Вечная зима (СИ) - Бархатов Андрей - Страница 44

— В чем дело? — спросил Хэвард, схватившись за меч.

— Госпожа Амелия велела доставить вас во дворец. Бросьте свое оружие и встаньте на колени.

— На колени? — усмехнулся Хэвард. — Ещё бы я вставал на колени перед вами.

Воины оттесняли его стене. Хэвард обнажил меч и, отразив выпады копейщиков, бросился в атаку. Он успел свалить наземь нескольких воинов, прежде чем был схвачен. Брыкающегося пленника заковали в цепи и позорно потащили во дворец. Хэварда внесли в тронный зал и бросили рядом с остальными. Он узнал своих людей. Изувеченный побоями Эберт лежал рядом.

— Итак, мой дорогой муж, — Амелия сошла с трона. — какие же тайны ты укрывал от меня все это время?

— На то были причины, моя госпожа, — ответил Хэвард.

— Какие же?

— Я не могу тебе сказать.

— Ты отказываешь своей госпоже?

— Да.

— Тогда мне придется обратиться к твои страхам, Хэвард. Ты хочешь этого?

— Нет, моя госпожа, — Хэвард перевел взгляд на Эберта, ожидая его вступления. Он считал, что Эберт расскажет все сам, но он молчал.

— Я дам тебе немного времени на раздумья, — сказала Амелия. — Считаю до трех.

Хэвард глядел на Эберта молящими глазами, безмолвно упрашивая сына взять слово, но тот не собирался говорить.

— Раз.

Хэвард кивнул в сторону сына. Тот не ответил. Хэвард вспомнил, как взял с него клятву молчать о раскопках. «Даже под угрозой смерти ты не должен раскрывать нашего секрета», — подумал Хэвард, в точности повторив свои слова, сказанные сыну годами ранее. И даже если бы он сейчас сознался, то Хэвард простил бы ему это.

— Два.

Слезы выступили на отцовских глазах. Эберт, казалось, и не думал о другом, более благоприятном исходе. «Я клянусь погибнуть за нашу тайну», — сказал тогда Эберт и порезал ножом свою ладонь в знак преданности своей клятве. Вспомнив эти слова, Хэвард уверился в том, что его сын ничего не расскажет. Он склонил голову в ожидании самого худшего.

— Три.

— Мы занимались раскопками, — заявил Эберт. — Мы искали силу, которая поможет вам подчинить себе все известные земли.

— И что же это за сила? — обратилась Амелия к Эберту.

— Мы точно не знаем, — отвечал он, пытаясь подобрать верные слова. — Древние источники говорили о силе мудрецов, заключенной в недрах крепости. Хэвард собрал нас и предложил поработать на благо великой властительницы и всего народа. Мы приняли приглашение.

— Откуда вы взяли древние источники? — спросила Амелия, искоса поглядывая на Хэварда.

— Разве вы не слышали о легендарном споре пяти мудрецов?

— Хэвард приказал вам отыскать силу, основываясь лишь на легенде? — усмехнувшись, спросила Амелия.

— Хэвард хотел сделать вам подарок, моя госпожа, — продолжал Эберт. — Он хотел даровать вам великую власть!

— Это все ложь! — воскликнул Хэвард. Он был пристыжен тем, что родной сын пытается защитить его. — Не верь этому юному лжецу!

— Тогда что же есть правда? — спросила она у него.

— Я хотел обрести добытую силу и захватить с её помощью твой трон, — признался Хэвард, после чего яростно завопил и ударил руками по мраморному полу. Поверхность треснула.

— Он хочет защитить нас, госпожа, — говорил Эберт. — Не слушайте его россказней!

— Замолчи, Эберт! — кричал Хэвард. — Не смей лгать ни мне, ни госпоже. Я понесу заслуженное наказание. Ведите меня на казнь! Скорее же, пока мой разум подавлен спесью!

— Предлагаю найти правого старой доброй традицией, — хлопнула в ладоши Амелия. — Поединок!

Белые доспехи освободили Хэварда и его сына от оков и бросили им мечи. Хэвард отказался брать оружие.

— Значит ты признаешь свою неправоту? — спросила Амелия. — В таком случае я объявляю вас…

— Нет! — оборвал Хэвард и взялся за меч. Эберт встал напротив него и поклонился. Хэвард не атаковал, избрав позицию защиты. Он едва заметно кивнул Эберту, и тот напал на отца. Сражение растянулось во времени. Ленивые удары Эберта один за другим отражались Хэвардом. Стражники неприкрыто зевали и били себя по щекам, дабы совсем не уснуть на месте. Молодые воины и вовсе усомнились в рассказах наставников об умениях и подвигах Хэварда. Опытные воины, имеющие честь сражаться с Хэвардом, плевались, глядя на столь вялый бой. Амелия догадывалась о том, что её муж очень дорожил своим оппонентом. Она лишь не могла понять всей ценности этого юноши. Она рассчитывала на то, что Хэвард сдастся и расскажет ей все без утайки. Хэвард уклонился от очередного удара Эберта и толкнул его в сторону, хотя мог нанести смертельный удар. Возмущенные воины бранили Хэварда, на что тот не обращал никакого внимания. Хэвард отразил следующий удар и занес меч над головой сына. Эберт сделал вид, что блокирует удар. В последний момент он убрал меч, и его голова лишилась плеч. Хэвард в ужасе отбросил окровавленный меч и кинулся к телу. Амелия объявила Хэварда держателем правды и приказала увести всех пленников в темницу. Хэвард оказал сопротивление. Тут-то молодые воины познали всю его силу. Шестеро мужей едва сдерживали неистового Хэварда, пока один из них не догадался ударить его по затылку.

Старик Хэвард пришел в себя. Эгиль по-прежнему стоял перед его глазами, ожидая услышать его желание. Хэвард взял в руку карандаш и нацарапал на листе следующее: «Не убивать Сандру».

— Что это значит? — спросил Эгиль. Хэвард опустил голову. Стражник велел Эгилю уходить, пока ещё есть возможность. Эгиль ушел. Через некоторое время произошла смена караула. Хэвард придавался сну, пока резкий дверной скрип не пробудил его. Сандра швырнула всхлипывающую Ингу под грязные ноги старика.

— Говори! — приказала властительница. Инга пыталась что-то сказать, но слова её терялись в плаксивых звуках. Она вновь сделала усилия, но разрыдалась, свернувшись калачиком под ногами Хэварда. Сандра приказала страже увести её.

— Эгиль все-таки говорил с тобой, — молвила властительница. — Ты просил его не убивать меня. Благородно с твоей стороны.

Хэвард кивнул и, взглянув на суровое лицо Сандры, слегка улыбнулся.

— Я отправила своих воинов обыскать его покои и нашла любопытные записи, — говорила Сандра, — сделанные твоим почерком. И они зашифрованы.

Она показала Хэварду записи. Старик усмехнулся.

— Один из твоих бывших приближенных смог прочитать лишь часть текста, — продолжала Сандра. — В ней говорилось о каких-то наблюдениях за зверенышем. Что за звереныш?

Хэвард написал на листе: «Ты ещё не готова». Сандра выбила карандаш из его руки и, скомкав лист, швырнула в старика.

— Я разыщу всех твоих сторонников. Допрошу их и буду казнить их здесь. На твоих глазах.

Хэвард кивнул. Он вспомнил свое первое заключение. Тогда Амелия распорядилась убрать тело Эберта, а самого Хэварда бросить в темницу. Уже вскоре Амелия посетила его. Она склонилась над мужем и убрала сальные волосы с его лица. В её глазах сияла горечь. Амелия и подумать не могла, что ей когда-нибудь придется объявить мужа изменником и заключить его в таком темном месте.

— Скажи мне правду, — нежно промолвила она. — Что ты от меня скрываешь?

— Всего и не перечислить, — ответил он, не переводя на неё своих глаз.

— У тебя достаточно времени раскрыть мне все свои тайны. Иначе мне придется воплотить в жизнь твой самый большой страх.

— Казнь? — спросил Хэвард. — Я готов, можешь отдать приказ.

— Я подозревала, что Эберт был тебе не безразличен, — сказала Амелия. — Кем он тебе приходился?

— Он был моим близким другом.

— Лжешь, — обрезала Амелия. — Во время одного из сражений за мое сердце, ты без капли сожаления убил своего тогдашнего друга.

— Моди не был моим другом.

— А Эберт был твоим сыном? — спросила Амелия. Хэвард не ответил.

— Ты знаешь, что у меня не хватит духу казнить тебя, — уходя, сказала Амелия. — Пользуйся моей жалостью, пока дозволено.

Она ушла. Вскоре заключенного навестила старушка Лидия. Нервно посмеиваясь, она уселась на стул рядом с Хэвардом и погладила его по голове.