Игра в Реальность (СИ) - Райдос Елена - Страница 87

***

Я стою напротив моего брата в одной из комнат его дома. Он говорит, а я не верю своим ушам. Сабин рассказывает, что меня, оказывается, не было в базовой Реальности целых десять лет. Да что же это со мной? Что происходит со временем, в конце концов? Пока я прождал Анару три дня, здесь пронеслись годы? Но это же полный бред.

— Гор, ты не в состоянии управлять даже собой, — упрекает меня Сабин, — не то, что своими созданиями.

Он рассказывает мне страшные, просто невозможные вещи. Будто бы наши с Анарой ангелочки вырвались в мир базовой Реальности и начали тут всех убивать, что это они убили мою любимую. Да он в своём уме? Как могут дети убить свою мать? Но если меня не было десять лет, то кто же тогда ухаживал за нашими ангелочками? Это же было всё равно, что бросить малышей посреди тёмного леса. Меня охватывает ужас, когда я представляю, как им было страшно и одиноко. Я должен немедленно идти к ним, нет времени на пустые разговоры.

Я поворачиваюсь к двери и вижу, как какой-то крепкий парень целится в меня из пистолета. Вот шутник, тебе разве не сказали, что я Творец? Раздаётся выстрел, но защитный кокон почему-то не раскрывается. Я вижу своё тело, лежащее на полу с пробитой головой, и злорадную усмешку на губах моего брата. Что за спектакль ты тут устроил, Сабин? Творцам не нужно тело, чтобы существовать в проявленных мирах. Какая-то пуля не отправит меня на перевоплощение, если ты на это рассчитывал, братец. Ну если уж появится такая нужда, всегда можно сотворить себе другое тело. И я прямо сейчас разберусь, что тут, вообще, творится.

Злорадная ухмылка стекает с лица Сабина, но в этот момент меня накрывает мутной волной страдания и ужаса. Все проявленные мной сознания начинают растворяться в моём собственном, наполняя меня своим страхом, отчаяньем и болью. В недоумении от того, что происходит, я закрываю своё сознание от внешней агрессии, но агрессоров сотни, и все они мечутся в истерике, и все они — мои дети. Их родной отец, исчезнувший столь внезапно и так надолго, наконец вернулся. Но вместо того, чтобы отшлёпать не в меру расшалившихся малышей и объяснить им, как делать нельзя, он хладнокровно их убивает. Тот, кого они искренне любят и даже боготворят, насильно высасывает их души, пожирает их тела. От непонимания и отчаяния несчастные ангелочки забились в агонии. Их неуправляемый ужас вскрывает мою защиту как консервный нож, и я тону в водовороте страдания и боли.

Я погружаюсь всё глубже в этот чёрный омут кошмаров, разрывающих моё сознание, среди сотен криков о помощи и тысяч проклятий, туда, в спасительную бездну беспамятства. И потеря себя уже не кажется таким уж неправильным выходом, скорее это просто избавление от безумия. Среди мелькающих лиц, искажённых болью, и раскрытых в вопле ртов, только одно лицо остаётся спокойным. Это лицо Алисы. Она смотрит мне в глаза, не отрываясь и не мигая. Сконцентрировавшись на любимом лице, мне удаётся на миг собрать себя воедино и здраво оценить происходящее. Я понимаю, что ещё немного, и этот водоворот утянет меня в перевоплощение. Я забуду себя, а заодно и весь этот кошмар. Эта мысль кажется такой соблазнительной, и я прекращаю сопротивление, на него уже нет сил. Глаза моей любимой закрываются, она приняла моё решение без упрёков и сомнений. «Я убиваю мою Алису», — эта мысль пронзает меня словно молния. Я хватаю мою девочку за руки и из последних сил рвусь наверх, прочь из затягивающей нас бездны.

***

Я очнулся и тут же обернулся к соседнему креслу. Алиса полулежала с закрытыми глазами, откинувшись на спинку, и держала меня за руку. Зачем она это сделала, ведь сказали же ей, что я должен идти один. Неужели я всё-таки убил мою любимую? Нет, дыхание Алисы было размеренное и глубокое. Это был либо обморок, либо просто сон. Оглядевшись, я увидел побледневшие лица Высших и страх, застывший в их глазах. Ну что вылупились? Сами же говорили, что у нас рисковая работа. А риск — это значит, что может получиться, а может и нет. И отстаньте от меня со своими вопросами. Мне ещё самому нужно понять, что же там, чёрт побери, случилось. Я внезапно ощутил, что всё моё тело покрыто липким холодным потом, и одежда промокла, словно я действительно искупался в омуте. Душ мне сейчас точно не помешает. Я подхватил на руки мою девочку и, шатаясь как пьяный, пошёл наверх в нашу комнату.

