Петля судьбы (СИ) - Горенко Галина - Страница 16

Стройная фигура, одетая так же, как и мы в серое подернулась тьмой. За спиной её развернулись огромные кожистые крылья, чернее души грешника, а рядом, положив костлявую руку на плечо, стояла долговязая, тощая фигура, затянутая в балахон с прорехами и как будто сотканный из тумана и льда. В её глазах плескалась тьма, и белок и радужка и тем более зрачок были заполнены угольной чернотой.

Распевая речитатив на непонятном мне языке и раскачиваясь из стороны в сторону Соланж нагнетала обстановку голосом, как это у неё получалось, я не знаю, но внутри меня расцвел огненный цветок, разгораясь сильнее и раскидывая свои опадающие лепестки по всему моему телу. Маркиза закончила читать заклинания, и свечи погасли. Несколько мгновений мы стояли в кромешной темноте, слушая лишь шорох наших одеяний, шелест крыльев, тихий шёпот. Казалось, я слышала шипящий шёпот, резонирующий ото всюду. Мне хотелось упасть на колени и закрыть руками уши, на столько неприятен был он мне, мне хотелось визжать, что бы я могла слышать лишь свой крик, свой голос, перебивая ужасные звуки тварей Изнанки.

Да, это были именно они, алчущие, голодные, скрипящие призраки умерших чудищ.

Вдруг мою грудь пронзила вспышка, выворачивая меня наизнанку от боли, но несмотря на желание упасть, свернуться в клубок от раздираемой моё тело агонии, что-то держало меня ровно. Девушка же упала, крича на выдохе и затухая в протяжном вопле. Марево света замерцало, словно кто-то пытается высечь искры кресалом, но ему не удается.

Блондинку отшвырнуло из пылающего синим круга, к стене, шмякнуло о нее, с противным хрустом, а тем временем, огни по периметру звезды заиграли ярче, и посреди ритуального рисунка, одетая в бледно-голубую пижаму и с босыми ступнями, с распущенными, темно-русыми волосами, подслеповато щурясь, появилась девочка лет пятнадцать — шестнадцать. В её руке, зажатый меж пальцев, бесновался алый сгусток, и я поняла, что это моя сила, хотя нет, уже не моя. Её.

Потому что пламя, распознав и радостно урча, впиталось в протянутую руку и стало незаметно, и лишь где-то глубоко внутри меня теплилось ощущение, что вот она — новая владелица ненужного мне дара.

Девица же оглядела происходящее вокруг и сконцентрировав свое внимание сначала на мне, а потом переведя его на некроса произнесла:

— Тетя, Соль, как я здесь оказалась?

*Благочиние — норма приличия, стандарты поведения.

**Homo vitruvianus — Витрувианский человек (лат. Homo vitruvianus) — изображение, созданное Леонардо да Винчи примерно в 1490–1492 годах как иллюстрация для книги, посвящённой трудам античного римского архитектора Витрувия.

***Марс.

Глава 14. Жизнь полна сюрпризов. Полна черных и белых полос

По правде говоря, я была поражена, выдержке девушки, почти девочки, что совершенно непонятным образом материализовалась в центре гектограммы. Она не стенала, не истерила, не упала в обморок, а собрав распущенные волосы в пучок, тряхнула руками. С её кистей посыпались крошечные искры и впитались в линии ритуальных рисунков, а сама она продолжила спрашивать:

— Я могу покинуть линии?

— Конечно можешь, — ответила Соланж, — и ты тоже выходи Катарина.

Тем временем герцог уже поднял бессознательную девушку на руки, её прилично приложило, из ушей тонкими струйками сочилась кровь, а белая рука в порванном рукаве безвольно свисала, венчая картину обморочной блондинки. Кивнув Соль, он несколькими пассами снял запирающую блокировку входной двери и шагнул в открывшийся проход. Я с трудом держалась на ногах, но по сравнению со ставленницей Рейджа я была в прекрасной форме, и смело, пусть и с трудом я потащилась к выходу.

Я не успела выйти, как в залу ворвался Питер, и в несколько шагов преодолев расстояние меж нами, попытался взять меня на руки. Голова у меня, конечно, кружилась, да и колени ослабли, но я понимала, подхвати меня он сейчас, мы покинем место событий, а желание узнать, как прошел ритуал, и кто эта девушка было намного сильнее каких-либо других потребностей. Заверив его, что я в норме, отправилась переодеться, и спустя несколько томительных таймов, жених уже провожал меня в гостиную, в которой собрались все заинтересованные лица.

