Ростерия (СИ) - Шпатова Александра - Страница 85

— Ты считаешь, они празднуют День Весны? Возможно, они целый день бегают по городу в поисках дочерей. Ох, не поздоровится же последним, когда домашние их всё же найдут, — и со значением посмотрел на девушку, пытаясь ещё немного задержать её. Но Елизавета отрицательно мотнула головой, подёрнула плечами.

— Сомневаюсь. Городок небольшой, за несколько часов можно обойти все главные аллеи, особенно в компании городничих. В общем, что бы наши юные вольнодумцы не планировали, они уже успели реализовать это или провалиться, — сказала она, толком не веря собственным словам. Время текло отчего-то невероятно медленно: вся погоня, драка и последующий разговор с Плясуновым занял вряд ли больше двадцати минут. — Даже если не успели, — остановила она однокурсника, — меня не заботит. Я отправляюсь на поиски.

— А я, видимо, с тобой, — Мишка ободряюще хлопнул затосковавшую подругу по спине, тоже выходя из бельведера.

«А как же Моряков?» — в смятении подумала Лиза. Безвыходная ситуация. «Следовало изначально бежать за Сашкой!» Заболоцкая средняя печально вскинула брови, понимая, что без Мишки не справится, или, по крайней мере, совсем загрустит. Неужели придётся отпустить и тем самым погубить таким трудом задержанного Митю? Оставить здесь связанным? Всё равно, что отпустить, разницы нет. Кажется, последний размышлял о том же — вокруг его лисьих глаз собрались морщинки, и девочка уверилась, хотя его рот полностью скрывал кляп, что мальчишка ухмыляется. «Подбить бы тебе глаз», — замечталась блондинка и сделала шаг в сторону узника.

— Смотри! — воскликнул вдруг взволнованный голос Миши. Лиза рывком развернулась, встала на мысочки и увидела человека, стремительно приближающегося к ярмарке, то есть, к ним. Девушка немедленно пригнулась, подав знак Мишке; он весь подобрался, скользнул к Дмитрию, закрыв его собой и предварительно показав внушительный кулак. Моряков мгновенно перевёл жест в словесную форму и послушно съёжился. Елизавета, чуть высунувшись из-за перил, настороженно наблюдала за бегущим силуэтом, постепенно приобретающим знакомые очертания: округлые бока, раздувающаяся тёплая шаль, длинная коса… Санька! Блондинка выпрямилась и замахала сестре, старательно обращая на себя внимание. Саша, слава источникам, не имевшая проблем со зрением, быстро узнала родственницу и свернула к миниатюрному бельведеру. Заболоцкая средняя выпрыгнула навстречу, а в следующий момент была сжата в тисках объятий.

— Я даже не протестую, — без возражений повисла на Санькиных руках Лиза.

— Я надеялась, что ты останешься на Гостевом Сквере, — не отпуская блондинку, сипло проворковала Александра. Елизавета задёргала ногами, требуя свободы, а когда ощутила твёрдую почву под ногами, подняла глаза и увидела на бледном лице девочки красные растёкшиеся пятна от недавних слёз. Девушка воинственно нахмурилась и стёрла мокрый след с Сашиной щеки.

— Кто-то из ребят тебя обидел?

— Нет, — улыбнулась через силу та, — но я… — губы её задрожали, а потом сжались в тонкую ниточку. — Я опоздала. Их дома пусты. Я не то, что никого не смогла остановить, но даже и не застала. Они ушли на площадь…

Саня окончательно повесила голову. Но, как будто о чём-то вспомнив, ожила.

— А как твои успехи? — горячо спросила она. — У тебя получилось задержать хоть кого-нибудь?

Девушка неопределённым движением указала на сооружение, где обосновались мальчишки. Младшая сестра вгляделась в расплывающуюся сгорбившуюся тень и ахнула, но быстро пришла в себя и с обречённым осуждающим видом приблизилась к бывшему другу.

— Дима, неужели ты не отказался от тех ужасных идей? Ты не создаёшь впечатление способного на террор радикала, я думала, ты всё же покинешь компанию…

— Сомневаюсь, что он тебе ответит, — вскинула брови блондинка. — А насчёт обманутых ожиданий ты права: мне казалось, Питер последний, кто отринет философию ПаПе, особенно после того, как получил дар, кстати, до сих пор непонятно, каким образом. — Саша выглядела по-настоящему разбитой — она едва дошла до лавочки и опустилась на неё, положив ладони на колени.

