Принц на передержке (СИ) - Сойтту Анна - Страница 15

— Н-но…

— Понял, — тут же отрапортовался спутник и обратился к водителю, предусмотрительно постучав тому в стекло. — Кучер, в самый шикарный магазин вечерней моды!

Водитель скривился в зеркало заднего вида, но возражать не стал — мало ли какие закидоны у этих богатеев?

Вскоре автомобиль затормозил у сияющей всеми неонами вывески крупнейшего бутика Санкт-Петербурга. Леся обмерла, впечатлившись названием, прикинула свои финансы и наотрез отказалась выходить из машины.

— Моя принцесса, — обиженно надул губы Белов. — Как Вы могли так плохо обо мне подумать? Лучшее платье этой ткацкой принадлежит Вам! Я всё оплачиваю!

Подавившись несовременным названием и заодно принижением пафосной марки, Леся судорожно сглотнула. Да здесь лифчик стоит как её годовая зарплата!

— А может, лучше так? — пискнула девушка, оценив костюм и решив для себя, что не так уж он и плох, подумаешь, чуть смялась юбка и торчит жёваным краем из-под пальто?

— Ни в коем случае! — отрезал блондин и, вцепившись в запястья Леси мёртвой хваткой, тут же подхватил девушку на руки и буквально вынес её из машины. — Кучер, жди!

Открыв с ноги дверь в бутик, богатый кутила ввалился в сокровищницу пищащей в истерике моды с испуганной ношей на руках.

— Дамы, — Белый опустил Лесю в центре огромного круглого зала, утыканного манекенами с бредовыми и шокирующими идеями дизайнеров и обратился к застывшим с томно оттопыренными фигурами и заблестевшими на гостя глазами консультантам. На Лесю девушки не обратили никакого внимания. — Упаковать по последней моде!

Выражения напомаженных лиц изменились, наполнившиеся презрением и превосходством взгляды переметнулись на Лесю. Рабочий коллектив тут же показался ей верхом дружелюбия и благожелательности.

— Вы уверены? — одна из девушек всё же преодолела свою брезгливость и соизволила ответить Белову, не забыв при этом нежно похлопать длиннющими ресницами.

— Служанки не указывают вельможам, — отрезал Лесин спутник и подтолкнул девушку вперёд, прямо в объятья мегер с вытянувшимися от потрясения лицами.

Натянув на физиономии благожелательные улыбки, Воронцова даже предположить боялась скольких усилий им это стоило, консультантки, прокоцав тонкими шпильками по мраморному полу, окружили её, словно стая гарпий.

Все, как одна, модельной внешности, в чёрных латексных платьях-футлярах, не оставляющих простора воображению. На фоне этих богинь моды Леся смотрелась последней замарашкой.

Белов вальяжно раскинулся на обитом бархатом и вышитом золотой нитью диване, невозмутимо попивая расторопно поданный ему кофе и не обращая на окружающий мир ровно никакого внимания.

— Рост, вес, объём талии, бёдер? — засыпали вопросами латексные змеи, придирчиво разглядывая Лесю и её невзрачную одежду.

Услышав все необходимые параметры, мегеры скрылись из виду, последняя задержалась лишь для того, чтобы ощутимо схватить Лесю за локоть и буксиром оттащить к инкрустированным позолотой и шёлком примерочным.

Платья посыпались одно за одним, от обилия форм и оттенков у Леси быстро зарябило в глазах. Решившись посмотреть на ценник одного из них, девушка чуть не схватила инфаркт, прикинув, что за эти деньги можно спокойно прикупить деревеньку в какой-нибудь области, если не посёлок городского типа!

Отдышавшись и стараясь больше не смотреть на этикетки, Леся мерила предложенные фуриями наряды, стараясь не обращать внимания на поджатые недовольно губы девушек.

— У неё грудь слишком пышная для этой модели, давай ту зелёную.

— Бёдра широковаты, платье не рассчитано.

— Рост маловат, смотри как подол волочится.

— Макияж слишком яркий для такой белой кожи.

— Волосы слишком жёсткие, локоны долго не продержатся, плети косы.

Девушки отрывались как могли, видимо, мстя Лесе за столь богатого, рельефного и характерного спутника, но своё дело знали. Спустя всего полтора часа, в зеркало на Лесю смотрела совершенно посторонняя ей девушка, на фоне которой породистые кобры казались ужами из соседнего болота.

