Серебряное яблоко (СИ) - Авильчик Анна - Страница 99

— Да, леди Карга. Вы что-то хотели?

— Вы, смотрю, стали в открытом доступе для каждого, так почему бы и мне не перекинуться с вами словечком?

— Кажется, вы и раньше не церемонились приходить ко мне в мой личный кабинет со своими просьбами.

Она лишь самодовольно хмыкнула.

— Смотрю, у нас повеял ветер перемен, — она повела рукой вокруг себя, как будто там и вправду сейчас подул ветер. — Храм под открытым небом… “люди зелёной воды” будут исцелены, а твари с других миров изгнаны… у нас снова появится растительность… Вы так решительно настроены. Чем вы там занимались в мире этой девицы?

— Можно сказать, что отдыхал.

— Я ещё с момента ее появления знала, что она вас очарует и утащит за собой, — Феликс удивленно вскинул брови, вот уж какой фразы он точно не ожидал от леди Карги. — Странно, что вы вообще вернулись. А почему вы не сообщили всем, что приводите все здесь в порядок, учите всех работать, потому что вскоре нас оставите?

— С чего вы взяли, что я уйду? Даже если бы я хотел, не думаю, что после всего, что я собираюсь здесь сделать, я смогу.

Она лишь рассмеялась. Но, несмотря на возникшую в разговоре паузу, кажется, она вовсе не собиралась уходить.

— За что Джейн вам так не нравилась? — решил спросить Феликс.

— А за что она Вам так не нравилась? До поры до времени, конечно, — старуха снова скверно хихикнула. — Она ведь была не такая как все, такие люди всегда манят, всегда интересны. Может, она самая обычная у себя дома, но для нас — диковинная. А вам, конечно же, нужна была диковинная, поэтому я знала, что вы таки окажетесь в её мире рано или поздно. Ну, а мне не нравилась потому что… При любом своем поступке она могла сказать, что так все делают в ее мире. Она могла носить даже мужские штаны, будь они не ладны, и говорить, что в ее мире женщины их носят.

— Но это правда.

— Я не к тому, — леди Карга махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху. — Вы же понимаете, что она могла бы надеть объедки со стола на голову и сказать, что так у них носят. И ей бы это позволили.

— Леди Карга, я что-то не понял, вам всегда хотелось носить мужские штаны, высыпать объедки себе на голову или вам просто хотелось делать, что угодно, чтобы вас при этом никто не осудил?

— Как вы, верно, подметили, я хотела бы делать все, что душе угодно, но в том числе и носить мужские штаны… Когда мне было двадцать лет, да-да когда-то и такое было, я спросила у своего отца, почему женщины не могут носить штаны. Это ведь удобно и тогда можно было бы ездить на охоту вместе с мужчинами. В ответ он лишь рассмеялся и ещё много лет рассказывал эту просьбу всем своим приятелям как хохму, он мне даже не объяснил, почему отказал, для него это было настолько очевидно. Кажется, он даже так и не понял, всерьез ли я это спрашивала.

— Хорошо, я понял, что вы не просто скверная женщина, которую все на дух не переносят, а у вас были свои причины стать таковой, но все же, зачем вы решили мне все это рассказать?

— Я не такая скверная, как вы думаете, — она заговорщически помахала головой, — вы ещё очень молоды, делайте то, что вы хотите, и не спрашивайте у кого-либо можно ли это сделать. Потому что с годами можно обнаружить, что всегда было можно, но теперь… Теперь мне уже ни к чему носить мужские штаны, — она громогласно каркнула, и видимо это и был ее смех.

Феликс только открыл рот, чтобы ей ответить, как она опередила его:

— Да, вы хотите сказать, что и так делаете все, что вам вздумается, вы ведь король, но вы и сами знаете, что это не так. Уверенна, что в другом мире, где вы были такой же человек как все, вы больше времени посвящали себе, нежели здесь. Все знают меня, как сварливую старуху, которая постоянно что-то от всех хочет, на самом деле я просто развлекаюсь, как могу. Когда я впервые сказала кому-то гадость, желая получить хоть какую-то реакцию, увидеть живую эмоцию мне никто не воспротивился. Никто не запретил мне этого делать, так было можно, и я это поняла. Так всю жизнь и развлекалась. А с появлением девицы из другого мира — развлечений стало еще больше. Меня даже не особо волнуют эти изгои за складами. Да, выглядят они скверно, но меня и саму уже годы облили той еще “зеленой водой”. Просто болтать о них тоже весело, народ любит о них посудачить.