— Не стоит так горевать, — насколько могла мягко произнесла Елизавета. — Твоему лопуху сейчас ничто не угрожает.

— Как ты не понимаешь? Ведь значит, ребята общались с нами только ради полезных сведений! — Александра завесила бледное лицо растрепавшимися волосами.

— Для меня это не откровения, — ухмыльнулась Лиза. — Со мной мало кто согласен контактировать по доброй воле, — хотя подобный вывод и резанул, не по сердцу, конечно же, но по самолюбию точно. Мальчишки сидели на скамейках молча, не прерывая разговор, не утешая и не оправдываясь.

— Лопух! — Моряков повернулся к Лизавете. «Какая прелесть, отозвался!» — едко усмехнулась она. — Пришло время доставать скелеты из шкафов: как ты с ребятами пробирался в наше поместье? Утаивать больше не имеет смысла, так что советую не хитрить. — Михаил склонился над рыжим бунтарём, повозился с завязочками да узлами, и вскоре изжёванная ткань свилась восьмёркой на земле, а пленник вновь мог говорить. Дима, как загнанный волк, под прицелом трёх пар глаз с шипением втянул воздух и повёл плечами, но, в конце концов, сознался.

— Питер; он внушил охранникам, что мы лишь порыв ветра, поэтому я спокойно входил и выходил через ворота.

— То есть, вы не использовали туннели? — вмешалась Санька. — Но ведь ваш зал для обсуждений располагался именно там…

— Конечно, — фыркнул парень, но, опасливо глянув на ребят, смягчил тон, — потому что расчистить подземные лазы не предоставляло никакой сложности и впоследствии обеспечивало секретность, — он сверкнул очами, — до того момента, как твоя сестра всё не испортила.

— Какой забавный сюрприз, — словно витая в облаках, проговорила блондинка. — И как часто ты наносил нам визиты?

— Гораздо чаще, чем вам известно, — с намерением обидеть и шокировать, самодовольно сказал он. Заболоцкие не стали его разочаровывать фактом, что они уже около получаса тому назад вспомнили обо всех похождениях ребят и ПаПе к ним на участок.

— Смеркается, — констатировал факт Михаил спустя малый промежуток времени. Дмитрий, смирившийся с тем, что не сможет поучаствовать в создании истории, горько откинулся на перила.

— Саня, — позвала тихо Лизавета, — Миша, — приятели повернулись к ней, — пора домой.

— Ты считаешь? — засомневалась девочка.

— По-твоему, карнавал уже закончился? — добавил юноша.

— Да, и наши родители наверняка волнуются, — ответила на оба вопроса сразу девушка. — Поэтому собираем вещи…

— А я? — робко напомнил Митя.

— Проводишь здесь, на холоде, ночь в наказание, — хмуро припечатала Заболоцкая старшая.

Грохот! Треск! Свист! Лизе показалось, что содрогнулась сама земля, а почва под ногами вот-вот разверзнется и с плотоядной жадностью поглотит бельведер вместе с подростками. Ребята, чуть не завалившись друг на друга, зажали руками уши и присели; Лиза, измученные ноги которой отказывались удерживать хозяйку в вертикальном положении, повалилась на ступени беседки; Дима вжал голову в плечи, зажмурившись и сжавшись в комок. Спустя пять мучительных секунд пытки наступила долгожданная тишина. Но не успели подростки оклематься, как мир снова раскололся от шипящего дробного скрежета.

— Что это? — выкрикнула Саша, пытаясь слиться с колонной. — Канонада? — действительно, грохочущие выстрелы и залпы свидетельствовали о том, что сражение на площади приняло серьёзные обороты и кто-то противопоставил сопернику пушки. Но кто? Елизавета в смятении запустила пальцы в волосы: неужели гражданская война?

— Не похоже, — заставил себя прислушаться Мишка.

— Использование порохового оружия запрещено, за исключением самых крайних случаев, — медленно привыкая к грому и осознавая свою ошибку, разгибалась блондинка. — Я сомневаюсь…

Девушка буквально лишилась дара речи. Она в ужасе смотрела в светлые глаза Михаила, в которых отражался разноцветный фонтан огненных искр, каждая из которых взрывалась и расплёскивалась по небу множеством светлячков.