По осколкам разбитого мира (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 18

До него осталось совсем немного. Беглец, заплутавший в диком лесу, уже совершенно выбился из сил. Глухой удар, шелест взметнувшихся в воздух листьев — он упал и не смог подняться.

Приподняв подол, Шелана аккуратно переступила через огромную ветку, похожую на иссохшую руку старухи-великанши. Еще несколько шагов — и ее взгляд встретился с взглядом мужчины. Он попятился назад, уткнулся спиной в ствол дерева и застыл. Шелана ощущала его страх — одно из самых восхитительных лакомств на свете. Неторопливо подошла к нему, шелестя платьем. Она видела в глазах жертвы свой тонкий силуэт с развевающимися на ветру волосами.

Мужчина лежал на земле, скованный страхом и лишь отчасти — ее чарами. Заворожено наблюдал, как невероятно длинный ноготь приближается к его горлу. Так же, как мышь смотрит на змею, видя в желтых глазах собственную погибель.

Ждал он того или нет, но Шелана убивать его не стала. Пропорола ногтем ткань рубашки, закрутила на пальце наподобие петли и потянула на себя. Мужчина упал, зарывшись лицом в сырую землю. Шелана зачерпнула из висящего на поясе мешочка горсть пепла, швырнула прямо перед собой. В воздухе образовалось теневое облако. Она шагнула вперед, таща за собой тяжелую ношу.

Спустя мгновение она уже ступала на каменный пол своей обители. Темные стены без намека на раздражающий ее свет — Шелана прекрасно ориентировалась в темноте. Ни единого звука, кроме ее гулких шагов и неразборчивого мычания жертвы.

Комната могла показаться странной кому угодно, но только не ей. Голые каменные плиты, в центре узкая ванна, а над ней — ржавый крюк, покрытый бурой кровью. Шелана швырнула жертву на пол. Брезгливо отряхнула руки. Носком туфли перевернула на спину, пристально осмотрела с ног до головы. Процедила:

— Ты ни на что не годен.

Мелькнула соблазнительная мысль — превратить мертвеца в одного из своих слуг, но от нее пришлось отказаться. Еще один сложный сеанс магии Шелана могла просто не пережить. Ей нужна была сила. И немедленно.

— Ха до!

Не прошло и нескольких мгновений, как из-за арки показался упырь. Он торопливо направлялся к хозяйке, подволакивая ногу, которую ей так и не удалось восстановить. Несмотря на хромоту, Хадо был самым здоровым из ее слуг и лучшим ее охранником. Мертвый великан с разумом ребенка, результат генетических экспериментов Эша Вескерли. Супруг рассказывал Шелане, что едва не погиб от рук великана, одного из детей Бездны — лишь случайность его спасла. А затем он оживил того, кто чуть его не убил — чтобы сделать своим слугой.

Шелана кивнула на висящий над ванной крюк и приказала:

— На крюк его.

Хадо послушно заковылял к жертве. Несмотря на болезненный и отталкивающий вид упыря, в нем таилась недюжинная сила. Он взвалил скованную чарами жертву на плечо, тяжело поднялся на специальную подставку рядом с ванной. Насадил еще живое, но лишенное возможности сопротивляться тело на крюк. Под грубым натиском металл пропорол кожу шеи и позвонки.

Мужчина заорал, задергался — предчувствие надвигающейся смерти дало ему сил ослабить чары. Шелана недовольно поморщилась. Она любила страх и покорность жертвы, но не переносила истошные крики. Едва уловимое движение рукой — и жертва затихла.

Упырь слез, оглянулся на госпожу. Та скорее почувствовала, чем увидела — Хадо был невероятно доволен тем, как ловко справился с заданием. Он был одним из ее самых любимых слуг и одним из самых — если можно так сказать — разумных. Говорить не умел, лишь изредка, в порыве радости и возбуждения, что-то бессвязно лепетал, издавая нелепые звуки — как ребенок. По сути, он и был ребенком — вторая его жизнь, уже в новой для него сущности мертвого, началась лишь несколько месяцев назад.

Хадо ждал приказа Шелана, и она его не разочаровала.

— Сдерни с него кожу.

Упырь торопливо кивнул, повернулся к свисающему над ванной трупу. Вынул из пояса кинжал — Шелана всегда обеспечивала своих слуг оружием на случай, если найдутся безумцы, которым вздумается напасть на ее обитель. Кожаные ножны — ее подарок Хадо, которому он радовался как дитя — смотрелись инородно рядом со старыми лохмотьями, едва прикрывающими его полуразложившееся тело.

Хадо коснулся лезвием запястья свисающей с крюка жертвы, сделал круговой надрез. Поддел и сдернул кожу, оголяя плоть. Делал все новые надрезы, тянул лоскуты кожи на себя, пока тело не превратилось в кровоточащий кусок плоти. Кровь стекала в ванную, оглушительно стуча в мертвой тишине замка.

Шелана прикоснулась к плоти, которая лишь несколько минут назад еще была человеком. Помогла крови стечь быстрее, сохраняя драгоценное время. Велела снять обезображенный труп с крюка. Заглянула в ванную, недовольно нахмурилась — крови, вытекшей из мертвеца, было слишком мало.

— Приведи мне из загонов пару собак.

Хадо направился выполнять ее просьбу. Вернулся с двумя животными, перерезал им горло. Шелана, подойдя ближе, иссушила их тела одним прикосновением, наблюдая, как струи крови стекают в ванную. Как только она наполнилась, повелительным жестом отослала упыря прочь.

Хадо снял мертвеца с крюка, вновь взвалил его на плечо и похромал восвояси. Шелана проводила его довольным взглядом. Развязала шнуровку на корсете, позволяя платью послушно скользнуть к ногам; нагая, опустилась в ванную. Теплая еще кровь ласкала кожу.

Шелана закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и покоем.

Глава пятнадцатая

Новый день застал их в Эльсбре — на том самом месте, где они стояли, встречая закат. Джувенел взглянул на Алексию с улыбкой:

— Вы здесь.

Она рассмеялась в ответ. Нахмурилась, сжимая теплую ладошку Абигайл.

— Все-таки… странно это. С чего вдруг Метаморфоза стала обходить нас стороной?

— Может, это коснулось не только нас? — Джувенел пожал плечами. — Мир изменился однажды. Может, меняется и сейчас? Может, когда-нибудь мы вернемся в привычную нам реальность? Где не будет Бездны, Слияния, Метаморфоз…

— И не будет магии, — тихо продолжила Алексия. Тряхнула головой и добавила, уже громче: — И мы не будем каждый день бояться потерять родных и близких.

Некоторое время они молчали, думая каждый о своем.

— Успела выспаться? — мягко спросила Алексия у Абигайл.

Сестренка вдумчиво кивнула.

— И я поела перед тем, как легла спать — чтобы Джувенелу не пришлось тратить свои запасы.

Рунический маг рассмеялся.

— Ничего страшного. Как я и предполагал, ешь ты как птичка. А мне все равно придется отправиться на охоту.

Следуя отпечатанной в памяти отцовской карте и оставленной им подсказкой, Алексия блуждала по Эльсбре в поисках нужного мне дома.

— Джувенел… А что собираешься делать ты?

Он взглянул на нее с легким прищуром.

— Для начала я выведу вас отсюда — города-призраки Бездны — не место для юных девчушек и привлекательных молодых леди. А затем… нужно будет разобраться, какая сила притягивает меня к вам каждый рассвет, с легкостью преодолевая даже магию Скользящих.

— Думаю… — начала Алексия.

— Тсс… — шикнул Джувенел.

От неожиданности она замерла на месте. Абигайл остановилась тоже и теперь озадаченно вглядывалась в каменные останки некогда роскошных домов.

Краем глаза Алексия уловила какое-то движение, но Джувенела предупредить не успела. Мужчина — крупный, коренастый — напал на Скользящего сзади. Алексию резко дернули назад, и спустя несколько мгновений запястья оплели путы — явно магические. Стоило ей сделать неосторожное движение, и в плоть вонзались шипы.

— Абигайл! — закричала она, беспомощно глядя, как к сестренке подходят двое чужаков. — Не троньте ее, твари!

Несмотря на безысходность ситуации, Алексия не собиралась так просто сдаваться и с силой саданула ближайшему нападавшему ногой в живот. Охнув, он согнулся пополам. Его приятель бросился к ней, но был остановлен… незнакомкой. Черные брюки и корсет, белая блузка — слишком откровенная для негостеприимной Бездны. Длинные волосы цвета белого вина и хищный взгляд из-под густых ресниц.