В пути (СИ) - Кучаев Тимур - Страница 64

— А что входит?

— Господин Никто, — принялся загибать пальцы обитатель мира грез, — безликий, демон, сноходец, пожиратель снов, асура, джин…

— Хватит, хватит! — Засмеялась Линнет. — Я поняла, что ты собираешься перечислить море непонятных слов. Давай остановимся на сноходце. Пожиратель звучит угрожающе, а господин Никто — слишком пафосно. Хотя безликий тоже ничего, но сразу вызывает аналогии. Противоположность Двуликому и все такое.

— Как угодно юной госпоже. — Отвесил изящный поклон собеседник. — Но посмею обратить внимание: ты тратишь время впустую.

— Вы забыли добавить волшебную фразу “как обычно”, милорд. — Прощебетала Лина фальшивым голоском, доступным только выходцам из мелких дворянских родов, не обремененных значительной властью, а оттого вынужденные до конца жизни раболепствовать перед королями, императорами и прочими властителями судеб.

— Я ничего не забываю, дитя, — вздохнул Хранитель, — просто не вижу смысла повторять. Каждую ночь ты появляешься и предаешься праздному безделию.

— Вместо того, чтобы… — В тысячный раз попыталась выудить хоть какую-то информацию девушка, но сноходец остался непреклонен. Как обычно.

— Я не даю ответов. — Повторил он и, ловко обернувшись вокруг своей оси, преобразился. Плечи сузились, зато тело вымахало вверх на пару ладоней, а темные космы волос наоборот устремились к низу, закрывая шею и буквально требую встречи с цирюльником.

— Похож. — Призналась Линнет, разглядывая новое лицо оборотня. — Хотя у настоящего Касиана глаза мягче, скулы не выпирают и голова почище. Только зачем? Эгериец вроде ничего был.

— Почему нет? — Спросил юноша робко и одновременно нахально. — Захотел и стал.

— Ну и славно. — Пробормотала дочь графа, аккуратно спускаясь со своего насеста. — Я собственно даже за. Только интуиция подсказывает, что менять лицо без хорошего повода ты не будешь. Значит облик младшего брата должен придать мне боевой настрой… Либо это прямой намек.

— Либо я просто не мог…

— Что не мог? Придать идеальное сходство? Отрасти он такие патлы — Марта тут же понесется за самой острой бритвой в замке, и никакая сила не остановит стрижку. У нее с этим строго. Не представляю, что услышу в свой адрес по возвращении.

— Не о том заботишься. — Безапелляционно заявил лже-Касиан, нашедший на пляже увесистую жердь и принявшийся отрабатывать мудреные движения с мечом. Или просто махать дубиной, вообразив себя великим воином. С него станется.

Наблюдая за спутником, проявлявшим чудеса лицедейства, Лина невольно улыбнулась. Находясь в плену у Паскаля и его банды извращенцев, она неоднократно мечтала вернуться в Цаплин Холм. Новые перспективы, казалось, притупили тоску, но Хранитель бередил старые раны с искусностью, достойной лучших императорских палачей. Куда там недоумку Стефану, его пределом стали вульгарные клещи. Настоящий мастер обходился лишь словами и образами.

Ностальгия обрушилась с неожиданностью затаившейся в листве рыси.

— Знаешь, ты победил. Я поняла насколько соскучилась по дому. — Прошептала девушка. Почувствовав влагу в уголках глаз, она повернулась лицом к морю, пытаясь разглядеть что-нибудь за бесконечностью волн. С неба упало несколько крупных капель, за ними еще десяток и спустя пару глубоких вздохов по водяной глади забарабанил самый настоящий ливень.

— Что будет, если я сейчас покину Скрытые Острова? — Тихо спросила ученица ведьмы. — Мертвецы вновь станут преследовать меня каждую ночь?

— Маловероятно. — Коротко и совсем некасианским голосом ответил Хранитель. — Утопленники — результат конфликта души и тени. Он преодолен. Но преодоление конфликта — не гармония. Думаю, ты понимаешь разницу.

— В таком случае чем грозит перерыв?

— Тем же, чем и бессмысленное пребывание здесь — потерей времени. — Безжалостно произнес сноходец, подходя ближе. Ничего не объясняя, он положил руку на плечо девушки и с силой тряхнул ее. Потеряв равновесие, Линнет вывалилась в реальность.

