И станет тьма (СИ) - Шалугин В. - Страница 39

Незнакомец или его наниматель каким-то образом узнали, что Энцио спит с женой лорда Лерена. Узнали и решили использовать это в своих целях. А именно: открыть все лорду Лерену, чтобы внести разлад в его безоблачные отношения с королем. Но мало было просто открыть. Нужны были доказательства. И вот сперва решили, что на роль доказательств подойдет дневник. А когда этот дневник умаялись искать, придумали другое. Подложить вместо доказательств голую и спящую Милену.

Неувязка была лишь одна. Выпив вино, Милена умерла. Значило ли это, что человек в плаще с самого начала планировал ее убить и положить в постель два трупа, или же это означало что-нибудь другое — к примеру то, что человек в плаще случайно перепутал снотворное и яд — этого Ансельм не знал.

О самом человеке в плаще Ансельм тоже знал не так уж много. Он знал, что человека зовут Родан (имя, скорее всего, было не настоящее) и то, что этот Родан был из Галата.

И чтоб вы думали? По пути в столицу Ансельм и Энцио встречают Галатею. Выясняют, что Галатея направляется в Галат. Ну, направляется и направляется. Черт с ней. Едут дальше. Потом они встречают Поля. Поль предлагает им укрыться в безопасном месте. Тут в голову Энцио приходит блажь взять с собой Галатею. Споры, убеждения — без толку. Ну, черт с ним. Взяли. Едут дальше. Приезжают в безопасное место, указанное Полем. И тут Энцио приходит в голову другая блажь. Видите ли, он истосковался по приключениям и хочет отправиться в Галат вместе с Галатеей. Три часа споров, убеждений — снова без толку. Они, черт подери, едут в Галат. В Галат! Туда, где обитает человек, убивший Милену. В кошмарном сне такое не увидишь! Но это было еще не самое страшное. Самое страшное было другое. После трехдневных поисков Галатея все же разыскала какого-то старика, который якобы знал о дьявольском устройстве способном уничтожать города. Утром Энцио и Галатея отправились на встречу с этим стариком. Ансельм на встречу не отправился и целый день гулял по рынку. И вот на этом рынке Ансельм и увидал Родана. Родан, по-видимому, тоже его заметил. Как ошалевший, Ансельм бросился назад на постоялый двор. И вот, прошло уже несколько часов. А Энцио и Галатеи все еще не было. Что до Ансельма, то он все эти несколько часов расхаживал по комнате, подбрасывал руками и не представлял, что делать.

Шел третий час томительного ожидания и наконец на лестнице послышались шаги.

***

— Ты уверена, что это он? Он не похож на человека, который изобрел средство для уничтожения городов.

— А на какого похож? — Спросила с удивлением Галатея.

— Черт его знает. На мясника?

Грубые руки, толстое лицо. Старик и правда походил на мясника. А то и вовсе на сапожника, судя по тому сколько кружек эля он опустошил. Четыре? Пять? Энцио со счета сбился. Они сидели в трактире уже час. Старик пришел недавно, поместился за круглый стол недалеко от входа и сразу начал налегать на эль. Энцио находился лицом к двери, поэтому мог выглядывать за спину Галатеи и в свое удовольствие наблюдать за стариком. Галатея такого не могла, потому что сидела спиной к двери, напротив Энцио. Лишь раз она обернулась, чтобы удостовериться, что старик тот самый. Удостоверилась. Энцио, напротив, чем долее следил за стариком, тем более был склонен в этом сомневаться.

— И как, по-твоему, должны выглядеть изобретатели? — Поинтересовалась Галатея.

— Не знаю. Тощие. В очках, в халате.

— То есть если переодеть его в халат, тогда все сразу встанет на свои места?

— Не понимаю, почему ты веселишься. Если ты ошиблась и это какой-нибудь другой, не правильный старик, то выйдет очень глупо.

— Глупо судить о людях по одежке. Разве по мне видно, кто я? И по тебе тоже не скажешь, что ты брат короля.

— Ладно, ладно. Я понял. — Перебил Энцио нетерпеливо. — И каков план?

— Подождем, пока он допьет, и проследим его до дома. Постучимся. — Обстоятельно растолковывала Галатея. — Войдем и попросим рассказать о том, что ему известно.

