Бродяги (СИ) - Кузьмина Ольга Владимировна - Страница 52

Лейн посмотрел на Диллу.

— Что скажешь?

— Соглашайся, — она проглотила колючий комок в горле. "Я его теряю. Регент — это почти король. Моргнуть не успеешь, как ему пару подыщут. Хотя бы эту Айленну". — Конечно, соглашайся. Ты ведь любишь лес.

— Пожалуй, я склонен принять твой совет, — Лейн лукаво улыбнулся. — Но только при одном условии. — Он протянул ей руки ладонями вверх. — Если ты согласишься разделить со мной власть. Ты станешь моей женой, Дилла?

Она безуспешно попыталась удержать неподобающую для почти королевы широкую улыбку.

— Да, я…

— Нет!

Воздух между ними сгустился в облако.

— Что значит, нет?! — Лейн властно вскинул бровь.

Лерак-эн-Айлен светло улыбнулся.

— Весьма сожалею об этом досадном недоразумении. Нам следовало обговорить все условия заранее. Но мы не предполагали, что это существо — нечто большее, чем твой телохранитель.

— Я люблю её! — запальчиво воскликнул Лейн.

— Это весьма прискорбно, поскольку демону нет места в Истинном лесу. И в этом мире.

— Она не демон!.. — Лейн запнулся. — Не чистокровный демон. И она сражалась за ваш лес, как и я!

— Мы благодарны, — величаво кивнул Айлен. — Вознаграждение будет щедрым — троекратное возмещение всех убытков и сверх того столько золота, сколько она сможет унести. Но мы не позволим демону править в Истинном лесу.

Дилла осознала, что слишком пристально смотрит на тонкую шею Облачного всадника и отвела глаза. Это их мир. Их законы. Но Лейн ждёт её решения. Они оба сейчас на распутье. Позови она, и он откажется от лесного трона, уйдёт с ней. А потом пожалеет об этом, и кто окажется виноват? Не нужно ей такого счастья.

— Не бери в голову, Лейн, — бодро сказала она. — Мне ведь действительно нечего здесь делать. Да я бы от скуки подохла через месяц.

Он пожевал щеку.

— Ладно. Готовьте ваше вознаграждение. Список Бор составил. Но предупреждаю, я потерял в пожаре артефакты исключительной ценности. Так что ожидаю соответствующее возмещение. В тройном размере.

— Ты хочешь сказать… — Дилла заморгала. Не хватало только расплакаться перед этими заносчивыми сволочами!

— Я хочу сказать, что завтра мы с тобой уходим на Дороги.

***

Диви не спорил, не плакал, не просил взять его с собой. Он просто ходил хвостиком за Диллой и норовил прижаться к ней или подсунуться под руку.

— Тебе будет лучше здесь, малыш, — в который раз повторила она, уговаривая не только Диви, но и себя. — С тобой Бор остаётся и Живоглот. Ты ведь их любишь?

— Люблю, — тихо сказал он. — И тебя люблю. И Лейни. Он сказал, что вы никому меня не отдадите.

Лейн, в третий раз перекладывающий содержимое огромной дорожной сумки, вздохнул.

— Диви, я слишком мало знал о тебе, когда это сказал. Ты часть Истинного леса, понимаешь? Это не означает, что тебе нельзя на Дороги, но твоё место здесь. Ты нужен этому миру. Помнишь, что рассказывал Бор? У этого мира было три бога-хранителя, три дерева. Два сгорело, а третье, вот это, — он показал на Древо жизни, — потеряло душу. Но его частичка сохранилась в тебе. Ты нужен этому миру, Рыжик. А мы будем тебя навещать, клянусь.

Бор выглянул из новенькой шёлковой палатки, натянутой между двумя соснами на краю поляны, и подмигнул Диви.

— Выше нос! Уж мы с тобой повеселимся, не сомневайся. Тебе ведь нравится в палатке жить? А потом хижину построим. Хочешь на Живоглоте полетать?

Диви мотнул головой.

— Не хочу.

— Живоглот! — Лейн хлопнул себя по лбу. — Я ведь нашёл его ошейник. Возьми, вдруг пригодится.

— Славно! — обрадовался Бор, забирая цепочку. — Теперь не придется его силком листьями кормить.

Он склонил голову набок и критически осмотрел Диллу.

— Красивый наряд, кстати. Прости, сразу не заметил.

