Игра в Реальность (СИ) - Райдос Елена - Страница 86

Это было что-то новенькое. Хотя, в этой истории вообще всё было неясно, просто обозначилась ещё одна загадка. И она никак не меняла моего отношения к собственной силе. Я по-прежнему жёстко контролировал каждый чих моего дракоши, и уздечка оставалась натянутой как струна. Через неделю тренировок меня вызвали на ковёр. За столом сидели трое Высших и мы с Алисой. Тарса почему-то не позвали.

— Аннагорн, нам нужно серьёзно поговорить, — выступил вперёд мой наставник.

Приехали. Вроде бы Атан-кей уже научился называть меня Антоном, а теперь опять за старое. Не иначе, как выдаст что-нибудь сакраментальное.

— В твоём уме поселилось сомнение, — Высший говорил так, словно оглашал смертельный диагноз. — Оно не даёт тебе нормально развиваться. Ты постоянно сравниваешь себя с Гором, и сравнение всегда оказывается не в твою пользу. И в то же время Гору ты не доверяешь, считаешь своё подсознание каким-то монстром и держишь его на коротком поводке.

И не монстром вовсе, а драконом. И что тут такого?

— Анара показала тебе твою настоящую силу, — продолжал мой наставник, — но это почему-то не убедило тебя ей довериться. И теперь я понял, почему.

Умный какой нашёлся. Можно подумать, что я сам этого не знаю. И, кстати, моя Алиса вовсе не Анара, как и я не Гор.

— Ты не можешь принять, что ты и есть Гор, — подвёл черту Атан-кей, как бы оспаривая мой невысказанный тезис. — Ты зачем-то разделяешь своё сознание на две части, ту, что принадлежит Антону, и ту, что принадлежит Гору. Но это неверно. Существует единое сознание, воплощённое в различных существах и только. Ты — то же самое сознание, что существовало несколько сотен лет назад. Немного более опытное, прошедшее через десятки смертей и перевоплощений, но то же самое. Нет никакого Антона и Гора отдельно.

— С этим мне трудно согласиться, — я наконец решился вставить свои пять копеек. — Я действительно не понимаю Гора, его действия, его мысли. Он — вовсе не я нынешний. Ты прав, Высший, я не могу до конца доверять своему подсознанию, оно меня уже подводило и не раз. Это слишком рискованно.

Атан-кей тяжко вздохнул и откинулся на спинку стула. В разговор вступил Шандивар.

— Жизнь Творца, а тем более Создателя, полна риска, — философски заметил он. — Риск — это часть нашей работы и нашей роли в Большой Игре. Ты либо принимаешь этот риск, либо добровольно отказываешься от своей роли и судьбы Творца. Выбирай, Аннагорн, чего ты хочешь. С расщеплённым сознанием ты не сможешь стать одним из нас.

Прикольно! Как вытаскивать вас из задницы, так я гожусь с любым сознанием, а для Совета, значит, рылом не вышел. Мне стало обидно.

— Чего конкретно вы от меня хотите? — огрызнулось моё расщеплённое сознание.

— Ты должен вернуть себе память, Аннагорн, — снова взял слово Атан-кей. — В твоём воплощении в качестве Гора есть все ответы. И они тебе необходимы.

Я невольно вздрогнул и украдкой бросил взгляд на Алису. Всё время этого Творцовского наезда она сидела молча и держалась за мою руку.

— Не смотри на свою Анару, Гор, — встрял Орэй, перехватив мой взгляд, — она уже давно сделала свой выбор. Дело за тобой. Мы примем любое твоё решение.

Я резко поднялся из-за стола и отошёл к окну. Когда это они успели завербовать мою любимую? Может быть, я знать не желаю, что откололо моё сознание несколько веков назад. Или я просто-напросто боюсь вспомнить, как убивал своих ангелов? Чисто теоретически я понимал мотивы Гора, у него не было иного способа спасти наш мир. Однако представить себе, как я добровольно уничтожаю сотни собственных творений, я не мог, хоть убей. Мне и волка-то было жалко до слёз. А ведь по-хорошему я его и не создавал даже. Как же можно было утверждать, что мы с Гором одно сознание? А вдруг, вспомнив всё, я стану таким, как он? И будет ли Алиса также любить меня, когда я обрету сознание убийцы?

Алисины руки обвились вокруг моей шеи. Она положила голову мне на плечо и прижалась всем телом.

— Что бы ты не решил, Тоша, я всегда буду с тобой, — тихо прошептала моя девочка. — Не надо во мне сомневаться, хорошо?

Милая моя, да разве я в тебе сомневаюсь? Это моя собственная душа для меня потёмки. Я повернулся и поцеловал её в губы, демонстративно, назло уставившимся на нас Высшим. Пусть завидуют. Взявшись за руки, мы вернулись к столу.