***

— Вставай, лежебока! — Горланила Эриберта, бодро вышагивая по комнате. Резким движением отдернув плотные занавески, она пустила внутрь дневной свет, заставляя валяющуюся в кровати Лину болезненно зажмуриться.

— Солнце встало, корова не доена, козы не пасутся, куры да петухи не выпущены, а она увальнем валяется и в ус не дует, бездельница!

— Какие петухи? — С трудом отрывая голову от подушки застонала девушка, но наставница казалась воплощением чистой безжалостности.

— А не важно какие! Маменька так по утрам будила, пока я в деревне жила. И чего бы мне ее примеру не следовать?

— Того, что мы не в деревне!

— Тоже мне проблема. — Отмахнулась карга. Гремя склянками с давно выцветшими ярлыками, она принялась напевать какой-то идиотский мотив, игнорируя невнятные бормотания ученицы, сначала требовавшей прекратить ужасные песнопения, потом перешедшей на угрозы, а после скатившиеся в откровенную мольбу.

— Хватит ныть! — Рявкнула хозяйка, теряя терпение. — Нормальные люди давно поднялись, а ты до сих пор перины греешь!

— И с удовольствием бы продолжила. Меня вообще в последнее время тянет полуночничать… — Призналась Линнет, буквально ощущая боль от расставания с постелью. — Прогуляться под полной луной, провести рукой по колышущейся траве…

— Ох, девочка… — Пробормотала посвященная, на глазах теряя боевой настрой. — Прости, дуру старую, не подумала. Спи сколько хочешь, спешить нам и правда некуда.

Замерев на полушаге, дочь графа несколько раз напряженно моргнула, выискивая подвох.

— Так… Если я получаю поблажки, значит вы готовите гадость. Хорошую, добротную. Может даже великолепную гадость такого масштаба, что архимаги начнут прыгать из окон Башни, надеясь помереть до ее свершения.

— Не переоценивай, милая. Напугать столь значимую фигуру у меня кишка тонка. — Вымученно засмеявшись, Эриберта оставила в покое пузырьки и колбы. — И вообще заговоры не по моей части. Просто подумала, что желание поспать подольше может к силе прилагаться. Даже логично было бы. Вот я — огненная волшебница, встаю с рассветом. Ибо солнышко — суть огонь небесный.

— И правда хорошая теория. — Добавила бабка, после небольшого раздумия. — Надо дурачкам из алой коллегии подкинуть, пусть прорабатывают. Если выйдет чего — славу поделим. А ежели нет — и тролль с ними.

— И какая в таком случае сила у меня? И почему просыпается по ночам?

— Да нельзя же подсказывать, дабы постижение не нарушить! Самый важный этап, между прочим!

— Так уж и важный. — Попыталась поспорить Лина, но карга, злобно цыкнув, тут же остановила зарождавшийся бунт:

— Еще как! Может и не самый, но важный. Ни один уважающий себя чароплет учеников мимо него не пропустит. Так веками заведено: доходить своим, значит, умом. А если не дойдешь, знаешь, что случится? Вот и не разводи руками, я тоже не знаю! Но, говорят, ничего хорошего. Не сумеешь обрести внутреннюю гармонию — будешь в придорожном трактире жопой вертеть, умасливая пьянчуг выпивку заказать, на большее не надейся!

— Дядюшка Ма как-то без этого справляется.

— Так у Ма конкурентов нет! — Не унималась старуха. — Кто к нему не пойдет — дома куковать останется! И вообще, кого волнуют такие вещи, когда речь о тайных науках?!

— Свести бы вас вместе… — Бросила девушка, капитулируя. — Ни черта не хотите говорить с козлом этим.

— Каким еще козлом? Ты что дружка завела, егоза?

— Да нет же, во снах… — Принялась объяснять Лина, но прытко подскочившая наставница зажала ей рот своей безразмерной лапищей.

— А вот об этом ты никому говорить не должна! — Пояснила она.

— Даже вам?

— Даже мне. Мало ли что и где я разболтаю, а тебе страдать потом. Пойми, дитя, волшебство проявляется в самых разных формах как снаружи, так и внутри нас. Мудрейшие практики не предскажут последствия. Поэтому держи услышанное от козлов под надежным замком… Козлов или от баранов? А, тьфу на них, бестий рогатых.

— Ладно, ладно. Просто хотела сказать, что по дому соскучилась. — Перевела тему девушка, вспоминая, как ловко Хранитель пробудил тоску по родному замку. — Можно съездить туда ненадолго? Месяц или два. И сразу обратно.