Она передёрнула плечами. Черно-красную куртку из тонкой, но прочной кожи, такие же брюки, плащ и высокие сапоги из чешуйчатой кожи ей доставили в комплекте с дюжиной сорочек из белого и чёрного шёлка. Всё — с разрезами под крылья. Допытываться, откуда у Облачных всадников взялась одежда, сшитая по моде Преисподней, Дилла не стала. И так ясно, что они когда-то тесно общались с демонами и больше не желают иметь с ними никаких дел.

Одежда была удобная. Мягкий плащ не стеснял залеченные и отросшие за ночь крылья. Оружие Дилле тоже понравилось, не хуже ее потерянных кинжалов. И лук сильный, как раз под её руку. Если бы не разлука с Диви, она бы уже торопила Лейна со сборами. Свою котомку Дилла уже набила под завязку: запасная одежда, еда, разные полезные в дороге мелочи…Золото она брать не стала. Вопрос оплаты услуг и возмещения убытков решал Лейн. Вот пусть сам и тащит.

— Сейчас переоденусь и двинемся, — Лейн нырнул в палатку. Диви залез следом за ним.

— Береги его, — сказала Дилла призадумавшемуся о чём-то гоблину. — Если с Диви что-нибудь случится, я тебя найду и сердце вырву.

Бор вздрогнул.

— Нет уж. Если что, сразу шею сворачивай. А с сердцами играть не надо.

Дилла кивнула. По молчаливому согласию они с Лейном не стали выспрашивать, что связывало Бора и подземника, чьё сердце Хофган пересадил одному из никкенов. И всё же Дилла не удержалась от вопроса:

— Ты уверен, что у Диви не своё сердце?

— Какая разница? Должен ведь кто-то присмотреть за мальцом, чтобы его не испортили эти… господа. Да и мне пора остепениться. Стар я уже для бродячей жизни.

— Но ты всё-таки найди ближайший выход на Дороги. На всякий случай.

— Само собой. Да я уже нашёл, пока к озеру бегал. Отсюда вон по той единорожьей тропе, пока в холм не упрёшься. Дика через него ушла, и вы ступайте. Мир-то нижний, где ни выходи из него — у того же моста окажешься. Ну, — он неловко переступил с ноги на ногу, — вы заглядывайте изредка. А то он скучать будет.

— Мы постараемся. — Лейн вылез из палатки. — Диви я усыпил. Так лучше будет. Ты передай ему, пусть ждёт нас в гости. С подарками.

— Передам. — Бор шмыгнул носом. — Береги себя, принц.

— Я больше не принц, — возразил Лейн.

На этот раз он собрался на Дороги основательнее. Заплечная сумка, нож и вместительный кошель с клапанами на поясе. Зелёный плащ накинут поверх добротной куртки из серой кожи. Туго заплетенные в косу волосы перевязаны обрезком той самой верёвки.

— Это как сказать, Лейн, сын Хаф. — Бор хлопнул его по плечу. — Мать твою не даром королевой Дорог прозвали.

Лейн пристально посмотрел на него и улыбнулся.

— Этот титул я принимаю.

Глава 27

Он бежит по лесу тенью среди ночных теней. Ныряет под низкие лапы елей, останавливается. Впереди выжженная земля — расколдованная, но всё равно страшная. Он ёжится, сердито трёт глаза и бежит дальше.

Вот это место. Здесь всё по-другому. Нет больше хищных лиан, и злого дерева больше нет. Лейн сказал, что оно раньше не было злым. Его таким сделали. Если оно родится заново, будет добрым. Все рождаются добрыми.

Обгорелый пень с хрустом разламывается на три части. Там, глубоко под землёй, притаилась маленькая почка. Она спит.

Диви встает на четвереньки, старательно толкается ладонями в землю.

— Просыпайся, — сердито шепчет он. — Я не хочу быть богом! Просыпайся!

Глава 27. Дом без стен и потолка

"Собственный дом лучше чужого дворца".

Валлийская пословица

— Решил перейти на подножный корм? Одобряю. Мне больше достанется, — Дилла смачно откусила половину яблока.

Лейн скосил на неё глаза, не переставая жевать травинку.

— Ты знаешь, что у Дороги есть вкус? И запах.

Дилла кивнула.

— Само собой, есть. Только я предпочитаю на вкус чего-нибудь посущественнее.

— Что может быть существеннее Дороги?

— Ты прекрасно понял, что я имею в виду!