Тлен и пепел (СИ) - Шелинс Елена - Страница 38

   В страхе упасть я поспешно обвила руками его шею.

   Энтон Корре перехватил меня поудобнее и, отлично ориентируясь в полутьме, зашагал в ту сторону, где я оставила логово мертвячек, убивших Косу. Я отстраненно чувствовала медленный стук сердца лорда, словно происходящее для мужчины было не волнительнее обычной лесной прогулки.

   От рокового места ушла я недалеко. То, что оттуда веяло, прожигало кожу, и у меня возник порыв вырваться из рук господина Корре и, наплевав на все последствия, кинуться прочь.

   Энтон встал около братской могилы несчастных женщин. Я заерзала, чувствуя, как лениво зашевелились мертвые под небольшим слоем земли, ощущая наше близкое присутствие.

   — Их необходимо упокоить, но уже не здесь. Инквизиция научилась безошибочно находить то, что остается от тел после упокоения, поэтому… — Я уловила мощный поток силы, хлынувший от Энтона, хотя он не пошевелил и бровью. — Поэтому сейчас их стоит увести отсюда как можно дальше.

   Мгновение, и земля двинулась, задрожав. Первые оголенные черепа стремительно взвились над почвой, разбрасывая мелкие комья.

   От неожиданности вздрогнула и вжалась в Энтона, едва сдерживая крик.

   Вместе со скелетами с почти полностью разложившейся плотью, из земли поднялся и труп наемного бандита. От его лица осталась рваная кровавая масса, растерзанное тело сгибалось в разные стороны, как у сломанной куклы, и распознать мужчину теперь можно было лишь по одной его длинной приметной косе.

   Освободившись от оков земли, отвратительные мертвецы на мгновение замерли, чуть покачиваясь и скрипя суставами, а затем синхронно повернулись к нам спиной и устремились прочь, куда-то вглубь леса. Черная пологая могила дрогнула, и стремительно затянулась, словно почва сама залечивала свою рану.

   Я подняла глаза на Энтона Корре. Тот молча смотрел на меня, и на его губах играла легкая улыбка.

   Была ли я потрясена? Скорее, нет. После сегодняшнего нападения у меня истощились не только магические и физические силы, но и моральные. И засияй вдруг Энтон пронзительным голубым светом и заяви, что он — воплощение бога смерти, мое изумление было бы недолгим, а затем я приняла бы как должное и это.

   С первого дня знакомства с Корре я чувствовала, что он носит далеко не одну маску под натянутой личиной подчеркнутой любезности. Так почему бы ему не оказаться некромантом? Уж он то куда лучше подходил на эту роль, чем я сама.

   Мои мысли прервал глухой звук отдаленного взрыва, и подняв голову, где-то вдалеке я различила алые сверкающие искры, расцветшие на небе распустившимся бутоном розы. Пиротехника и магия в совокупности могли впечатлить даже самого предвзятого и бывалого зрителя.

   Неужели с моего отъезда из поместья Элины прошло так мало времени?..

   — А вот и Темпичи пустили фейерверк, — проговорил Энтон. — Совсем скоро все их гости начнут разъезжаться по домам. Впрочем, мои люди уже должны были закончить с тем, что вы оставили возле кареты. Ничего не могу гарантировать с полной уверенностью, ведь идеально замести следы после подобного невозможно, но при благополучном раскладе никто и не подумает на вас ничего дурного. Особенно, если вы будете говорить об этом вечере только то, что велю вам я.

   Я сдержанно кивнула, игнорируя повелительный тон.

   Мне казалось, я готова выполнить любое условие, лишь бы Инквизиция не пришла в мой дом.

   Энтон Корре двинулся дальше, следуя одним ему ведомым в этом темном лесу ориентирам.

   — А вы не носите кольцо с «Дланью матери», я заметил. Неужели не пришлось по вкусу?..

   — Так это были Вы?.. — я громко выдохнула. — Ну и дурацкие же у вас шутки!..

   — Какие шутки?.. Если Вы не знали, обереги Инквизиции заказывают у мастеров и те, кто не имеет к ней никакого отношения. Знать готова платить хорошие деньги, чтобы унять свою паранойю, и я не удивлюсь, если тот же ваш батюшка носит при себе нечто подобное… Для молодой некромантки кольцо с свойствами, которыми обладает «Длань матери», совершенно точно должно быть бесценным приобретением, а ваш достаток оправдывает присутствие у вас такого дорогостоящего амулета.

