Петля судьбы (СИ) - Горенко Галина - Страница 15

— Удивительная личность, — поделилась я своими воспоминаниями, — она была такой мерзавкой в академии, её ненавидел даже старший курс, и многие преподаватели с трудом её терпели, но вот пациенты на практике — обожали. Я несколько раз слушала благодарственные оды Алисии, а однажды я видела, как она заплатила за лечение женщины, что не могла себе позволить операцию.

— Слава Великим, мы в корне поменяли ситуацию с медициной в стране. А на счет Цессы уверена, что её мерзкому поведению есть объяснение, — заметила Теа.

— Или у неё раздвоение личности, — засмеялась Оноре.

— Что было бы не удивительно, раз её сущность провела в энергетической клетке более десятка талей, — резюмировала Соль.

К ужину меня ожидал брат, и как бы мне не хотелось покидать подругу, точнее подруг, всё же уходить было пора. Я распрощалась со всеми, расцеловала в пухлые щечки давно проснувшихся и вновь задремавших близнецов и отправилась домой.

На ужин брат пригласил нескольких друзей, коллег и конечно же Питера, тот весь ужин совершенно нескромно пожирал меня глазами, заставляя тепло, застывшее янтарем в груди, растекаться по всему телу и пылать в предвкушении. Когда гости разошлись, брат отправился в библиотеку, а я в свою комнату. С опаской поглядывая на кровать, которая, впрочем, совсем не была виновата в моих перемещениях, я отправилась в ванную, и провела там по крайней мере леор, чтобы выйти в одной махровой простынке и обнаружить довольного Питера, вытянувшегося во весь рост на ложе.

— Я решил, что тебе будет комфортнее проснуться в собственной кровати, — улыбался он.

— Правильно решил, — бросилась я в объятия, немного опешившего любимого..

*Гнездо белоголового орлана:

Глава 13. Я могу принять поражение, но я не могу принять отсутствие попыток

Утро, слава Великим, было обыденным и заурядным до зубовного скрежета, и я наслаждалась этой скучнейшей рутиной как никогда. Мы неспеша позавтракали с Питом, а мой любимый братец сделал вид, что жених не только что совершенно бессовестным образом появился из моей спальни, а просто заявился к завтраку, по всем канонам. Думаю осознание того, что я могу вновь перенестись, и далеко не факт, что сама знаю куда, смягчили поведение Вина, слегка повернутого на приличиях. Хотя кто-то из девочек вчера пересказал слух, что мой правильный братец увлекся одной из своих адепток, и судя по крайне изменившему свою позицию по поводу благочиния* Дирта, уверенна эта сплетня подтвердится в ближайшее время.

Я уже допивала отвар, а мужчины спрятались за газеты, шурша и периодически выныривая из новостной периодики, делясь новостями и обсуждая запуск серийного производство летательных аппаратов — аэростатов. Я уже видела один, над дворцовой площадью, и по словам Теаны, это один из самых маленьких дирижаблей, сделанный для нужд монаршей пары, а иногда и для главы МагБезопасности.

Появление слуги застало нас уже на выходе из столовой. В записке, что прислал квази назад припоминаемый мной герцог Рэйдж, сообщалось, что для ритуала, назначенного на сегодняшний зенит ЛаЛуны, всё готово. Инструкции того, что требуется от меня, сводились лишь к тому, что я должна быть вовремя и всего лишь не принимать пищу после двенадцати леоров дня. Всё остальное приготовит несса Силье.

Я облегченно вздохнула, по правде говоря, я опасалась, что Соланж найдет как провести ритуал и поручит это дело штатному ритуалисту, не гоже маркизе заниматься практикой Грани, но она сдержала своё слово, и всем займется сама. От осознания этого благодарное тепло разлилось в груди и заполнило каждую клеточку моего тела, на глаза навернулись слезы, но я дала себе мысленную пощечину, прерывая неуместную слезливость. Надо готовиться.