— Хорошо, что вы придумали, чем себя занять. Наверное, мне тоже стоило говорить всем неприятные слова, чтобы спастись от скуки.

Старуха снова расхохоталась:

— А вам казалось, вы их не говорили? Кажется, вас раньше не любили гораздо больше, чем меня. Но кто уже это помнит….

Старуха поковыляла прочь, снова затаптывая свое платье в пыль. В очередной раз, когда подол оплел трость, старуха гневно кинула ее на пол и пошла дальше, хватаясь за ветки кустов. Феликс смотрел ей вслед и думал до чего же люди странные существа. Вот так в конце жизни они оказываются кем-то совсем другим, и для чего они прятались и скрывались совершенно непонятно.

Он посмотрел в небо. Оно было ясным, без единого облака. Такое же блаженство он испытывал в душе. У него ещё есть вся жизнь, чтобы быть просто собой. Ещё не так давно, с прибытием Джейн, он развлекался так же как Леди Карга, хотел, чтобы неведомая девушка из другого мира, словно цирковая обезьяна удивила его хоть чем-нибудь. Он даже не ожидал, что она принесёт видео со словами Тристана или достанет кулон его матери. Думал, она будет делать какие-то глупости, как шут, который желает привлечь к себе внимание.

Феликс встал, он собирался проверить, как продвигается строительство храма, но резко остановился на месте. Король посмотрел в сторону дворца, леди Карга медленно ковыляла в направлении здания, кусты на её пути кончились, и она тут же схватила под руку молодого вельможу, который вынужденно повел её во дворец.

Феликс развернулся и уверенным шагом пошел вдоль складов, прямиком к серому дому. Тот самый замок на калитке, о котором говорила Джейн, был сорван, кажется и сама дверь была слегка покорежена, но, тем не менее, за последние дни в Айронвуде он так и не видел, чтобы кто-то из “людей зеленой воды” выходил в деревню. Впрочем, король и сам нечасто бывал в Великих Садах.

Феликс толкнул остатки двери и увидел в саду мужчину и женщину без одной руки. Они, молча, поклонились, девушка переминалась с ноги на ногу, а парень теребил руки. Несколько мгновений король и встретившие его люди смотрели друг на друга, не произнося ни слова.

— Добрый день, — поприветствовал их Феликс, — я пришел, чтобы вылечить кого-то из вас. Вскоре вы все будете здоровы, а пока можете свободно ходить где угодно.

Парень с девушкой так и смотрели на него, не двигаясь с места. Девушка, прошептав себе под нос какое-то скомканное приветствие, сказала, что позовёт всех остальных и убежала.

Не успел ее спутник придумать, что же сказать ему, как из дома выбежала девочка Таяна, которую Феликс вылечил полгода назад.

— Здравствуйте, я так рада, что вы приехали, — девочка подбежала и неожиданно обняла Феликса. Хоть он и поменялся с тех пор как был королем Айронвуда, такие вещи как объятия все равно остались для него чем-то крайне непривычным. Но, несомненно, ему была приятна радость этой девочки.

— Привет, как твои глаза?

— Я все вижу! Все такое красивое, это так чудесно. Мне так страшно, как подумаю, что могла никогда не увидеть все это, — она восторженно обвела руками скудный сад, состоящий из нескольких деревьев и кустов. В этот момент садик как раз наполнился всеми жителями серого дома. Они смущённо кланялись и говорили слова приветствия.

— Вы теперь всех вылечите? — Таяна осмотрела всю компанию.

— Я для этого и пришёл. Кого я вылечу сегодня, Таяна?

— Нашу маму Лану. Можно?

Девушка без одной руки, смущённо спряталась за мужчину.

— Таяна, не нужно, пусть лучше это будет кто-то из детей, — отозвалась женщина.

— Нет, Лана ты столько всего для нас делаешь, ты же наша мама, и тебе так сложно без руки. Я хочу, чтобы ты была здорова.