Монохромный человек (СИ) - Поспешная Юлия - Страница 171

— Майя. — сухо проговорил Стас. — Вы же уже должны были понять с кем связались. Вы не справитесь одна. А Герман Шамов не оставит ваших детей в живых, какие бы условия вы не выполнили.

Майя секунду смотрела на Стаса мокрыми от слез глазами, а затем с новым приступом рыданий уткнулась ему в плечо.

Корнилов вздохнул, приобнял безутешную женщину и позволил её чувствам и переживаниям вывалится наружу.

***

Спустя минут двадцать, сидя в салоне черного Дефендера, Майя Курбатова всхлипывая и заикаясь, срывающимся голосом отвечала на вопросы Стаса.

Она была разбита, напугана и потеряна. И смотрела на Корнилова со смятением, ужасом и надеждой.

— Я должна б-была… п-передать ему деньги… — шептала Майя. — Он позвонил… потребовал… А я… Я была с детьми… А он…

— Я знаю. — сухо перебил её Стас. — У вас не оказалось столько, сколько ему нужно и он похитил ваших детей.

— Сказал, что если не от-тдам с-сумму… Господи!.. Если не привезу деньги до з-завтрашнего в-вечера… Он… — она с горестной обескураженностью слабо пожала плечами и шепнула. — Он убьет моих дочь и сына… Убьёт их!.. Я его знаю! Он… Он это сделает…

— Как вы вообще связались с Шамовым? — спросил Стас вздохнув.

Майя шумно втянула носом воздух, обхватила верхней губой нижнюю, крепко зажмурилась.

— Я хотела отомстить…

— Что? — не понял Стас. — Кому? Зачем?

— Лукьяну! — прорыдала Майя. — Лукьяну Курбатову!

— Простите, — качнул головой Стас. — Вы хотели отомстить вашему мужу?

Майя со слезами закивала головой.

— Я… Я спала с Германом… Мне… Мне хотелось сделать Лукьяну… больно. Как можно больнее.

— Зачем?!

Майя несколько секунд глядела в сторону, затем посмотрела на Стаса и тихо, с уставшей хрипотцой произнесла.

— За Касьяна.

Стас не удержался и обернувшись, посмотрел на Нику. Сапфировые глаза Лазовской выражали ужас, растерянность и смятение.

— При чем тут Касьян Каменев? — сухо спросил Стас.

— Он мой муж. — Майя тяжело сглотнула и добавила срывающимся шепотом. — Бывший.

Она невесело, горько усмехнулась. Снова шмыгнула носом. Взглянула на Корнилова.

— Вы ведь уже знаете, что произошло в лагере «Горный путь»? Лукьян мне рассказывал… Он страшно злился, что вы подобрались слишком близко.

Она снова судорожно вздохнула, тяжело, с трудом с глотнула и сквозь слезы злорадно улыбнулась.

— А потом его арестовали.

Стас качнул головой. Он всё ещё не понимал.

— Вы так радуетесь его аресту… Но вы ведь тоже были там, Майя. Вы участвовали в поджоге.

Майя всхлипнула, криво усмехнулась.

— Да. — прошептала она громко дрожащим голосом. — Участвовала… Я… Да. Да я была там. Я… Я пришла тогда к Касьяну… Я… Господи, я пыталась вразумить его! Пыталась убедить!.. Удача сама шла нам в руки! После стольких лет лишений, которые мы с ним пережили, нам подвернулся счастливый случай! Нужно было просто… просто…

Она покачала головой. За нее договорил Корнилов.

— Нужно было просто перешагнуть через свою совесть.

— Да-а… — кивнула Майя и вдруг проговорила с неожиданной нежностью. — Но это не для Касьяна, он… Он всегда был таким чистым, правильным и даже… духовным человеком… Он… Когда я предложила ему… Он…

Супруга Лукьяна закрыла глаза.

— Я никогда его таким прежде не видела! Он… Касьян впервые в жизни накричал на меня! А потом ударил… Ударил и прогнал.

Она всхлипнула.

— И тогда вы пошли к Лукьяну. — проговорил Корнилов спокойным, но ледяным голосом.

— Да-а… — нервно сглотнув, ответила Майя. — Лукьян собирал единомышленников… Даже брата Касьяна, Кима перетянул на свою сторону! Тот буквально возненавидел Касьяна, когда он публично призвал покарать всех, кто замыслил сойтись с бандитами.

Майя вздохнула.

— Касьян был добр, преисполнен нерушимых представлений о благородстве… И невероятно наивен.

