Бродяги (СИ) - Кузьмина Ольга Владимировна - Страница 51

— Весь Истинный лес, — торжественно повторила та, кого Дилла решила считать женщиной.

— Как большой дом, да? — Диви закружился, раскинув руки. — Всем хватит места! Правда, Дилла?

— Слишком большой, — осторожно сказала она.

Диви задумался было, но тут же снова заулыбался.

— Лейни, а давай мы с тобой домики вырастим на деревьях? Один маленький — для Бора с Живоглотом, а второй побольше — для нас.

— Хорошая идея, — согласился Лейн.

Бор с любопытством переводил взгляд с него на облачников и обратно.

— Действительно, прекрасная идея, — облачники плавно перетекли ближе. — Мы рады приветствовать тебя, принц своего народа. Как позволишь тебя называть?

Лейн одёрнул истрёпанный камзол и поклонился.

— Моё имя Лейн, сын Финварры.

— Лейн эр Финварра? Но так называют себя только люди.

— И всё же, это моё имя.

— Как скажешь.

Их улыбки сверкнули проблесками солнца в облаках.

— Мы рады приветствовать тебя в Истинном лесу, Лейн эр Финварра. Теперь это и твой дом. Скоро мы вернёмся и продолжим наше знакомство. Но сейчас молим о прощении. Мы вынуждены покинуть вас.

Обогнув Древо жизни на поляну спустились два облака, окутали всадников и с неожиданной скоростью умчались в небо.

— Спесивые позёры! — Бор сплюнул.

Про себя Дилла выразилась еще более хлёстко. Облачные всадники полностью её проигнорировали, и она остро чувствовала себя лишней. Что бы ни говорил Диви, для неё в этом лесу места нет.

Глава 26

Глава 26. На распутье

"Королевская корона от головной боли не вылечит".

Английская пословица

На переговоры их не пригласили, чему Лейн только обрадовался. И без того дел хватало. Весь остаток ночи и утро он перетирал листья с Древа жизни, отжимал сок, разбавлял водой из лесного озера, пытаясь добиться наилучшего целительного эффекта.

Крылья у Диллы всё-таки пострадали. И теперь она лежала ничком на траве, а Диви расправлял порванные перепонки и накладывал на них компресс из лиственной кашицы.

— У тебя хорошо получается, — одобрил Бор. Он сидел в тенёчке и чинил камзол Лейна. Многострадальная куртка Диллы дожидалась своей очереди.

— Это проще выбросить. — Бор потряс кожаными лохмотьями.

— Чини, — непреклонно ответила Дилла. — У меня другой нет.

Все вещи либо сгорели, либо их унесло бурей. Лейн удивлялся сам себе, но нисколько не жалел о пропавших сокровищах. Пережитое того стоило.

— Облачные всадники предложили возместить потери, — сказал он. — Даже пергамент прислали и чернила, чтобы мы список составили. Бор, займешься? Ты лучше знаешь, что с них стребовать.

— Это я мигом! — оживился гоблин. — Живоглот, подай свиток.

Котоящер, растянувшийся рядом с Диллой, приоткрыл один глаз.

— Плу-охо мнеу… — умирающим голосом простонал он.

— Не дури! — прикрикнул Бор. — Чтоб мне было так плохо! Вон как чешуя блестит.

Живоглот закрыл глаз и перевернулся на другой бок. Дилла почесала ему брюхо.

— Лежи, лежи, отдыхай. Наработался.

Котоящер благодарно заурчал. Бор беззлобно ругнулся и сам сходил за пергаментным свитком. Задумчиво пожевал кончик пера и принялся вдохновенно строчить.

— Готово! — Диви облизал испачканные соком пальцы. — Кого ещё лечить?

— Живоглота, — подсказала Дилла.

Диви с радостным чириканьем побежал к Лейну. Тут же вернулся с серебряной ложкой, полной сока. Живоглот мигом перестал изображать умирающего, захлопал крыльями и взлетел на Древо, вспугнув стайку разноцветных птиц и загнав чёрную белку обратно в дупло.

— Живи! — обиженно завопил Рыжик.

— Мне дай, — Дилла открыла рот. Диви аккуратно, не касаясь её губ ложкой, влил лекарство.

