Луна желаний (СИ) - Горенко Галина - Страница 13

Я вглядывалась в темноту, пытаясь объяснить странную тревогу игрой воображения и непривычным окружением. Море я любила всегда, оно меня успокаивало и несколько предыдущих унов так и было, но не теперь. Тихий звук, томительный и острый, печальный и протяжный будоражил меня. Глубоко в груди разгоралась невыносимая жажда, я страждала бросится в пенную пучину, и практически перегнулась через леера, натянутые на фальшборте, когда тонкий синий луч, упавший практически под днище судна, осветил толщу воды.

На небольшой глубине практически на самой поверхности я увидела её. Бурые, как водоросли волосы, бледная, никогда не знавшая солнце кожа, рот, застывший в хищном, клыкастом оскале, и бледные, тонкие руки, заканчивающиеся длинными, загнутыми когтями протянутые ко мне. Звук издавало это существо, выворачивая меня на изнанку, требуя, зовя, приглашая.

Я вцепилась в канаты, впившись в них до боли короткими ногтями, горло сдавило в спазмах, сил моих едва хватало на то, чтобы сдержаться и не прыгнуть, всё моё естество протестовало, и лишь злое упрямство и ядовитая ненависть не давали мне сдаться, покориться судьбе жертвенной овцы. Мимо меня прошел рулевой, как и я наклонился через борт и вгляделся в опасную глубину. Голос серены стал громче, я закрыла глаза и до крови прикусила себя за щеку, надеясь, что боль, хоть немного отвлечет меня.

Со стеклянными глазами, выражающими ужас и блаженство одновременно, мужчина перешагнул толстый канат.

Сил бороться больше не было.

Или он, или я.

Грузное тело ухнуло вниз не проронив ни звука.

Мириады белых пузырьков превратились в багровую пену, а мне удалось отлепиться от борта и со всех ног броситься в рубку.

— Серена, — прошипела я, едва ввалилась в небольшое помещение, стол был завален картами, поверх лежал секстант, кажется астролябия, большой, бронзовый компас и хронометр****. Мужчины бросились к железной шкатулке, а один из них протянул мне крошечный камушек на нитке.

— Амулет, заряжен, надо проверить все ли на месте.

— Нет, рулевой за бортом, — сказала я, надевая шнурок. Давление на разум сразу ослабло, низкие удары по судовому колоколу добавили звона в ушах, ну уж лучше этот ужасный звук, чем смертельная пень серены.

Спустя несколько таймов мы не досчитались рулевого, юнги и сюрприз, сюрприз, нашего купца. По большому счету, задание можно было бы считать не выполненным, но охранять нас наняли груз, а значит, Жнец с ним, он мне никогда не нравился, а осознание того, что он знал, что везет, делало, лично для меня, его смерть вполне заслуженной. Я бы еще и плюнула ему вслед, да боюсь сиренам, а их было несколько, и они кружили вокруг борта, словно стая акул, почуявших кровь, может не понравится моё отношение к происходящему.

Я растолкала Ти, она металась обессиленная в гамаке, но мне было что ей сказать. Резко подскочив и силясь навести фокус, она уставилась на меня как филин ночью в поисках дичи:

— Я думала, тебе не удастся втянуть меня в еще большие неприятности, но моя интуиция уснула сегодня мертвым сном. Наш заказчик мертв, моряки не собираются следовать необходимым нам курсом. Им есть кому продать товар, и это они еще не знают о раковинах.

— И каков новый курс? — встревоженно спросила она.

— Петре Муэрто*****, один из островов Обсидиановой гряды.

*Рог Тритона — харония Тритона, молюск.

**Аспарагус — представитель флоры субтропиков.

***Леера — обычно веревочные канаты или стальные, натягиваются во время штормов, для того, что бы держаться за них.

****Всё это является предметами для навигации судна.

*****Петре Муэрте — камни смерти.

Глава 10. Человек создан для счастья, как птица для полета

Вопреки желанию подруги я не видела смысла в разговоре с капитаном, ему было плевать на сроки и контракты. Из-за глупой случайности тот потерял друга. Они больше сорока талей ходили по Стеклянному морю и сирен не встречали ни разу, хотя знали о том, что они существуют, но очень легко забыть об опасности, когда ни разу её не встречал.