— И с чего бы ему нам что-то рассказывать?

— С того, что если не расскажет, я всажу кинжал под ребра.

— А, ну действительно. Кинжал. Под ребра. Как я и сам до такого не додумался.

Чудная эта Галатея. Ни за что не соглашается есть мясо, потому что это, видите ли, варварство, а зарезать человека это ей, как в туалет сходить.

— У тебя есть предложение получше? — Вздохнула Галатея.

— Получше чем всадить неизвестному старику кинжал под ребра? Что ты! Дивный план!

— Энцио, я серьезно.

— Ну не знаю. Может, просто попросить его все рассказать и взамен дать денег?

— А если он откажется?

— Тогда можно будет перейти к плану Б. Кинжалы, ребра. И тому подобное.

— Ну хорошо. Давай попробуем.

— Постой! Ты что же собираешься с ним говорить прямо здесь?

— Да. А почему нет?

— Но тут же люди.

Энцио показал рукой направо, за спину, потом на стойку, где сидели трое и потягивали дымный эль. Кругом и правда были люди. Галатея внимательно следила, куда показывает Энцио и в конце перевела на него вопросительный взгляд.

— Видишь? Люди. — Заключил Энцио с таким лицом, словно только что доказал сложную теорему.

— Вижу. И что не так?

— Как что? Вдруг кто-нибудь услышит, о чем мы говорим. Или старик подскочит и начнет кричать: держите их! это шпионы королевы!

— Ну хорошо. И что ты предлагаешь?

— Дождемся, пока он допьет и пойдет домой.

— Тогда уж проще сразу перейти к плану с кинжалами.

— У вас в Вертале все такие?

— Какие? — Удивилась Галатея.

— Ладно, забудь. Хочешь, давай поговорим с ним здесь.

— Да, лучше здесь. Не знаю как тебе, а мне порядком надоело тут сидеть.

— Постой!

— Да что еще?

— А, нет. Мне показалось.

— Что тебе показалось?

— Мне показалось, что только что вошли двое солдат. Но это не солдаты… Нет, нет. Не оборачивайся!

— Почему не оборачиваться?

— Плохая примета. Оборачиваться через левое плечо.

— Ты издеваешься?

— Нет, я вполне серьезно.

— Хочешь сказать, в Эоле никто не оборачивается через левое плечо?

— Ну кто-то может и оборачивается. Но примета плохая.

— И что же будет, если обернуться? — Поинтересовалась Галатея.

— Умрет знакомый.

— Чей?

— Что значит чей?

— Чей знакомый?

— Того, кто обернулся.

— В жизни не слышала ничего глупее. То есть достаточно обернуться тридцать-сорок раз через плечо и можно переубивать всех своих знакомых?

— Нет, не совсем. — Протянул Энцио в растерянности. — Это же примета, а не способ насылать на людей проказу или бубонную чуму.

— И многие в такое верят?

— В приметы? Да почти все. А что? У вас Вертале разве нет примет? Наступить на кошку. Положить ключи не в тот карман. Неправильно застегнуть рубаху.

— Как можно неправильно застегнуть рубаху?

— Ну, это когда просовываешь пуговицы не в те петли, и в результате застегиваешь вкось.

— И что? От этого тоже умирают знакомые? — Удивилась Галатея.

— Нет, почему? Там разное. К примеру, если наступить на кошку, то придет нежданный гость.

— А в какой карман нужно класть ключи?

— В правый.

— А что, если положишь в левый?

— Точно не помню. Будет что-то не хорошее… Проклятье!

— Что там еще?

— Старик уходит.

— Не вставай! Пусть он сначала выйдет из трактира.

Из трактира старик направился по направлению к ремесленным кварталам. Энцио и Галатея следовали за ним на расстоянии дюжины шагов. После оживленных споров, решили все-таки начать с взятки. И если не поможет, перейти к ножам. На тихой улочке Энцио окрикнул старика. Услышав свое имя, старик остановился и с недоумением поднял брови.

— Кто вы такие?

— Мы… — Энцио покосился на Галатею. Кто они такие?

— Мы шпионы королевы. — Объявила Галатея.

Старик захохотал.

— Ну-ну. Шпионы королевы. И что вам надобно?