К назначенному леору, мы были во дворце. Питер и брат, оба сопровождали меня до ритуальной залы. А я и не знала о том, что в розовом замке есть такая, да к тому же обшитая редчайшим иториевым камнем. Он не просто отражал магию проводимых церемоний — запирал её, уникальная слюда не пропускала ни малейшего воздействия, внутри немаленького помещения мог открыться портал в Изнанку или ворота в Солар и это бы никак не повлияло на жизнь замка, Ориума или Твердыни. Из крох этого камня делали слабые артефакторные кулоны, для детей, что пока не умели обращаться с магией, или наручники для сошедших с ума колдунов, преступивших закон. Но в таком количестве, качестве и собранном в одном месте увидеть иторий — чудо, само по себе.

Я переоделась в ритуальную робу, бледно-серую, цвета нейтральной магии, и распрощавшись на входе в залу с родными и любимыми, несмело вступила в темное, освещенное лишь свечами помещение. Никаких люминус-кристаллов, только стихийный огонь.

В помещении помимо меня находилось трое, Соланж Силье, Кристофер Рэйдж и девушка, чьего имени я по понятным причинам не знала, да и не нужно мне оно. Высокая блондинка, с волосами забранными в пучок, с правильными и при том совершенно незапоминающимися чертами лица, вроде бы стройная, но под таким же балахоном как у меня было не разобрать.

На полу была расчерчена гектограмма — черный и белый треугольники пересекались, образуя идеальную фигуру гармонического слияния дуалистических противоположностей, огненный белый и водный черный. Поверх звезды была начертана фигура homo vitruvianus** — её мы изучали в Академии, как образчик канонических пропорций человека, и, хотя схематическое изображение было мне знакомо, какая-то чуждость всё же угадывалась в стандартном рисунке. Но по сколько я была не магом, знать мне это было не обязательно. Свечи тоже стояли в каком-то упорядоченном строе, изображая то ли руну, то ли фигуру. В сердце человека лежал крупный кристалл, прозрачный словно горный хрусталь, но я была уверена, что это берилий. Хрусталь не выдержит напора Грани, лопнет под его непостижимой мощью.

Девушка шагнула на навершие белого треугольника, после кивка Соль, я шагнула на чёрный угол.

— Ничего не бойся, ритуал опасен лишь для нессы, но она согласилась на этот риск.

— Чем опасен, Соль? — испугалась я за незнакомку.

— Ну конечно же тем, что силы её не захотят. Или процессом принятия мощи. Это…ну как… не знаю… отрезать палец, например. Тебе будет больно, но он заживет. А вот если пришить его кому-то другому…в общем ты понимаешь, что технически и теоретически это возможно, а по факту не всегда реально.

Я кивнула. Надеюсь, слова маркизы окажутся правдивыми, не то, чтобы я подозревала её в обмане, просто она и сама могла не знать последствий, она же не проводила этот ритуал каждый третий и пятый дни терила. Незаметно, практически сливаясь со стеной, далеко за пределами гексаграмма встал Рейдж, поймав на себе мой взгляд он уверенно и одобряюще кивнул, а я выдохнула, пытаясь расслабиться. Получалось плохо, точнее совсем не получалось, потому как обстановка была гнетущая и волнительная беспредельно.

Наконец Соль закончила сверяться с толстой кожаной книгой, видимо всё же я перенервничала, потому как мне показалось, что огромный фарфоровый глаз на её бордовой обложке моргнул. Я тряхнула головой пытаясь выгнать дурацкий образ и стала повторять про себя названия лекарственных трав, помогающих от нервных расстройств. Высокие своды куполообразного помещения создавали поразительное эхо, и когда некрос произнесла «начали» стены залы еще долго отражали звучание её мелодичного голоса друг от друга.

Черные и белые свечи зажглись синхронно, крошечное пламя взмыло в потолок и опало, расплавив восковые кубышки, оставив лишь огарки и лужицы воска, но на месте огней — продолжило переливаться и томиться пламя, заворачиваясь в спираль. Уже не поддерживаемое ничем, лишь огонь в невесомости. По спине моей побежали мурашки, пальцы заледенели, а вот лицо, наоборот, пылало словно ошпаренное кипятком.

За пределами звезды стояла непроглядная тьма. Чернильная, густая, словно ночь во время зимнего затмения, когда сумеречные сестры, делящие небосвод, закрывает кровавый Барсум***. Серую хламиду блондинки трепал невидимый ветер, как будто пытаясь согнать её с острого угла начертанной схемы, я посмотрела на Соланж, желая увидеть её реакцию на происходящее и обомлела.