Загадка поющих камней - де Линт Чарльз - Страница 53

Но, в отличие от Минды, Сиан никто не мешал вступить в бой. Она выхватила меч у одного из учеников и выскочила из укрытия. Грозный клич вырвался из ее груди, и леди Сиан бросилась вперед. При виде своей повелительницы эльфы восторженно закричали и продолжили бой с удвоенной решимостью. Последние всадники Доррен выбрались на берег, и вскоре схватка подошла к концу; последний из йаргов рухнул на землю.

Минда вместе со своими спутниками устремилась к победителям. Как только они спустились к реке, она передала Раэта на попечение одному из эльфов, а сама бросилась к друзьям.

– Маркдж'н! Гримбольд! Как я рада вас видеть!

Маркдж'н успел воткнуть в песок свои кинжалы, подхватил ее на руки и закружил.

– Мы почти не надеялись тебя встретить, – сказал он.

Затем бережно поставил девушку на ноги, и она повернулась, чтобы приветствовать остальных.

– Привет, Минда! – загрохотал Гаровд. Он мгновенно отстегнул с пояса фляжку с вином и протянул ей. – Сейчас не слишком рано для вина, как ты считаешь?

Широко улыбаясь, она сделала глоток и вернула флягу.

– Я думаю, в самый раз, – ответила Минда. – Привет, Гримбольд. А где Танет?

Она осталась в Эленвуде.

— Записывает буквально все, что слышит, – добавил Маркдж'н. – Могу поспорить, после твоего отъезда она написала не меньше двух томов.

Она посылает тебе привет, сказал Гримбольд. Ах, Таленин! Я от души рад видеть тебя живой и здоровой.

После этого к ним подошел Йо'аким, и Минда представила его всем остальным. Гримбольд важно кивнул веррну, но его внимание было приковано к Гедвину и его ученикам, державшимся немного поодаль, у самого подножия холма.

И это все, кто уцелел после разгрома Голдингхолла, сказал барсук.

Эти горестные слова омрачили радость Минды от встречи с друзьями. Она вспомнила, что именно привело их на юг. А при взгляде на множество мертвых тел йаргов и эльфов на глаза девушки навернулись слезы.

– Гримбольд?

Они обернулись на голос и увидели, что леди Сиан машет им рукой. Притихшая Минда последовала за своими друзьями к склонившейся над телом йарга эльфийке. Тяжелый запах ударил в ноздри, но они все же подошли ближе и увидели на шее йарга необычный кристалл.

– Что вы можете об этом сказать? – спросила леди Сиан.

В самой глубине кристалла мерцала красная искорка. При взгляде на нее Минда непроизвольно скрипнула зубами, хотя она и сама не могла понять, что вызвало такую реакцию. Рубиновый огонек притягивал ее, и Минда наклонилась, чтобы рассмотреть непонятный предмет. Кристалл приковал ее взгляд. Минде захотелось повесить его себе на шею вместо талисмана Пеналюрика. Она понимала, что не должна этого делать, но чем отчаяннее она сопротивлялась, тем больше было искушение.

– Я чувствую исходящее от него зло, – сказала Сиан.

Голос повелительницы эльфов, казалось, раздался откуда-то издалека.

Как будто повеял зловонный ветер, согласился с ней Гримбольд. Это мне что-то напоминает, но что именно…

Желание прикоснуться к кристаллу пересилило. Минда нагнулась над мертвым йаргом и коснулась пальцами граней загадочного амулета. Все остальные замерли, не в силах пошевелиться. Но вот огромная рука Гаровда легла ей на плечо. Великан отодвинул Минду в сторону и занес топор.

Тяжелое лезвие ударило по камню, и мозг Минды пронзил жалобный вой. Застонав от боли, она упала лицом на землю. Гаровд нанес еще один удар. И Минде показалось, что боевой топор раскроил ее череп. Не в силах освободиться от чар кристалла, она корчилась от боли и царапала ногтями землю. Наконец его сила ослабла и вскоре исчезла совсем.

Минда открыла глаза и увидела над собой обеспокоенные лица друзей.

– О, Баллан! – пробормотал Маркдж'н. Сиан бережно подняла ее с земли.

– Таленин, – воскликнула она, – как ты…

– Я не могла остановиться, – хриплым шепотом ответила Минда. – Он звал меня к себе, а потом… как-то оказался внутри меня.

