Зови меня Златовлаской (СИ) - Никандрова Татьяна Юрьевна - Страница 67

Как-то мне позвонила Ада и объявила, что завтра мы идем на вечеринку к Анохину. Однако тусоваться мне совсем не хотелось.

— Ну, пошли! — упрашивала меня Ада. — Анохин на радостях, что окончил школу, обещал закатить классную вечеринку, будет шампанское и креветки.

— Прости, но шампанским меня туда не затащишь, — сопротивлялась я.

— Саш, пойми, Анохин окончил школу, и далеко не факт, что мы будем с ним дальше общаться. А у его предков просто шикарная квартира, ты же там была. Из нашего окружения такой больше ни у кого нет.

— Тоже так себе аргумент.

— Окей. А сколько раз я таскалась с тобой на гораздо менее интересные мероприятия в качестве группы поддержки? Как говорила моя бабушка, долг платежом красен.

— А вдруг Ревков там будет? Пощади меня, — взмолилась я.

— Даже если так, у тебя будет отличный повод роскошно выглядеть и утереть ему нос! Готова одолжить тебе любое платье, только пошли.

Я согласилась. Противостоять уговорам Ады было невозможно. Вот только наряжаться желания не было. Вечером я без особого энтузиазма облачилась в джинсовые шорты, просторную светлую футболку, распустила волосы и нанесла легкий макияж. Антон заехал на такси сначала за мной, а потом мы вместе забрали Аду.

Основное действо проходила в огромном зале квартиры Анохина. Помещение было настолько большим, что с трудом верилось, что это лишь одна из комнат квартиры. Всего на вечеринке было человек двадцать пять. Почти все из нашей школы. Кого-то я знала лично, с кем-то была знакома лишь заочно.

Вокруг царила атмосфера свободы и веселья, играла фоновая музыка, однако мне было не до развлечений. Я взяла бокал шампанского и направилась в глубь зала к окну. Проходя мимо оживленно болтающих парней и девушек, я заметила его.

Влад сидел на одном из дивано, потрясающе: растрепанные волосы, легкая небритость, бездонные карие глаза. Проходя мимо него, я подняла взгляд, и наши глаза встретились. Он сухо кивнул мне. Я ответила тем же. Вот и все. Никакой радости от встречи, никаких эмоций. Ничего.

Я сделала большой глоток шампанского и уставилась в окно. Настроение было ужасным.

— Пей побольше, и не будет так паршиво, — шепнула мне на ухо Ада.

— Видела наше "пламенное" приветствие? — поинтересовалась я.

Ада кивнула.

— Необязательно киснуть рядом со мной, — сказала я подруге. — Иди развлекайся. Я втянусь чуть позже.

Ада чмокнула меня в щеку и упорхнула к Максиму. Эти двое заглядывали друг другу в глаза, так будто видели там смысл жизни. Как же здорово любить и быть любимым.

Я невольно бросила взгляд на Влада, он спокойно потягивал виски и общался с одноклассником, нисколько не переживая из-за моего присутствия. Я залпом опустошила бокал и пошла за добавкой.

После трех порций шампанского, выпитого меньше чем за десять минут, мне существенно полегчало. Я втянулась в тусовку, начала общаться с присутствующими, пару раз даже смешно пошутила. Кто-то затеял игру в мафию, и я, заметив, что Влад не собирается играть, решила поучаствовать. Мы сыграли три кона, один раз я даже выпало так, что мы с Булаткиным были мафией. Это бы единственный раз, когда мафия выиграла.

— Санек, тебе надо играть в покер! — заявил Никита Ящук, пораженный моим искусством блефа.

— Да, она у меня такая! — горделиво заявил Антон и чмокнул меня в щеку.

Я рассмеялась и допила четвертый бокал игристого. Мне стало совсем весело, я подошла к колонкам и прибавила звук. Тело выполняло танцевальные движения без участия мозга. Народ подтянулся ко мне, и вот уже почти все присутствующие двигались под ритмичную музыку.

Влад был один из немногих, кто остался на месте. Похоже, он решил вообще не вставать с дивана. За весь вечер я поймала его взгляд на себе лишь однажды, и то он сразу же отвел глаза. Даже сквозь алкогольное опьянение я чувствовала обиду за его равнодушие. Уж лучше бы он прямо сказал мне, что между нами ничего нет и быть не может, чем это безразличие.