   — Но откуда Вам было известно, что я…

   В голове пронеслось воспоминание — мой обморок, иголка, капля крови, которую Энтон зачем-то тут же попробовал на язык. Неужели он способен таким образом определить подобное? Но зачем ему вообще было это делать?..

   — А вы знали, Кларисса, что огромное количество талантливых и сильных некромантов вышли из рода Извечей?.. Жаль, что за последние поколения он практически выродился. Вы — последний отблеск тех сил, которыми когда-то владели ваши предки.

   Энтон так и не ответил прямо на мой вопрос, уводя в сторону, но даже понимая это, я не могла не среагировать:

   — Будь это так, Извечей бы вырезали под корень во время пика гонений на некромантов, как это делалось со множеством других семей.

   — Возможно, дело в том, что вырождение рода началось задолго до гонений… Но, думается мне, это далеко не самая главная причина, почему Извичам удалось избежать преследований, а эту самую причину я, увы, знать не могу. Однако… поверьте, моя дорогая, если Извичи до сих пор топчут нашу бренную землю, значит что-то спасло их от печального конца.

   Я недоверчиво покачала головой. Пусть мое более тесное знакомство с некромантией и началось с дневника далекого предка, представить себе, чтобы наш благородный род, который всегда был на виду и на хорошем счету у монархов, насчитывал множество повелителей мертвецов… Это не укладывалось в голове.

   За очередным огромным деревом, которое обошел Корре, нашлась пегая лошадь. Она нетерпеливо переступала длинными изящными ногами, и радостно заржала, едва увидела своего хозяина.

   Энтон усадил меня боком впереди седла, и замер, пристально изучая мое платье. Прежде чем я бы успела напомнить ему о правилах приличия, он сказал:

   — Платье придется снять. Тлен коснулся его, и, вероятно, нижнего белья под ним — вам же не хочется, чтобы ваша прислуга побежала сдавать вас Инквизиции? Одежду сожжем, а причину наготы, которая бы не ставила крест на вашей чести, придумать не так уж и сложно. И можете не переживать, я с удовольствием одолжу свой плащ.

   Я ярко вспыхнула, полностью ошарашенная поступившим предложением, но, опустив глаза, увидела темные безобразные пятна, идущие от груди к самому краю юбки. Часть ткани обесцветилась и истлела, остальная порвалась еще во время погони в лесу.

   Только один вид магии мог так повлиять на одежду. Я в бессилии сжала оборки, которые рассыпались в моих пальцах. Затем, в нахлынувшей решительности, низко наклонилась и спросила то, о чем должна была спросить еще раньше:

   — Энтон, скажите, зачем же вы так стремитесь мне помочь? Я никогда не поверю, что дело в проснувшемся в вас альтруизме. Неужели вам так нужно прибрать к руках не такое уж и большое состояние моей семьи и ради этого вы готовы сами ввязываться в ситуацию, где по наши души может нагрянуть Инквизиция? К чему столь большой риск для человека с такими силами? Зачем вы делаете все это?

   Энтон чарующе улыбнулся, блеснув белой полоской зубов.

   — Моя прекрасная, дорогая Кларисса, — мой подбородок поймали в тиски холодных пальцев, заставляя прямо взглянуть в темно-болотные глаза. — В отношениях между мужчиной и женщиной должна иметь место честность, поэтому я скажу вам напрямик. Уже очень давно мной двигало стремление, которое, подчас, оказывалось сильнее остальных моих желаний. Кларисса, я хочу вернуть себе то, что когда-то, давным-давно и так принадлежало мне… и теперь, ко всему этому, я хочу получить и вас.

   Энтон Корре вдруг сделал небольшой, но резкий шаг вперед и впился губами в мои. От неожиданности я не успела даже попытаться отстраниться, а потом…

   Дыханье сперло, по телу прокатилась волна сладкой дрожи. Кoрре определенно знал толк в том, что делал, и я, уже абсолютно забывая обо всем, на несколько мгновений полностью отдалась пронзительному дразнящему чувству своего первого поцелуя.