– Я тоже слышал его зов, – сказал Гаровд. – Но теперь он будет молчать.

Минда посмотрела на осколки кристалла и задрожала.

– Что это было? – спросил Маркдж'н. Все надолго замолчали, пытаясь осмыслить то, что произошло у них на глазах.

– Это был враг, – наконец промолвил Йо'аким.

Да, согласился Гримбольд, задумчиво качая головой. И я знаю, что это было – кристалл-держатель. Помнится, я читал о них в Вистлоре. Внутри кристалла присутствует дух, и он управляет телом того, кто его носит. Я должен был распознать его раньше, чем он завладел тобой, Таленин.

— Ты хочешь сказать, что он мог бы управлять мной? – спросила Минда. – Как меч… Как Ильдран…

Гримбольд кивнул:

Его носитель мертв, и кристаллу требуется новое тело. А ты… из всех нас ты наиболее уязвима. Тебе недостает опыта, твоя душа открыта, а без дополнительной защиты трудно преодолеть его притяжение.

— А кто контролирует дух кристалла? – спросила Минда.

– Ильдран? – предположил Маркдж'н.

Нет, возразил Гримбольд. Я бы его узнал.

— Я никогда не слышала о таких вещах, – призналась леди Сиан.

Гримбольд обернулся к повелительнице эльфов.

Если я правильно запомнил, кристаллы-держатели были созданы мудрецом по имени Калтаг во времена войн на Пеллинге. Он собрал на совет всех колдунов, которые были убиты во время третьей из войн, потрясших тот мир, и сумел поместить их души в кристаллы-держатели. Хитростью Калтаг смог подчинить себе половину населения Пеллинга и только потом пустил в ход магические кристаллы, в каждом из которых содержался дух убитого колдуна. Он вешал их на шеи воинов, и те считали, будто сражаются по приказу своих законных повелителей, а не по воле колдуна.

— Ты думаешь, Ильдран вступил в сговор с Калтагом? – спросил Маркдж'н.

Нет, Маркдж'н. Те войны происходили много веков назад, еще до рождения моего прапрадедушки. Под конец третьей войны повелитель южных земель Пеллинга сверг Калтага, и кристаллы утратили свою силу. После смерти Калтага секрет изготовления кристаллов-держателей был утрачен. По крайней мере, так считалось до сих пор.

— Но если это не Ильдран?.. – начала Минда.

Этого нельзя сказать с уверенностью. Я не ощущаю его присутствия, но кто, кроме Ильдрана, может на такое пойти? Вероятно, он каким-то образом узнал древний секрет. И неизвестно, чьи души он использовал для наполнения кристаллов, если это его рук дело.

Гаровд неловко попытался стряхнуть пыль с одежды Минды, и она благодарно прижалась к огромной руке великана. Внезапно ей вспомнилась одна фраза.

– Даже сны на стороне нашего врага, – тихо произнесла она.

Гримбольд повернул голову:

Что ты сказала?

Минда повторила свои слова и добавила:

– Неподалеку от Голдингхолла эту фразу произнес Каббер.

Не дожидаясь дальнейших расспросов, она коротко поведала о том, что произошло, когда они с Сиан прискакали на юг. Минда не упоминала об эпизоде с мечом, пока не заметила укоризненный взгляд Сиан. Лишь тогда, и очень неохотно, она рассказала и об этом.

Плохо дело, сказал вислинг, когда она закончила. Я от всего сердца надеялся, что ошибался относительно этого меча. Возможно, онне таит в себе зла, но его дух слишком силен. А где теперь этот Каббер?

– Я не знаю, – пожала плечами Минда. – Он приходит и уходит, когда ему вздумается.

– Гримбольд, ты доверяешь волку? – спросила Сиан.

Я с ним путешествовал. И хотя он очень искусно скрывал свою силу и с таким же успехом мог скрывать и свои пагубные намерения, все же я ему доверяю. Его советы полезны, а слова похожи на правду. Но вот эта фраза: «Даже сны на стороне нашего врага» меня удивляет. Мы довольно хорошо изучили своего противника. Ильдран. Мастер иллюзий, который зовется Повелителем Снов. Зачем понадобилось Кабберу повторять то, что нам уже известно?

Минда перевела взгляд на осколки кристалла, затем снова повернулась к Сиан: