Принц на передержке (СИ) - Сойтту Анна - Страница 14

— Я огнём дышать не буду, у меня после этого одышка! — отбрыкнулся Белый.

В присутствии кота-принца они стали чуть смелей, чем рядом с эльфом-принцем. Всё-таки трудно было трепетать перед рыжим комом шерсти.

Принц примерился на следующую книгу, на которой мужчина с голым торсом глядел в спину мечтательной девушке. Укусил, замер, усваивая суть:

— Ещё они любят орать на двухметровых гигантов в коронах.

Принц с Белым поглядели на Чёрного.

— А что я? — занервничал огромный брюнет. — Только один раз, по пьяному делу! Я покаялся! Теперь я никогда не буду надевать знаки королевского величия! Даже ненастоящие!

— А ещё они любят… — принц укусил следующую книгу, тут же отскочил и принялся отплёвываться. Глянул на обложку. На ней обряжённый в кожаные шортики и маску мужик сидел на четвереньках перед затянутой в латекс красавицей с хлыстиком.

— Что там? — полюбопытствовал Белый.

— Вам лучше не знать, — пробурчал принц, — Всякую гадость любят эти женщины!

Вейран нервно поглядел на остальные книги, знать их содержание не хотелось совершенно, но нужно было разобраться.

Выбрав обложку с хрупкой блондинкой, за спиной которой переливались радугой прозрачные крылышки, принц опасливо воткнул зубы в книгу. Отдышался и пошёл к следующей, с очередным неодетым торсом.

На полке было двадцать книг, и все их он перекусал.

Но этого было мало. Вейран поглядел на колдовскую доску, перед которой сидела Леся. Спрыгнул на стол и укусил её. Ничего. Она была холодна и мертва. Но выходящий из неё червяк пульсировал жизнью. Вейран укусил провод и отскочил. У него задымились кончики ушей.

Телохранители рванули на помощь принцу, и чуть не снесли стол. Чёрный замахнулся на доску, Белый ухватил провод и потянул порвать.

— Стойте! Не сметь! — остановил их принц. — Просто там слишком много знаний. Я слишком много поглотил. Опяуууть.

Принц мяукнул пару раз, и собрался с мыслями.

— Девушки любят романтику и страсть. Ты будешь делать романтику!

Кошачья лапа легла на лоб склонившегося Белого, передавая все полученные знания.

— Ты — животную страсть!

И содержимое других книг и фильмов полилось в голову Чёрного.

Вейран снова качнулся. Ему было плохо.

— Действуйте осторожно. Не пугайте её. И вытирайте ей память, если ничего не получится. Вы ведь умеете?

Оба здоровенных эльфа покраснели. У Чёрного никогда не получалось полностью стереть память голему, и он втихомолку бил каменного истукана дубиной, чтобы вытряхнуть все мысли. А Белый заранее поливал голема Водами Забытия, и только потом накладывал забвение. С другой стороны, девушку тоже можно колотить и поливать!

— Будет сделано! — хором и бодро отозвались телохранители.

— И чтобы без всяких ядов и дубин! — уточнил Вейран.

— Будет исполнено, — протянули телохранители уже не так бодро.

— Ты начнёшь первым, — указал на Белого принц. — А ты прячься где-то поблизости.

И обессилевший Вейран упал набок.

— Положите его высочество на кровать, — распорядился Альт, всё это время невозмутимо наблюдавший от дверей. — И можете быть свободны.

Телохранители повиновались и ушли.

Когда Леся с картонной коробкой в руках вошла в квартиру, в ней снова было пусто и тихо. Посреди надкусанных книг, обмотанный покусанным проводом, лежал Дарик и беззаветно дрых.

— Что ты натворил, горе ты моё! — всплеснула руками девушка.

Кот чуть пошевелился и мяукнул в ответ.

Глава одиннадцатая. Карета счастья

Телефон зазвонил в восемь тридцать, когда Леся как раз собиралась немного побездельничать с книгой. Генеральный? С чего бы это?

— Воронцова, вы не могли бы сейчас подъехать в офис? Нужна ваша помощь.

Голос шефа странно дрожал.

— Но я… — растерялась девушка.

— Машину я уже выслал, спасибо! — и генеральный отключился.

Что могло случиться с крупной дизайнерской фирмой, чтобы понадобилась лично она и лично для главного?

Леся едва успела причесаться и одеться, когда запиликал домофон. Вскоре она уже ехала в директорском чёрном внедорожнике и ничего не понимала.

— Что-то случилось? — робко спросила она в спину водителя.

— Не велено, — коротко отозвался он и замолчал.

Дальнейший путь они проехали в тишине.

Леся выбралась из машины возле призывно горящих окон родной конторы и удивлённо остановилась. У дверей офиса стояла самый настоящая карета. Белоснежная, с серебристыми и золотыми накладками, плавными изгибами крыши и дверей. Только вместо лошадей торчал автомобильный перед, а вместо запяток — его же зад. Современное чудо звало за собой в сказку, словно фея надумала сделать карету не из тыквы, а из иномарки последней модели.

Неужели и такое бывает?

Леся осторожно обошла четырёхколёсное чудо, почувствовав как от восторга сжимается сердце, и шмыгнула в офис.

— Здравствуйте, — поздоровалась она с попавшейся на пути сотрудницей.

Та что-то промямлила и шмыгнула боком, моментально скрывшись за ближайшей дверью. Шедшая навстречу стайка дам дружно развернулась и зацокала каблуками, переходя на лёгкий бег. Через десяток секунд Леся осталась в холле одна. Что происходит?

Нет, одна женщина осталась.

— Тётя Клава! — кинулась к ней девушка. — Что случилось?

— Ох, девонька, что ты натворила? — качнула женщина головой.

Леся лихорадочно начала вспоминать, но кроме несданного в срок отчёта, нападок зама и перехода в неположенном месте ничего не вспоминалось.

— Тут приехал такой! — шёпотом поделилась женщина, руками пытаясь изобразить фигуру много выше себя ростом. — Важный! Страшный! Показал корочки — с тарелку размером! Генеральный от него в туалете хотел спрятаться! А он тебя ищет!

— Меня?

Лесе очень захотелось последовать неудавшемуся действию шефа спрятаться, но не успела. В холл выскочил сутуло съёжившийся и за счёт этого казавшийся меньше Николай Семёнович, и радостно закричал:

— Воронцова! Вот ты где! Пойдём!

И потащил её за руку, словно куклу.

Не успела Леся и пискнуть, как распахнулась красная дверь, и генеральный, ловко склонившись до земли, сказал:

— Вот она! Доставил!

И почему-то добавил:

— Житие мое…

Сидевший в кресле мужчина легко поднялся, и Леся чуть не зажмурилась.

Он был ослепителен. Беловолосый гигант был одет в сияющий начищенными пуговицами мундир, который вполне мог быть снят с Киркорова. Форму словно вываляли в ёлочных игрушках и обшили костюмом Баскова. Выточки, бахрома, какие-то военные висюлечки, ряды блестящих и огромных орденов на груди и боках, и щетинящиеся зубьями эполеты на плечах.

— Моя возлюбленная! — мужчина сделал шаг вперёд и упал перед Лесей на колено. — Наконец-то звёзды свели нас вместе! За вечер с тобой я отдам все сокровища мира!

— Я не пойду с вами! — испугалась Леся, отступая от психа.

Генеральный за его спиной сделал глаза кота из Шрека и на пальцах пообещал ей отдать свой кабинет, фикус и кофеварку, если она согласится в интересах дела.

— Ну хорошо, — сдалась девушка, пятой точкой чувствуя очередную подставу от жизни, но противиться не посмела — мистер Мундир смотрел таким трепетным взглядом, а тут ещё шеф….

Не успела она опомнится, как оказалась на мягком безразмерном сиденье, а волшебная машина сорвалась с места и понеслась по вечернему Питеру.

Ухая и сверкая мигалками, автокарета мчала по улицам, заставляя бросаться врассыпную менее маневренные и более обыденные образцы автопрома.

— Моя леди, — с придыханием обратился к Лесе незнакомец. — Надеюсь, Вы довольны поездкой?

— Д-да, — протянула девушка, скосив подозрительный взгляд на спутника. — Но хотелось бы узнать Ваше имя и куда мы едем?

— Белый, — склонил голову умопомрачительный блондин и тут же поправился, чуть хрюкнув: — Белов. Мы едем в лучший ресторан, столик уже заказан.

Вытаращив на Белова глаза, Леся перевела взгляд на свой серый брючный костюм, порядком затасканный и надетый в спешке.