Веселый трек сменился спокойной и мелодичной песней, ребята стали танцевать медляк. Ко мне подошел Антон и мягко обнял меня за талию. Мы неторопливо танцевали на месте, покачиваясь из стороны в сторону.

— Что, совсем ничего? — поинтересовался он.

Я отрицательно покачала головой.

— Ни одного слова за вечер? — не поверил Булаткин.

— Ни одного взгляда. Какие уж тут слова, — с горечью отозвалась я.

— Ну и пошел он.

— Да, пошел он, — повторила я, но отчаяние снова наваливалось на меня.

Заметив выражение моего лица, Булаткин как-то загадочно посмотрел на меня и неожиданно сказал:

— Заранее прости, но, возможно, это поможет.

— О чем это ты?

Не успела я договорить, как он накрыл мои губы своими. Поцелуй был, мягко говоря, странным. Первым моим порывом было отпрянуть, но я почему-то не шевельнулась. Мои губы были сжаты, и Булаткин не предпринимал никаких попыток открыть их. Он просто прижимался ко мне губами, имитируя поцелуй плавными движениями головы. Я терпеливо дождалась, пока Антон отпустил меня, а затем шепотом спросила:

— Что за фигня?

— Хотел посмотреть на его реакцию, — также шепотом ответил Булаткин, поглядывая за мою спину, туда, где сидел Ревков.

— Ну и как?

Антон снова приобнял меня за талию, продолжая наш танец, и отрапортовал:

— Я не отследил самую первую реакцию на поцелуй, но, когда я на него посмотрел, он пялился на нас в упор. Потом быстро отвернулся. И сейчас уже опять болтает с каким-то парнем.

Я разочарованно выдохнула. На глазах у Ревкова меня поцеловал другой парень, а ему хоть бы что. Обида, гнев и уныние накрыли меня с головой. Дождавшись окончания песни, я обняла Антона и шепнула ему на ухо:

— Ни секунды больше не могу быть с ним в одной комнате. Я по-тихому улизну. Не хочу ни с кем прощаться. Через минуту закрой за мной дверь.

Булаткин понимающе кивнул. Я тихо прошмыгнула в коридор, обулась и вышла из квартиры, беззвучно прикрыв за собой дверь. Мне хотелось немного пройтись, привести свои мысли в порядок и успокоиться.

Я вышла из подъезда и неспешно двинулась по тротуару, погрузившись в себя. Внезапно за спиной я услышала шаги. Я прислушалась и машинально запустила руку в сумочку в поисках баллончика. Не хватало мне еще ночных провожатых. Я ускорилась, но шаги все равно приближались. Не выдержав, я обернулась и застыла на месте.

Это был Влад. Он остановился в паре метров от меня, вид у него был какой-то потерянный.

— Ты все время за мной шел? — спросила я первое, что пришло в голову.

— Да, — хрипло ответил он.

— Это немного жутко.

— Прости, если напугал.

Он молчал. Я выжидательно смотрела на него. Наконец, Влад сделал глубокий вдох и заговорил:

— Златовласка, я устал молчать, устал делать вид, что ничего к тебе не чувствую. Куда бы я ни пошел и на кого бы я ни смотрел — я вижу твое лицо, — устало вздохнул он.

— Но ведь ты… Ты постоянно отталкиваешь меня, — развела я руками. — А потом говоришь, что у тебя ко мне чувства. Я тебя совсем не понимаю!

— Последние месяцы я думал о тебе каждый день, каждый час, каждую чертову минуту. Я честно пытался выкинуть тебя из головы. Убеждал себя, что мы просто друзья, что я привязан к тебе лишь как к другу, — говорил Влад, засунув руки в карманы джинсов. — Но ты оказалась такой непохожей на других. Я хотел не замечать тебя, хотел не сравнивать…

— Почему ты не говорил этого раньше? — потрясенно спросила я. — Зачем было так мучить нас обоих?

— Я ужасно запутался. Стас — мой лучший друг, понимаешь? Я ему жизнью обязан, в прямом смысле. Когда нам было по шесть, мы купались в реке, я тогда толком плавать не умел, а там течение. Меня как понесет, я чувствую, что все, иду ко дну. А Стас рванул за мной и вытащил. Сам чуть не потонул, но вытащил, понимаешь? — Влад говорил сбивчиво, устремив взгляд в землю. — А потом, когда мать с Сонькой погибли, отец у меня с катушек съехал, не просыхал несколько месяцев. Я тогда фактически без отца остался. И родители Стаса меня как своего принимали, я у него почти каждые выходные жил, Саш. Он мне как брат.