Лейн посмотрел на них с беспокойством. Дилла была непривычно тихой и молчаливой. Обижается, что он за ней не ухаживает? Со всей этой суетой они ни на миг не оставались наедине. Конечно, момент найти можно, но что сказать сверх уже сказанного? Подвиг опять не получился. Он не спас мир, только помог, а это не считается. Либо ты герой, либо на подхвате.

И что он может дать, кроме своей любви? Какое право имеет звать её с собой на Дороги? В качестве кого? Не то подруга, не то телохранитель. Сколько продлится её любовь, сколько раз она будет его спасать, прежде чем ей надоест? А остаться здесь означает ввязаться в политические интриги. Именно от этого Дилла один раз уже убежала.

Лейн горестно покачал головой и вдруг обнаружил, что Дилла, Бор и Диви молча смотрят на него.

— Что случилось?

— Это у тебя надо спросить, — с тревожной усмешкой сказал Бор. — Я тебя уже третий раз окликаю. Совсем шаманом заделался, как я погляжу. Только с богами и общаешься.

— С какими богами? Дерево сгорело, — Лейн раздраженно смахнул с лица выбившуюся прядь волос. — Я просто задумался, что делать дальше?

— Хороший вопрос. — Бор перевернул пергамент и продолжил писать на обороте. — Предлагаю ничего не решать, пока не узнаем результаты переговоров. Но если что…

— Сбежим на Дороги, да? — подхватил Диви. — А давайте сейчас сбежим!

— Вот неугомонный, — проворчал Бор. — Разве тебе здесь плохо?

— А мы сразу назад, посмотрим только. Ну, пожалуйста, Бор, мне интересно, что это за Дороги!

— Погоди, пусть сначала Лераки вернутся.

— Кто? — переспросила Дилла.

— Облачники, — пояснил гоблин. — Лерак — самый знатный их род. Айлен с сестрой у них вроде короля с королевой.

— А ты в чей род записался, Лек-о-Бор?

— Нет больше этого рода, — ответил он, не переставая писать. — Не знаю даже, выжил кто из подземников или нет.

— Ясно. — Лейн принюхался. — Облаками пахнет.

— Явились! — Дилла неохотно поднялась и завернулась в плащ Лейна.

На этот раз они удостоили её мимолётных взглядов, но прочесть что-либо в безмятежности озёрных глаз Дилла не смогла.

— У нас хорошие новости, — прожурчал Лерак-эн-Айлен. Его сестра взяла у Бора свиток и погрузилась в изучение. — Кедар эр Раон отозван в столицу. И есть все основания считать, что он лишился покровительства короля. Коллин прислал для переговоров нового наместника, с более гибким мышлением. Он не отверг наши притязания на Истинный лес, хотя и выдвинул список условий, длиннее вот этого свитка в три раза.

— Само собой, король будет торговаться, — фыркнул Бор, которому не понравился прозрачный намёк. — У людей так принято. Но едва ли он захочет новой войны.

— Никто её не хочет. Слишком мало нас осталось. Но это создаёт и трудности на переговорах…

— Вы все воевали, — понимающе кивнул Лейн. — Вам трудно смотреть на людей, а людям — на вас?

— Ты мудр, — облачники переглянулись. — Мы радуемся, что не ошиблись в выборе.

— О каком выборе идёт речь? — вмешалась Дилла. Изображать и дальше дерево она не собиралась.

— О выборе регента, — Айлен повёл тонкой рукой в сторону Диви. — Принц слишком юн, чтобы править самостоятельно. Ему требуется наставник.

Бор хлопнул в ладоши.

— Регент Истинного леса! Вот это я понимаю, титул!

— Вы предлагаете его мне?! — Лейн смущённо пригладил волосы. — Но ведь я тоже воевал. В Дробуле меня знают.

— О, нас заверили, что стража в городе полностью сменится в ближайшие дни. Тебя представят наместнику, как избавителя от нежити, что полностью соответствует истине.

— А Эрлин? — спросил Лейн.

— Он покинул Дробул вместе с отцом. Мы залечили ему руку, но травма отразилась на его сознании. Едва ли он узнает тебя, даже если когда-нибудь встретит. Так что со стороны людей затруднений не возникнет. С нашей стороны — тоже. Приглашать владыку из другого мира во время великих потрясений — давняя и уважаемая традиция. Решай, Лейн эр Финварра, принимаешь ли ты наше предложение?

Птицы на Древе жизни умолкли. На весь лес опустилась тишина. Диви замер, прикусив палец. Бор усмехался, глядя себе под ноги.