Контрастный душ быстро привёл меня в чувство. Стоя под тугими струями, я несколько раз прокрутил в уме свои видения и отчётливо понял, что был на волосок от смерти. Вот уж не думал, что воспоминания могут убить. Ясно одно, на этот раз я сумел вырваться только благодаря Алисе. Когда это случилось впервые, Анары уж не было в живых, и я, по всей видимости, утратив контроль над своим сознанием, провалился в беспамятство. А поскольку все эти события происходили в базовой Реальности, я, говоря по-простому, умер. Вот так Сабин и добился своего: избавился одновременно и от брата, и от ангелов. Сколько же времени я потратил, гадая, как и почему я убил ангелов. А в действительности всё оказалось с точностью до наоборот. Это мои ангелочки меня убили. Но почему же проявленные сознания начали сливаться со своим Создателем? Я точно помнил, что после выстрела был жив, хоть и пребывал в бестелесной форме, но умирать не собирался. А наоборот, собирался разобраться с проделками Сабина. Что же послужило спусковым крючком?

И тут до меня дошло. Мой старшенький очень хорошо изучил алгоритмы базовой Реальности, он жил там с Анарой безвылазно добрых десять лет и понял, что при уничтожении тела, сознание обычного человека автоматически уходит на перевоплощение. Но была одна загвоздка, я не был простым человеком. Творцов этот алгоритм не касается, они и без тела прекрасно могут существовать. Значит, нужно было сделать так, чтобы в момент убийства я не был Творцом. А для этого нужно было всего-то поставить блок между моим умом и подсознанием хотя бы на несколько секунд, пока пуля Охотника меня не убьёт. А в этом деле Сабин был мастер. Ведь именно этой техникой он загнал всех Высших Творцов в стасис. Вот почему он так старался меня раскатать своими сенсационными новостями. Ему нужно было ослабить мой самоконтроль, чтобы я пропустил удар. И у него всё получилось. Ну что тут скажешь? Талант не пропьёшь.

В этот момент я понял, что рассуждаю о жизни Гора как о своей собственной, использую «я» вместо «Гор». Что ж, как минимум Высшие добились своего, я больше не разделял свою жизнь на две половинки. Я стал Гором, а он мной. Только этот эксперимент чуть было не стоил жизни нам с Алисой. Кстати, у моего погружения в прошлое был и ещё один немаловажный побочный результат. Когда я опустился практически на дно колодца, ведущего к смерти, то мне стали видны кармические хитросплетения, что связывали нас с Анарой. И оказалось, что в конечном счёте это именно она убила нас обоих, а Сабин был лишь орудием в руках судьбы.

Когда братец запер меня в стасисе, любимая поначалу спокойно меня ждала. Я не знаю, как она сумела объяснить себе столь долгое моё отсутствие, скорее всего просто приняла его как должное. Раз меня нет, значит, мне обязательно нужно быть в ангельском мире, а где же ещё? О том, что я мог её бросить, она даже мысли не допускала. А представить, что Творца можно пленить в его собственном мире, у неё бы фантазии не хватило. Значит, у меня было много хлопот с нашими ангелочками. Что же ещё остаётся? И только когда началось нашествие ангелов, она всё поняла. Его просто не могло случиться, если бы я был рядом с нашими детьми. Выходит, меня уже не было в живых. Анара поверила в мою смерть, и сама ушла из жизни. Нет, это не было самоубийство. Просто наши с ней жизни и смерти были связаны кармически. Она сама это наколдовала в нашей ранней юности. После проведённого ею ритуала мы должны были умирать и воплощаться только вместе. Стоило ей поверить в мою смерть, и кармический триггер сработал, отправляя её саму на перевоплощение.

В конечном счёте, только благодаря этой кармической связи нам и удалось потом пройти через десятки перевоплощений и не потерять друг друга. Если один из нас уходил, другой умирал буквально в считанные дни, поэтому и рождались мы практически одновременно. Так что, когда душа Анары отлетела вместе с дымом погребального костра, у меня тоже не осталось ни единого шанса. Веер возможных вариантов событий, обычный для Творца, превратился в узкий коридор с единственным выходом к смерти. Сабин с его коварным планом был просто орудием кармы. Если бы меня убил не он, это сделал бы кто-то другой, или что-то другое. Только вот знать об этом моей любимой не обязательно. Пусть это останется тайной.