— Дальше был пожар. — Стас не давал Майе уйти в себя.

— Да. — кивнула она. — Мы… Мы забаррикадировали двери и подожгли резиденцию клуба… Господи! Я… Я до сих по ночам слышу, как кричат те люди! Мне снятся их голоса и охваченные огнем человеческие силуэты в окнах!..

— Как это все связано с Шамовым? — холодно спросил Стас.

— Из-за Касьяна. — закрыв глаза проговорила Майя. — Понимаете, он… Он каким-то чудом сумел вырваться из сгорающего дома… он выбрался… убежал… Он выжил!

Стас, в зеркале заднего вида, снова перехватил внимательный взгляд искрящихся синих глаз Вероники.

— Но он потерял память. — Майя покачала головой. — Он не помнил… никого и ничего… Он не помнил даже как его самого зовут! Я… Я тогда хотела… хотела начать всё заново… Я подумала, что это мой шанс! Всё исправить! Ведь Касьян не помнил нашего разговора! И не помнил, что произошло…

Она снова задрожала, зажмурилась и заплакала.

— Но, Лукьян он… Он фактически насильно упрятал Касьяна в психиатрическую больницу! К этому больному подонку, Шамову! И они… Они там издевались над ним, как хотели… Лукьян убеждал меня, что хочет помочь Касьяну, но…

Она замотала головой.

— Я знала, что дело во мне.

— В вас? — переспросил Стас.

— Лукьян любил вас. — внезапно подала голос Ника с заднего сидения. — С тех самых пор, как вы трое, Касьян, вы и Лукьян поступили на факультет журналистики.

Майя плача закивала головой.

— Они вдвоем ухаживали за мной тогда. Но я… я почти сразу выбрала Касьяна.

— Так… — проговорил Корнилов. — Понятно… Куда Шамов мог увезти ваших детей?

Но, Майя лишь сокрушенно покачала головой, сотрясаясь в тихих рыданиях.

— Я… я… не знаю… не знаю! Не знаю я!.. Я…

— Я знаю. — внезапно подала голос Ника.

Стас резко обернулся.

Лазовская сидела с отстраненным взглядом. Её звездчато-синие глаза выражали тягостную задумчивость. Стас уже много раз видел такой взгляд у Вероники. И для него не было тайной, что вызвало такое выражение на лице у девушки. Ника только, что увидела воспоминания. Она увидела воспоминания Майи и, возможно Шамова.

— Ты сможешь… показать? — спросил Стас.

Тут к Майе вернулась способность рассуждать.

— А… — она тоже обернулась на Нику. — Откуда ты… откуда ты можешь знать?

— Майя вас это не касается. — прервал её Стас и снова взглянул на Нику.

— Да-а… — не очень уверенно проговорила Ника. — Наверное, смогу… Но… Майя а вы не знаете, у Шамова есть м-м… что-то вроде любимой закусочной или бара?

Лицо Майи изменилось.

— У него… у его бывшей жены… у б-брата… бургерная… Она здесь недалеко!

— Ника…

— Он направился туда! — безапелляционно заявила Лазовская.

Сомневаться Корнилов не стал. Тем более, что и с Майей, и Шамовым Вероника, как оказалось была права.

— Прекрасно. — Стас завел двигатель и вызвал Колю с Сеней. — Дорогу покажите?

— Да! — с готовностью ответил Майя.

— Поехали. — Стас вырулил со стоянки.

***

Бургерная «Сытый Гарри» располагалась прямо на углу, рядом с обувным магазином. Это было не слишком примечательное здание с грязноватыми зелеными кирпичными стенами и щербатой дверью, заклеенной плакатами с рекламой скидок на местные завтраки.

Корнилов оставил Нику и Майю в машине, а сам вышел и осторожно направился к зданию бургерной. По пути он увидел двух патрульных и знаком подозвал их.

— Значит так, парни. — начал объяснять Стас. — Вон в той забегаловке человек удерживает в заложниках минимум двух человек. Ваша задача незаметно, тихо и быстро расчистить ближайшие улицы от прохожих. Если надо вызовите подкрепление, но здесь никто шастать не должен. Вопросы?

Вопросов у патрульных не было. Как раз наоборот, полицейские выразили довольно искреннее желание помочь.

Через минуту в машине Коли подъехали оба оперуполномоченных Стаса.

Домбровский и Арцеулов выбрались из машины, подошли к Стасу.

— Ну? — накидывая пиджак, спросил Коля. — И как будем действовать?

— Я буду говорить, а вы заходите с заднего двора или… поищите другой способ проникнуть внутрь.