Не сложно понять почему они напали, догадываюсь что привлекло их, и пока, только лишь пока, капитан не знает о грязном грузе. То, что именно раковины моллюска, водящегося лишь в Стеклянном море, стали вместилищем душ — жестокая случайность. Запретное, тёмное колдовство всегда привлекало глубинных чудищ, может сейчас, в это самое мгновение по следу бьющихся в плену душ, за нами гонится пресловутый кракен.

Хоть бы не догнал.

Сундук стоял у нас, после разговора с нанимателем, я забрала его в каюту.

Для сохранности.

Хотя присутствие груза на таком близком расстоянии тяготило меня. Мне хотелось разбить каждый из сосудов, вмещающих в себя невинные, плененные души. Но как бы мне этого не хотелось я не могла. И вовсе не потому, что была скованна контрактом.

Нет.

Для того, чтобы отпустить несчастных, дабы они смогли пройти воды Леты и вновь возродиться, необходим был правильный ритуал, сильный шаман (или некрос) и капище, чем древнее, тем лучше. Но это всё, что я знала об этом. Запрещенную магию искусник упоминал лишь вскользь, но даже те крохи, что он давал, были много большим, чем я смогла бы найти самостоятельно или узнать из книг. О таких ритуалах не пишут в простых учебниках, и не в каждом гриммуаре встретишь информацию о проклятом колдовстве.

Как я и думала — уговоры не возымели своего действия. Капитан на всех парусах пёр в сторону прибежища пиратов, стремясь покинуть недружелюбные воды. Не сложно было догадаться, что за судьба уготована двум женщинам, попавшим в место скопления сброда самого низкого пошиба. И хотя ходили мы в мужской одежде, на нас не было написано, что мы наемницы. Я бы вообще предпочла скрыть этот факт и притвориться любовницами почившего купца, так было бы проще отбрехаться от неоднозначного груза.

В контракте были указаны сроки и по их истечению денежные средства, перечисленные на счет в КелтарсБанк изымались в пользу заказчика, плюс неустойка, плюс со счета списывался процент отданный пансиону.

Всё.

— Если дело в деньгах — я одолжу, в чем проблема?

— Ты не понимаешь, с этими людьми не шутят. У них длинные руки. Я подслушала разговор жирдяя, он, конечно, тоже ничего толком не знал, но несколько имен меня насторожили…

— Например, — перебила я срывающуюся в панику подругу, это было так на неё не похоже, что я заподозрила ментальное вмешательство. Казалось кто-то накручивает в Тируме панику дабы та во что бы то ни стало доставила груз.

— Все они мне ни о чем не сказали, — но вот одно я слышала — Премьер-Министр Демистана Сильвано Кроу.

Ох.

Словно пропустила удар ногой под дых, дыхание со свистом ворвалось в легкие и я потребовала, чтобы подруга рассказала подробнее, но больше она ничего не знала. Только то, что кому-то из окружения моего кровника* нужны эти раковины, тем больше причин провалить задание. Но обдумать, не сейчас, а в спокойной обстановке и попросить кое-что поточнее разузнать Мо не терпелось, жаль нет сейчас такой возможности.

Тем временем капитан судна начал маневр, островную гряду окружали рифы и даже тот, кто не единожды бывал на них, с трудом лавировал меж опасно торчащих из толщи серебристой воды камней. То тут, то там встречались остовы полуразрушенных кораблей, наглядно демонстрируя, что помимо опыта, не помешает и удача. Даже я, когда мы наконец вышли в залив, выдохнула, не заметив, как задерживала дыхание весь опасный путь сквозь рифовую оборону.

Пол дюжины факелов вспыхнувшие разом обозначили берег, матросня забегала пуще прежнего подчиняясь приказам старшего на мостике, капитан стоял за штурвалом и даже в вечернем сумраке было видно, как напряжены его плечи, я слышала, у боцмана большая семья ожидающая его из рейда…

Я даже немного растерялась, потому как на нас, со счастливо сошедшей на твердую почву Ти, никто не обращал внимания, статус не обозначили, а сундук с личными вещами даже разрешили взять с собой. Закидав одеждой купца, почившего в глубинах, раковины, мы двинулись по тропке в сторону то ли большой деревни, то ли небольшого городка. Хижины были одноэтажными, но добротными, располагались в два ряда заканчивающимися тупичком с таверной. Именно туда нас направил капитан, а через четверть леора, он присоединился к нам, когда мы уже договаривались с хозяином о постое.