Тёмно-синее платье в пол переливалось блёстками в ярком свете софитов. Тонкие бретельки плавно расширялись и перетекали в лиф, выгодно подчеркнувший немалый размер Лесиной гордости. Обтянув гладкую, хоть и пухлую талию, ткань второй кожей скользила по бёдрам, переходя в юбку, раскинувшуюся у ног, словно хвост русалки. Сапфировое колье легло на грудь, нижним краем стремясь к ложбинке, чуть видимой из в меру глубокого выреза. Длинные серьги с менее крупными камнями щекотали оголённые плечи. Огненно-рыжие волосы заплели в косу, уложив на голове наподобие короны. Неброский макияж делал лицо светлее и ярче. Серые глаза словно стали больше, обрели хрустальный оттенок и изумлённо сияли на лице.

— К-кто это? — ошеломлённо прошептала Леся, прикоснувшись к отражению и осознав, что оно повторяет её действия.

Что-то фыркнув, последняя из девушек, та что занималась причёской, указала на выход, однако смерила Лесю гордым профессиональным взглядом довольного своим трудом мастера.

— Моя принцесса, — Белов подорвался со своего лежбища и склонился в поклоне перед Лесей. — Ты восхитительна и затмишь своим сиянием ночные звёзды в горах!

Смущённо потупившись, Леся позволила спутнику подхватить её ладошку и увлечь за собой обратно к автомобилю.

— Кучер, в ресторан! — распорядился блондин и машина сорвалась с места, увозя Лесю и её спутника к следующему пункту назначения.

Глава двенадцатая. Паруса любви

"Это точно я?" — Лесе очень хотелось посмотреться в зеркальце. Белов сидел напротив, с обожанием заглядывая ей в глаза. Девушка покраснела, поправила ремень безопасности, попавший как раз в ложбинку между грудей, и крепче прижала к себе пакет со своими вещами, с боем отвоеванный в магазине. Его хотели сразу то ли выбросить, то ли сжечь… Но Леся решила, что не стоит приносить в жертву богам моды ещё годные вещи.

Укутанный снежным покрывалом город нёсся за окном. Машина покачивалась, будто настоящая карета в фильмах, не хватало только цокота лошадиных копыт.

"Куда я еду? — подумалось Лесе. — С незнакомым мужчиной, в сказочной машине. Это точно со мной? Или это просто галлюцинации от какого-то просроченного кефира?"

Сидящая напротив галлюцинация произнесла с придыханием:

— Моё сердце трепещет для Вас, моя единственная!

Леся украдкой себя ущипнула. Было больно. Значит, не спит.

Осталось только покраснеть и снова уставиться в окно.

Сверкающий огнями Невский проспект сменила Дворцовая площадь, и тут же осталась позади.

— Прибыли!

Мерные покачивания прекратились, бодрое урчание двигателя затихло и дверь открылась.

Обряжённый в камзол водитель распахнул дверцу и наклонил голову в треуголке. Белов вышел первым, подал руку. Леся робко протянула свою в ответ и, чувствуя себя Золушкой на первом в жизни балу, опёрлась на руку спутника, шагнула и замерла.

Они стояли рядом со сверкающей позолотой Петропавловской крепостью на набережной перед парусником. Шоколадного цвета плавные линии древесины, золотистый лев застыл в прыжке на самом носу, из иллюминаторов и окон льётся тёплый свет, словно само солнце спряталось там на ночь. На реях гордо колышутся багряные паруса. И кажется, вот-вот заснуют по судну матросы, прикажут отдать швартовы и, разрезая могучей грудью лёд, Летучий Голландец бросится в самое сердце Невы.

Насладиться видом не удалось. Белов двинулся с места, Лесе пришлось идти вместе с ним.

Узкая юбка платья мешала делать широкие шаги, чтобы поспевать за спутником, и Лесе приходилось семенить рядом с ним, чуть подпрыгивая. Покраснев, она решила, что вряд ли выглядит достойно при таком мужчине, но восхищённые взгляды немногих прохожих убеждали в обратном.

Зимний ветер погладил голые плечи. Каблучки изящных новых туфель цокали по брусчатке, чуть проскальзывая на кусочках льда.

Леся была слишком занята тем, чтобы не упасть, чтобы ветер не задрал полог платья, и ей некогда было смотреть, куда они идут. И только когда под ногами появились деревянные ступеньки, она подняла голову. Впереди были сходни, ведущие в распахнутые двери корабля.