Королева пламени - Райан Энтони - Страница 97

— Похоже, его загнало на берег так далеко, что и прилив не смог стащить, — сказал Бентен. — Удивительно, что он вообще еще не развалился.

Из тридцати высланных с госпожой Ривой кораблей уцелело всего пять. Все были тяжело повреждены и едва могли держаться на воде, но их драгоценный груз войск и припасов остался по большей части невредимым. «Сентес» был шестым, хотя он уж точно вряд ли в ближайшее время сможет выйти в море. Шторм пережило чуть больше двух третей флота Объединенного Королевства. Потери были тяжелы. Битва с воларцами унесла еще не меньше тысячи жизней. Хотя Лирна видела во многих лицах радость и упоение победой, она знала: битва закончилась на самом деле ничьей. По оценке владыки кораблей Элль-Нурина, погибла или захвачена примерно половина воларского флота.

— Их командир мудро решил ускользнуть под покровом ночи, — заключил владыка кораблей. — Наш разведчик заметил паруса судов, уходящих на юг.

Королева смерила ледяным взглядом тех, кто пытался возражать, и села в первую же идущую на берег лодку. Время осторожничать унес шторм. Пока она приближалась, с кораблей кричали и махали руками. Но Лирна понимала: когда они осознают ситуацию, радости резко поубавится. А сейчас им необходимо видеть королеву.

С королевой отправились лорд-маршал Норта и целая рота Королевских Кинжалов. Севернее группа лодок повезла на берег брата Соллиса и остатки Шестого ордена. Граф Марвен повел нильсаэльцев закрепиться на южных подходах. Плыть пришлось мимо нескольких трупов. Лирна с удивлением увидела, что большинство — воларцы, пронзенные стрелами.

Был отлив, пляж впереди расстилался гладкий и удобный, и, когда дно заскрежетало о песок, Лирна, не слушая возражений, вылезла из лодки и пошла на берег. Илтис выругался сквозь зубы, спрыгнул и оказался по пояс в воде. Лирна направилась сквозь начавшийся прилив к разрушенному кораблю. С него на королеву глядели знакомые лица, хотя никто не закричал от радости — похоже, все падали с ног от изнеможения. На берегу расстилалось целое поле мертвых воларцев, наверное, сотни две людей и коней, утыканных стрелами.

— Думали, мы — дармовое мясо, — крикнули с «Сентеса». — Мы им показали их ошибку.

Из дыры в корпусе выглянул коренастый воин с большим луком в руках. Он сурово смерил Лирну взглядом, вовсе не похожим на обычные настороженные взгляды кумбраэльской солдатни.

Королева уставилась на него и молчала, пока он не произнес:

— Ваше величество…

— Лорд Антеш, где госпожа Рива?

Он понурился, закрыл глаза и глухо проговорил:

— Ваше величество, так вам тоже неизвестно, где она?

Лирна повернулась посмотреть на высаживающихся. Королевские Кинжалы рассыпались среди дюн, пока гвардейцы вытаскивали лодки на берег. Лодки, баркасы и ялы шли нескончаемой чередой. Затем королева снова посмотрела на раздавленного горем Антеша.

— Лорд Антеш! — крикнула Лирна.

Тот выпрямился, его лицо перекосилось от злобы, но Антеш справился с собой и спокойно сказал:

— Я слушаю, ваше величество.

— Отныне вы — лорд-командор кумбраэльских войск Королевства. Пожалуйста, выведите солдат с корабля на берег. Вечером будет совещание командиров, и нужно назвать точное число способных сражаться.

Королева удалилась, не дожидаясь ответа, и думала о том, что до сих пор кумбраэльцы шли за своей Благословенной госпожой. Теперь им осталось идти только за ней, Лирной, и надо постараться, чтобы они поняли это.

Живой эта женщина была очень красива: стройность танцовщицы, безукоризненные изящные черты, тонкие, будто у фарфоровой куклы. Но смерть забирает красоту. Лирна видела это уже много раз. Смерть обесцвечивает кожу, оставляет тело всего лишь бледным отпечатком того, что когда-то жило и улыбалось этими прелестными розовыми губами. Неподалеку в дюнах брат Соллис обнаружил еще несколько тел, судя по одежде — рабов, все с перерезанными глотками. На трупе когда-то прекрасной женщины не было ран, но вокруг глаз и носа запеклась кровь.