Блондинка явно была в лазарете, а вот Рейдж, Соланж, её супруг, мой брат и девушка, которая уже сменила пижаму на домашнее платье, пусть и не совсем по размеру ждали только нас с Питером. После того как слуги принесли ароматный тай и несколько блюд со сладостями — мы остались без лишних свидетелей и наконец-то я смогла узнать кто же эта незнакомка.

— Лилит Девон, племянница маркиза, — шепнул мне на ухо Питер. То ли он уже был знаком с ней, то ли пока я переодевалась, ему удалось узнать некоторые подробности личности нарушившей ритуал девушки.

— А теперь кто-нибудь может мне внятно объяснить, что произошло? Соль? — рявкнул Рейдж.

— На свою супругу рычи, — тем не менее мирным тоном сказал Тристан Силье, — а с моей будь любезен разговаривать спокойным тоном.

— Прости, — сразу пошёл на попятную герцог, — ну так?

— Ритуал прошел канонически, руна в руну, буква в букву, никаких отклонений не было, да только носителя сила себе выбрала сама, не приняв наш выбор, — начала Соль.

— За себя, могу сказать лишь одно, я — пустая. Внутри меня нет привычного вихря, только сейчас после возвращения с Изнанки, я поняла, что где-то глубоко томительно кружило, тянуло, заставляло бежать куда-то, была непрекращающаяся тяга и потребность, — а ведь и правда, Жнец меня дери, ощущения внутри были привычными, и все же отличались от того, что я испытывала ранее. Я боялась заглянуть глубже. Боялась, что не удалось избавиться от проклятия Изнанки. Неизвестность страшила меня, но перестав копаться в себе, я постаралась сконцентрироваться на тихом голосе Лилит, которая что-то спокойно и обстоятельно говорила главе МагКонтроля.

— Я не спала, играла с ветром. Наставник дал упражнения, и я их повторяла…а потом…я услышала зов…кто-то звал меня на помощь, просил, умолял, стенал, я откликнулась. Дала согласие. Внутри меня всё сжалось, а через мгновение я оказалась в центре гектограммы. И как только мои ступни коснулись линий, сила сама бросилась мне в руки, а я, дала согласие принять её.

— Но почему? — вырвалось у меня.

— Я не могла иначе, она была словно потерявшийся ребенок среди разбушевавшейся праздной толпы.

Вдруг в гостиную ворвался высокий блондин, невероятно красивый, имеющий явное сходство с девушкой, а по тому, что он сразу бросился к ней, я поняла, что это её дядя — Михаэль Девон. Семья маркиза имела несколько крупных судостроительных верфей на сколько я помнила, а еще тот дружил с Рейджем. Когда вопросы, возгласы, приветствия закончились — дядя Лилит безапелляционно заявил, что забирает племянницу в уже приготовленные покои и желает нам всем крепких снов. Что бы нам не хотелось выяснить — сделать это можно завтра, в приличное время.

Это негласное обвинение послужило очередным толчком к дискуссиям и разборкам, но герцог пресек всё властным жестом, действительно предложив встретится всем завтра здесь же, за обедом. Нам предложили остаться во дворце и жених, как благовоспитанный несс, предложил нам с Винсенте воспользоваться его гостеприимством и остановиться в его покоях. По сколько я была здесь с братом, все приличия были соблюдены, к тому же тащиться в городской дом из Розового дворца было очень далеко.

Распрощавшись с Соланж и поблагодарив её за помощь, мы отправились в покои, щедро предложенные Круттом, и, по правде говоря, я заснула еще до того, как моя голова дотронулась до подушки. Я точно помню, что я о чем-то разговаривала с Диртом, а спустя мгновение яркое солнце слепит мне глаза, а надо мной, уперев руки в боки, как простая девица, стоит Теа и ругается:

— Ката, ну как тебе не стыдно, я едва дождалась утра, чтобы увидеться с тобой и узнать, как всё прошло? Рейдж ходит чернее тучи, сон Соль охраняет Тристан, который несмотря на то, что я его Цесса не пустил меня. Я же иведусь.