Загадка поющих камней - де Линт Чарльз - Страница 54

– Может, он имел в виду тех, кого погубили его сны, и тех, чей дух заключен в кристалле?

Лицо Сиан омрачила печаль, и Минда поняла, что та снова вспомнила о своем брате Озеоне. А вдруг и Озеон сейчас сражается на стороне Ильдрана?

Гримбольд тяжело вздохнул:

Может, и так. Но почему его жертвы ему помогают?

— Вероятно, у них нет выбора, – предположила Минда. – Наверно, он хитростью сумел убедить их, что мы – враги.

Иллюзии… Вислинг тряхнул головой. События развиваются слишком быстро. Мы должны прорваться сквозь врата. Если бы мы добрались до Вистлора, то попытались бы найти ответы в библиотеке. Йо'аким, может, ты сумеешь нам помочь?

— Я – нет, – ответил хобогль. – Спросите у Таленин. Сумрачные Боги говорят ее устами.

Гримбольд с любопытством посмотрел на Йо'акима, затем обратился к Минде:

Ты знаешь путь?

— Нет… – заговорила она, но тут же нахмурилась и замолчала.

Она вспомнила Танет, склонившуюся над расстеленной на столе картой, и маятник, качающийся в ее руке. Минда тогда спросила, нельзя ли таким способом отыскать путь на Вейр, и Танет ответила, что без карты всех миров это невозможно.

А что если карта им не потребуется? Ведь достаточно знать расположение одного из кромлехов Хайволдинга. Нельзя ли с помощью маятника определить очертания врат? Может, именно в этом заключается секрет камней, подаренных Яном? Может, это своего рода переносные врата? С маятником в руке и мысленной связью с Пеналюриком надо попытаться при помощи дарин-поиска воссоздать кромлех и использовать камешки в качестве врат.

– Мне кажется, есть способ добраться до Вейра, – тихо произнесла Минда.

Она изложила свой план, и, пока она говорила, уверенность в успехе все возрастала.

Heт, решительно возразил Гримбольд после того, как ее выслушал. Это слишком опасно. Одна-единственная оплошность может привести к катастрофе.

— Я согласна, – поддержала его Сиан. – Здесь есть хоть какой-то шанс. Ильдран сам должен прийти к тебе. Ты сможешь с ним сразиться без риска затеряться в бездне между мирами.

– Но противостоять Ильдрану должен Ян, – заметила Минда, – а не я. Без его помощи мы все погибнем. Неужели нельзя хотя бы попробовать?

Но, Таленин, подумай об опасности.

Минда упрямо прикусила губу. Она не хотела думать о возможных последствиях из опасения поддаться страху. Ее взгляд прошелся по лицам окружавших ее друзей: Сиан нахмурилась, в глазах Гримбольда застыло отчаяние, Маркдж'н нерешительно молчал. Только Гаровд и Йо'аким бесстрашно кивнули; они были уверены, что Таленин выберет правильный путь.

– Каббер говорил, что я должна прислушиваться к голосу своего сердца, – наконец заговорила она. – А мое сердце убеждает меня попытаться.

Она опустилась на траву и рассыпала перед собой камешки из кожаного мешочка.

– Неужели ты настолько доверяешь волку? – спросила Сиан.

Таленин, подумай хорошенько. Она взглянула на Гримбольда, затем посмотрела в глаза Сиан и покачала головой.

– Маркдж'н, – спросила она, – у тебя есть нитка?

– Надо поискать…

Пока медник рылся в карманах, Минда подобрала на берегу подходящий камень. Убедившись, что он может служить грузом для маятника, она вернулась и привязала его к найденной Маркдж'ном нитке. Наконец она расчистила небольшую площадку земли и закрыла глаза, стараясь освободиться от всех посторонних мыслей.

Минда сосредоточилась на Яне, вспомнила черты его лица и попыталась увидеть его мысленным взором, а также то место, где они встретились. Талисман на шее потеплел, и Минда улыбнулась. Он поможет. Вызвав в памяти образ Пеналюрика, она качнула маятник.

Остальные, как зачарованные, следили за ее действиями. Как только маятник замер в одной из точек, Сиан со вздохом опустилась на колени рядом с Миндой и положила один из камней на указанное место. Минда снова качнула рукой. Затаив дыхание, вся компания следила, как один за другим камешки выстраивались в определенном порядке. Иногда маятник словно отказывался сдвинуться с места, и тогда рядом ложились два, а то и три камешка. Наконец осталось определить только положение центрального камня.

Минда собралась с духом и приступила к последнему испытанию. Из-за страшного напряжения голова раскалывалась от боли.

– Ян, – прошептала она, – помоги мне.

Легкие звуки свирели пронеслись в голове, а перед закрытыми глазами возникло сначала лицо Музыканта, затем седовласый человек с усмешкой Каббера.

Маятник остановился в самом центре миниатюрного кромлеха, и Сиан поставила на место последний камень. Рука Гаровда легла на плечо Минды; она открыла глаза и увидела, что все камешки Яна лежат перед ней в определенном порядке.

– Ну что? – спросила она у Гримбольда. Барсук осмотрел камни и покачал головой.

Конфигурация врат никогда не повторялась. Этим и был обусловлен принцип их действия – очертаниями кромлеха, небесными созвездиями над ними и окружающей их местностью.

Такое расположение мне незнакомо, наконец промолвил вислинг. Возможно – только возможно, – ты окажешься права. Но если ошиблась, опасность…

— Она повсюду, – твердо ответила Минда. Теперь, когда главное было сделано, Минда окончательно уверилась в своей правоте. Сомнения улетучились, а вместе с ними исчезла головная боль.

– Это должно сработать, – решительно сказала она.

– Я обещал тебе свою помощь, – заговорил Йо'аким. – И я отправлюсь с тобой.

– И я, – немедленно присоединился к нему Гаровд. – Клянусь топором отца, я пойду и выполню свой долг. Я не допущу, чтобы ты отправилась навстречу опасности без меня.

Гримбольд вздохнул.

Я намерен посмотреть, что из этого выйдет, несмотря на тяжелое предчувствие.

— И от меня ты тоже не отделаешься, – добавил Маркдж'н.

Сиан печально посмотрела на медника.

– Минда, я бы тоже хотела пойти с тобой, но здесь мой народ, и я должна защищать его. Столько эльфов погибло… И эта война потребует еще много жертв.

– Я понимаю, – кивнула Минда. – У тебя есть свои обязанности, так же как у меня – свои. Ты передашь привет Танет?

– Это я сделаю.

– Скажи, я вернусь, чтобы повидаться с ней здесь или в Вистлоре… если смогу. И спасибо тебе, Сиан.

Я всегда буду думать о тебе, мысленно добавила она.

Леди Сиан заключила ее в объятия.

Желаю удачи, фрейкара. Возвращайся.

Сиан отошла, и Минда кивнула ей на прощание. Затем глубоко вдохнула и осмотрелась вокруг.

– Все готовы?

Обступившие ее товарищи кивнули.

Минда закрыла глаза и сосредоточилась на миниатюрном кромлехе.

Ян, помоги нам, если можешь.

От талисмана по телу разлилась волна тепла. Откуда-то издалека в ее голове возник голос. Каббер.

Ты все делаешь правильно, Таленин, сказал он. Возьми и меня с собой.

Его голос словно невидимым ключом открыл тайник с внутренней силой, Минда вновь ощутила прилив энергии. Мысли обратились к спутникам. Вот Гримбольд – встревоженный, но решительный. Медник – беззаботный и нетерпеливый. Гаровд и Йо'аким – смело доверившиеся ей.

Янтарное сияние окутало всю группу. Минда ощутила присутствие Каббера; он пришел не для того, чтобы вести ее, а просто вступил в воображаемый круг, удерживающий вместе всю компанию. Талисман наполнил ее душу силой, идущей откуда-то глубоко изнутри, из источника, который Гримбольд называл тау. В душе Минды словно отворилась неведомая дверь, и открылось неведомое доселе знание, но Минда была вынуждена отодвинуть его в сторону, поскольку полностью сосредоточилась на кромлехе, на образе Яна, манившем ее подобно свету далекой звезды.

– Каэльд, – тихо произнесла она.

Часть четвертая

Тайна холма

Глава 1

Врата отворились, и Минда всем своим существом ощутила тьму. Бездна встретила их громовым гулом, всепроникающий холод ударил с такой силой, что пятеро спутников чуть не выскользнули из ее воображаемой сети. Минда торопливо вернулась к своим друзьям – барсук и медник, великан, волк и хобогль. Мысленно она притягивала их к себе, и вот снова перед ней видение кромлеха на Хайволдинге. Минда молилась в душе, чтобы он оказался точной копией миниатюрной системы, построенной из камней-врат, оставшихся на Гителене.