Брат Люцин, старейший член Седьмого ордена, виденный Лирной, был худ как палка и почти совершенно лыс. Лишь на самой макушке торчал клок седых волос, словно забытый пучок травы. Брат немного побродил вокруг тела женщины, бормоча под нос и хмурясь. В свое время Лирна отчаянно пыталась выяснить, существуют ли Темные искусства на самом деле, и переговорила с несколькими обвиненными в служении Тьме. Все они оказались либо шарлатанами, либо жертвами навета. Один, обаятельный, но запуганный юноша, из кожи вон лез, чтобы объяснить, как он подзуживал богатых вдов к расставанию с драгоценностями и монетой. Юноша всего-то изображал связь с давно умершими родственниками и устраивал представления, довольно похожие на то, что сейчас делал брат Люцин. В награду за честность Лирна убедила отца заменить положенное наказание на десять лет службы в городской страже.

— Сколько времени это займет? — спросила королева у аспекта Каэниса.

— Ваше величество, у всех мест есть своя история. Брату Люцину приходится разбирать множество образов, чтобы добраться до нужного.

Старик вскрикнул, его лицо исказила гримаса ужаса и отвращения.

— Брат? — шагнув ближе, с тревогой спросил Каэнис.

Люцин раздраженно взмахнул костлявой рукой — мол, не лезь.

— Я почувствовал тварь внутри нее, — объявил он и укоризненно посмотрел на Лирну, будто она завлекла его в ловушку. — Вы что, пытаетесь убить меня?

— Брат, следите за словами, — процедил Илтис.

Старик на него и не глянул.

— Прошлое — реальность, а не смесь бесформенных теней, — сказал он королеве. — У прошлого есть сила.

— Брат, я прошу прощения за то, что невольно подвергла вас опасности, — сказала Лирна. Похоже, бессмысленно призывать старика к соблюдению церемониала. — Но наши текущие обстоятельства требуют риска, — добавила она и, указав на труп, спросила: — Кто она?

Люцин посмотрел на лежащее у его ног тело с очевидной неохотой и даже попятился, словно боялся, что труп оживет.

— С ней ехали солдаты. Они звали ее «императрицей». У нее был могучий Дар. Он излился весь и сразу, чтобы подчинить ветер ее воле.

— Значит, императрица умерла, отдала жизнь за то, чтобы уничтожить нас! — воскликнул граф Марвен. — У врага теперь нет вождя.

Брат Люцин презрительно глянул на графа и сухо сообщил:

— Это была попросту оболочка, избранная за Дар. Готов спорить, императрица уже проснулась в другом теле.

— А зачем убивать рабов? — спросил Марвен.

— Свидетели, — пояснила королева и снова посмотрела в лицо мертвой женщины. Интересно, где императрица нашла ее? У нее хотя бы было имя? — Очень немногие воларцы знают истинную природу своей повелительницы. Сожгите тела. Я сомневаюсь, что они смогут сообщить нам много нового.

Лирна обвела взглядом командиров армии и флота. Совет собрали в холмах за пляжем, где продолжали высаживаться солдаты. На песке там и тут пылали погребальные костры.

— Ни к чему пускать друг другу пыль в глаза, — сказала королева. — Нам нанесен тяжелый урон. Пропала и, скорее всего, погибла госпожа Рива. То же самое с владыкой флота лордом Элль-Нестрой. Из-за моего неверного суждения мы потеряли пятую часть армии. Потому я должна спросить всех вас: согласны ли вы и дальше служить под моим началом?

Похоже, большинство всерьез озадачилось вопросом. После Зубов мельденейцы почти безоговорочно доверяли Лирне. Многие верили, что боги даровали ей провидение. А ночная битва не разрушила убеждение, а напротив, укрепила его. Лишь боги могли превратить очевидную катастрофу в победу.

Не выказали недоверия лорд фьефа Арендиль, и барон Бендерс, и Мудрая, пришедшая от имени небольшого отряда эорхиль и сеорда. Угрюмыми и мрачными оставались лишь лорд Норта — этот скорее по обыкновению — и лорд Антеш, еще объятый горем. Но и он предпочел промолчать.

— Очень хорошо, — заключила королева и сказала графу Марвену: — Владыка битв, будьте добры, опишите наши позиции.