, похожим больше на команду, чем на приглашение.

Джиб подчинился и спросил, чтобы разрядить ситуацию:

— Как поживает Дотти?

Откинувшись на спинку стула и скрестив ноги, Барнет выглядел мрачными и злым:

— Дотти в порядке. А твоя дурная слава по-прежнему идет впереди тебя, что очень расстраивает Дотти.

Джибу было неприятно это слышать, он всегда любил и уважал Дотти Кейди. Она не была чопорной, как другие важные дамы в этом городе.

— Я слышал, что ты наговорил возмутительных вещей о миссис Мэткаф.

— Это Хьюгз наболтал?

— Мы сейчас говорим не о Гарлане, а о тебе.

— Черт побери, Барнет, это все сплетни. Я не произнес ничего неуважительного по отношению к миссис Мэткаф. И, если бы Хьюгз не спровоцировал меня, то я вообще бы ничего не сказал.

— А что конкретно ты сказал?

— Я не сказал ничего дурного, я лишь намекнул. Барнет, казалось, теряет терпение, он постукивал пальцами по столу:

— На что конкретно ты намекал?

Джиб не мог смотреть в глаза Барнету, а уставился в потолок, обдумывая свой ответ:

— Я думаю, что я намекал на свою близость с ней. Барнет ничего не сказал. Джиб чувствовал себя опять

нашкодившим ребенком и хотел, чтобы его не наказывали. Джиб, конечно, очень жалел о том, что он наговорил Хьюгзу и о том, что он вообще целовал Джулию.

— Я действительно раскаиваюсь, Барнет.

— Если ты не хочешь, чтобы Гарлан распускал о тебе слухи, то разбирайся с ним сам. Я не стану вмешиваться. Но, когда в это дело ты вмешиваешь женщину, такую как Джулия, намекая на то, что она… — голос его задрожал… — Хвастая своими успехами с ней… — Он сжал губы и продолжал: — В таком случае, вам не место здесь, мистер…

Подбородок Джиба упал на грудь, ему было очень стыдно за себя, и он хотел, чтобы Барнет отлупил его за этот проступок.

— Видно, что до тебя пока не дошло, что Джулия — жена человека, который спасал тебя не раз и не два. Она думает о тебе только хорошее. Один бог знает, отчего она так думает!

— Вы ей расскажете?

— Конечно нет, для ее же пользы, не для твоей. Я также просил Гарлана не говорить ей.

Услышав это, Джиб даже вдохнул с облегчением, но старался не показать этого. Однако Барнет не закончил своей речи:

— Я не знаю о твоих намерениях, Джиб. Но догадываюсь о твоих планах. И, если то, о чем я думаю, окажется правдой, то я уверен, что в нашем городе тебе это легко не сойдет. Не надейся.

Джиб опять уставился в потолок. Казалось, что все в Стайлсе уже догадались, что Джиб охотится за деньгами Джулии. Все, кроме самой Джулии.

— Я посмотрел документы на шахту, — сказал Барнет, спустя минуту. — Вроде бы все в порядке.

Джиб даже выпрямился, услышав это приятное известие. Документы были в сейфе.

— Однако, Сейрабет не может стать полноправным владельцем шахты, — сказал Барнет, открывая сейф. — У нее на этот участок нет лицензии, да и Роули в последние годы ничего там не делал. По закону, ты можешь зарегистрировать участок на себя.

— Сейрабет должна получить свою долю, — говорил Джиб. — Ведь ее отец имел свою долю в этом деле, а Роули — мой партнер.

Барнет достал из сейфа дело.

— Вот твои бумаги. В таком случае, пусть Сейрабет придет и подпишет документы и Роули тоже.

— Я могу взять бумаги с собой, и они подпишут.

Барнет сел и стал просматривать дело. И вдруг спросил:

— А какой капитал вкладывается в это предприятие?

— Есть у меня небольшая сумма, — сказал Джиб. — У Роули тоже есть.

— Для того, чтобы открыть шахту, милый мой, нужна приличная сумма.

— Может быть, ты вложишь деньги в мое предприятие? Мы уже кое-что сделали там, очистили шахту от змей. Это, черт возьми, хорошее, прибыльное дело, Барнет, — говорил Джиб.

Барнету было явно не до шуток после всего, что произошло. Он сказал: