Око Дракона (СИ) - Филимонова Любовь - Страница 21

— А ты зато казался всем таким крутым Казановой, что ученики из младших классов старались копировать твою походку, твои жесты.

— Ни фига себе!

Валентин почувствовал, что также задел Эдика за живое. «Ага! Один-один!».

— Да, все девчонки в колледже были без ума от тебя.

Вот только Валентин не сказал, что это именно он старался копировать походку Эда, а вовсе не младшеклассники.

— А помнишь, как мы с тобой в детстве отправились по нашей реке на лодке в кругосветку? Как нас искали родители?

Кажется, это было сейчас самым разумным для них, — пуститься в путешествие по реке воспоминаний — в детство, когда не было между ними недоговоренного, не нужно было отгадывать мысли другого. Они, перебивали друг друга, словно в детстве, снова соперничали за лидерство в их компании.

И все же Валентин не мог отделаться от мысли, что Эдик неспроста встретил его сейчас, — старого друга детства привела к нему какая-то задняя мысль. Откуда он мог знать, что Валентин живет именно в этом доме?… Ах, да, он же у нас — специальный и очень секретный агент. И Эдик, возможно, угадав этот вопрос, вертевшийся на языке у Валентина, заметил:

— Здесь, в вашем городе ты, оказывается, довольно известная личность. Да, о тебе пишут в газетах не так много, но тебя все знают, — надеюсь, это как-то греет сердце путешественника во внутренний мир? — подколол его Эдик. Да, знают…

— …Работники невидимого фронта, — тут же парировал и Валентин, отквитавшись.

Эд посерьезнел.

— Да, если б не работа, мы бы с тобой посидели подольше. Было здорово повидать тебя. К тому же, не хотел, чтобы ты думал обо мне плохо…

— Так ты здесь в основном ради работы?

— Не только. — Эдик помолчал, затем тихо добавил

— Я даже не думал, не предполагал, что эта женщина…

— Довольно сумасбродная, как говорят, без царя в голове, которую порой трудно понять, которая меняет решения по три раза на дню… — резко возразил Валентин, его этот разговор почему-то стал уже раздражать.

“И с чего бы это Эд решил делиться со мной подробностями своей личной жизни?” — подумал он про себя.

— Я в курсе, — радостно захохотал Эдик, — ты представляешь, именно это в ней мне больше всего и нравится. Послушай, если б не то милое создание, которое я видел у тебя на балконе, я бы подумал, что имею сейчас дело с ревнивым поклонником Иванки.

— Я ее друг, коллега, товарищ, которому, естественно, не все равно, что с ней происходит, — Валентина уже тяготил весь этот разговор.

Эд пытливо посмотрел ему в лицо. Помолчал немного, отводя глаза.

— Вот только не знаю, как ей теперь сказать, что я вовсе не Артур Иванов…

— Я советовал бы тебе полагаться на случай. Верное дело.

— Знаешь, а я на самом деле рад, что этот, так называемый случай, свел меня с тобой.

Валентин посмотрел в расплывшееся в искренней улыбке лицо Эда и впервые с момента их встречи, тоже ответил ему такой же безоблачной, как в детстве, улыбкой… После этого они тепло обнялись.

Эдик взял с него слово, что тот пока не будет пока рассказывать Иванке об этой их встрече.

…Валентин слегка опоздал на встречу с Иванкой. Она возмущенно взглянула на него, решительно схватила под руку, и они направились к антикварной лавке.

Они уже подходили к старому особняку в романском стиле, где на первом этаже размещалась антикварная лавка, когда увидели возле ее дверей знакомую милицейскую машину.

Ивана что-то пробормотала, Валентин не расслышал, переспросил.

— Опять эта чертова милиция… Вечно они опережают нас на пару шагов, — раздраженно заметила Иванка, не без основания предчувствуя, что они пропустили что-то интересное. — Да еще ты вечно опаздываешь. Если б ты был женщиной, — я бы поняла: макияж, колготки, и все такое…

— Чья бы корова мычала, — проворчал Валентин, — кое-кто из нас, бывает, вообще пропадает на сутки-двое, никого не ставя в известность. Так можно и конец света проспать.

Стоявший на крыльце милиционер их в лавку не пустил.

Из-за его плеча Валентин разглядел в помещении Михаила, помахал ему рукой, стараясь привлечь его внимание.

Михаил тоже их заметил, и уже минут через пять, переговорив о чем-то с товарищем, вышел к ним на крыльцо.

— Ну, ребята, у меня такое впечатление, что мы с вами уже давно работаем вместе. А как еще объяснить то, что вы снова появляетесь там, где только что была попытка ограбления? — Он пытливо взглянул на вновь прибывших.

— Да мы здесь совершенно случайно, шли мимо…

— Грузите кому-то другому. Мимо они проходили. Говорите, зачем вы тут?

— Хотели встретиться с Лорой, женой антиквара.

— И, если не секрет, дело касается…?

Валентин и Иванка мимолетно взглянули друг на друга и дружно проигнорировали этот “наводящий” вопрос.

— Дело касается…? — с нажимом повторил Михаил, то ли спрашивая, то ли уже допрашивая.

Валентин молча созерцал вершину ближайшего дерева, Иванка, наоборот, уставилась в землю. По всему было видно, что их тоже голыми руками не возьмешь. Но все-таки надо было как-то удовлетворить любопытство Михаила, чтобы самим потом можно было задавать вопросы.

— Дело в том, что наш знакомый художник когда-то нарисовал картину. После чего она попала к Ивану Мехлису. Так вот, мы как раз разыскиваем художника, автора той картины. Хотелось бы узнать, где он сейчас, — пояснил Валентин.

— Нам и самим хотелось бы найти хозяев лавки, чтобы задать им кое-какие вопросы. Сегодня утром позвонили прохожие, — дверь лавки была взломана, судя по всему, ограбление.

— А что говорит Лора, подруга хозяина?

— Ее мы тоже не можем найти.

— А что в лавке пропало?

— Да на первый взгляд — ничего. В том-то и штука. Визуально — все вещи на своих местах. Витрины не разбиты, картины — на стенах. Выходит, опять хулиганство или неудачная попытка ограбления.

Валентин и Иванка молча переглянулись.

— Но это только на первый взгляд, — продолжал Михаил, заметив этот мимолетный взгляд. — Да, на первый. А на второй… Это уже второе за последние сутки, казалось бы, “бессмысленное” вторжение в чужое помещение. Первое — было пару дней назад на известной вам улице в известном вам доме. Тоже на первый взгляд такое же бессмысленное… когда вроде ничего не украли. Странное совпадение, вы не находите? — глаза его были вполне серьезны.

И в то время, когда Иванка всем своим видом старалась изобразить святую невинность, Валентин решил взять на себя ответственность и рассказать все Михаилу начистоту.

— Знаешь, у нас… то есть, у Иванки все же обнаружилась пропажа… После той попытки проникновения в квартиру, мы обнаружили, что пропала картина.

— Так? — оживился Михаил.

— Пропала картина кисти Николая Мая “Око Дракона”. Мы это обнаружили это только вчера… то есть, вернее, уже сегодня.

— Подождите, — Миша сделал им знак не уходить.

Попросив коллег опечатать дверь, вызвать слесаря и поставить временный замок в дверь магазина, Михаил отправился продолжать разговор с друзьями в более тихое место.

Они расположились в маленьком полупустом уличном кафе, заказали кофе.

— Итак, вы обнаружили, что у Иванки пропала картина. Но почему обнаружили только сегодня? — начал Михаил.

— Три дня назад я получила ее в подарок и еще не успела повесить на стену, — перебила Валентина Иванка. — А потом, уходя, Гуруджи зачем-то засунул ее за шкаф. Ему показалось, что там она будет в большей сохранности. А я поначалу, не найдя ее решив, что ее украл взломщик.

— А я, впрочем, ничему не удивляюсь, зная ваш бесшабашный характер и хаотически сложный образ жизни.

— Творческий, — резонно возразила Иванка то ли про характер, то ли про образ жизни.

— Ладно, проехали, — сказал Михаил. — Значит, и Валдису есть что рассказать об этой картине? Кстати, а к нему она как попала? Он купил ее у Ивана Мехлиса?

— Почти… Точнее, Валдис “достал” её у Мехлиса, ты же знаешь Валдиса?.

— Да, видел. Еще тот фрукт. А что вы понимается под словом “достал”? Одолжил? Получил в подарок?