— Хорошо, делайте, что нужно, пока я не передумал, — несмотря на все старания, мой голос всё-таки дрогнул. Я обежал испытывающим взглядом присутствующих Высших, словно выбирая, кто из них будет колдовать над моей памятью.

— Мы ничего не будем с тобой делать, Аннагорн, — голос Орэя был суровым, но чувствовалось, что он был доволен. — Просто позволь себе всё вспомнить. Прекрати сопротивляться.

Вот так просто? Позволить себе? Да за кого они меня принимают? Если б я мог, то давно бы уже что-нибудь вспомнил. Издеваются они, что ли? Я саркастически усмехнулся, давая понять, что заценил их юмор. Однако во взглядах Творцов не было ни малейшего намёка на издёвку. Выходит, они действительно считали меня способным на сей подвиг. Ладно, щас я себе напозволяюсь по самое не балуйся. Алиса протянула мне руки, и я потянулся ей навстречу.

— Нет, деточка, — остановил её Орэй, — на этот раз он должен пойти один.

— А можно, я проделаю всё в уединении, — попросил я, — например, в своей комнате.

— Можно, но лучше с нами, — ответил Орэй. — Мы считаем, что в воплощении Гора твоё сознание пережило мощный шок, иначе ты бы так не сопротивлялся возвращению памяти. Если что-то пойдёт не так, мы постараемся помочь.

— Шок? Ну ещё бы, — фыркнул я, — например, когда Гор уничтожил несколько сотен созданных им же существ.

— Не говори глупости, милый, — Алиса погладила меня по щеке. — Ты сам смог бы сейчас убить малыша, который схватился за нож? А если б я сошла с ума и бросилась на тебя с оружием? Вот то-то, — подвела итог моя любимая, видя, как меня аж передёрнуло. — А почему ты думаешь, что несколько сот лет назад был на такое способен?

Спасибо тебе, родная, успокоила. Ладно, я готов. Только сомневаюсь, что из этой затеи выйдет что-то путное. Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. С чего же мне начать, как объединить своё сознание с Гором? Я вспомнил, как выдал сакраментальную фразу «Да, я Гор», когда командор целился в меня из пистолета. Что ж, пусть будет так. Я Гор. Дальше-то что?

***

Первое, что я увидел, был мир ангелов. Мы с Анарой сотворили этот мир вместе. Именно она была его душой и источником жизненной силы. Жаль, у моей любимой не было возможности посетить наш мир во плоти. В нём отсутствовали грубые вибрации, позволявшие проявить человеческое тело. Это был мир тонких энергий, игры света и музыки. Но Анара могла видеть его моими глазами, ощущать его вибрации моими чувствами. Мы проводили много вечеров вместе, обсуждая все детали и нюансы этого плода нашей любви. Моя милая знала имя каждого обитателя ангельского мира, каждого нашего ангелочка. Они все были нам как дети, такие умненькие, талантливые, полные надежд и вдохновения и в то же время обладавшие силой богов. Но всё же, как и все малыши, они были совсем неопытны, наивны, подчас делали глупости и переживали пустяки как трагедии. Мы их учили, воспитывали и очень любили. А ещё мы часто мечтали, как будем навещать те миры, которые они сотворят в своё время, когда их умы окрепнут.

***

Мы с Анарой стояли на коленях, держась за руки, и просили друг у друга прощенья. Не знаю, за что мне было прощать мою девочку. Это я кругом напортачил. Как же это случилось, что я промахнулся на целый год? Если бы не брат, Анаре было бы совсем худо. Правда, не понятно, зачем он устроил этот спектакль со свадьбой. И ещё ребёнок. Какие могут быть дети у Творцов? Их дети — это сотворённые ими миры. Но он особенный, мой братишка, он искренне любит мою Анару и меня тоже.

***

Погребальный костёр полыхал, унося душу моей любимой к небесам. На похороны собралось много народу, но вокруг меня почему-то образовалось пустое пространство. Люди исподтишка показывали на меня пальцами и шептались за спиной. Я прождал возвращения моей любимой домой три дня. Мне было не по себе от того, что она так задержалась, но я обещал дать ей время, чтобы попрощаться с Сабином. Лучше бы уж послушался своей интуиции. Может быть, тогда мне удалось бы застать живой мою девочку. Тоска накрыла меня своим чёрным покрывалом. Я уже с трудом отдаю себе отчёт, где нахожусь, и что происходит вокруг. Что же могло убить тебя за эти три дня, моя родная? И как же так получилось, что меня опять не было рядом? Но я не прощаюсь, я буду ждать твоего нового воплощения и позабочусь о наших детях, наших ангелочках. Мы будем по тебе очень скучать. Возвращайся к нам.