Люди сумрака (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 41

— Кровные узы, — кивнула я. — Значит, ты живешь с ними?

— Да, они в нашем доме. Так и не покинули его.

Я пообещала Аннери, что как-нибудь загляну к ним на огонек, и, попрощавшись, продолжила свою прогулку по Сумрачному городу. Прошла по знакомой с детства улице, дошла до дома, где сейчас, в той реальности, жила молодая семья. Постучалась в дверь, чуть громче, чем следовала — нервничала, гадая, откроют мне или нет. Падальщики ведь не дремлют.

Дверь отворилась. С порога мне улыбался Робер Монгерф. Разумеется, он совсем не изменился со времени нашей последней встречи — одиннадцать лет назад. Все тот же милый старичок семидесяти лет, радующийся дарованному ему судьбой шансу прочитать все книги, что он еще не успел прочитать.

— Кармаль, девочка, как же ты выросла!

— Вы узнали меня. — Смеясь, я крепко его обняла.

— Трудно не узнать такую красавицу! К тому же, не так много прелестных девчушек — и молодых женщин — навещает одинокого старика. Но… не могу не спросить…

— Где я была все эти одиннадцать лет?

Рука Робера, наливающего мне чай, дрогнула, едва не пролив кипяток мимо чашки.

— Уже прошло одиннадцать лет? — тихо спросил он в пустоту. Сел на стул рядом с моим, пододвинул ко мне чай и печенье в хрустальной вазочке. Должно быть, оно принадлежало живым обитателям этого дома. — И ваша подруга… Я давно не видел ее.

Я все ему рассказала. Какое это было облегчение — открыться тому, кто знал меня с самого детства, кто знал всю мою историю с самого начала, и всех участников тех данных событий! Кто знал — что такое жизнь, и что такое смерть — мир живых и Сумрачный город.

Я рассказала о том, что Лили-Белла стала падальщицей, перешагнув черту, образовав пропасть между нами. О том, что она убила отца, чтобы лишить меня возможности однажды вернуться в мир живых, замуровав меня в подвале родного дома. Рассказала и о сделке с баньши, и о клейме, и о том, как два этих фактора отразились на сознании Лори.

К концу моего бесконечного монолога я совсем охрипла и выдохлась. Но чувствовала себя так, словно вскрыла ноющие нарывы и выдавила из раны весь гной. Мне стало лучше — впервые за долгие месяцы.

— Ох, милая. — Робер отечески накрыл мою ладонь своей. — Мне так жаль, что тебе все это довелось пережить.

— Правда в том, что ничего еще не кончилось. Но я не позволю баньши вселяться в мое тело — теперь, когда знаю, на что она способна.

— Если ты пришла за помощью, то боюсь, что выбрала не того сумрачника, — огорченно сказал Робер. — Я — одиночка, и редко выбираюсь за пределы дома. Видишь, даже не знал, что произошло с тобой.

— Я пришла к вам не за помощью в битве с баньши, — с улыбкой заверила я. — А за добрым словом, которого мне так не хватало. Я соскучилась по нашим долгим беседам, по вашим байкам о людях сумрака. Но с тех пор многое изменилось.

— Забегай ко мне. Может, что-то мне и удастся узнать. Живет тут неподалеку старая мисс Ликле — жуткая сплетница! Кто знает, вдруг она слышала что-нибудь о баньши, и знает, как ее остановить?

— Буду очень благодарна.

Я тепло попрощалась с Робером. Перед тем, как шагнуть в свой привычный мир, окинула взглядом Сумрачный город. Столько лет прошло… а он совсем не изменился.

Вот только я уже была совсем другой.

ГЛАВА 8

Персиковые обои. Золотистые шторы. Цветочная люстра.

Перегнувшись через край кровати, я мучительно боролся с тошнотой — следствие выпитого вчера виски или внезапно накатившей волны паники.

Глубокий вздох и медленный выдох.

Возможно, причина моего очередного нахождения здесь была проста: я вчера напился и решил приехать сюда…

Зачем?

Я поднялся с кровати и побрел прочь. Проходя по коридору второго этажа, старался не смотреть вправо. Не хотел видеть лица Алессы, глядящей на меня с многочисленных фотографий.

Разогнав машину до предельной скорости, я мчался в Дейстер, стремясь оказаться как можно дальше от ненавистного дома, который, как в нескончаемом кошмаре, все продолжал преследовать меня.

Сегодняшнее сновидение поражало — глубиной чувств, которых я в нем испытал. В реальной жизни мне никогда не приходилось переживать таких острых эмоций, не приходилось сходить с ума от любви и потери. Все мои отношения развивались по стандартному плану и всегда были довольно быстротечны. Я едва ли мог сказать, что когда-то был влюблен.

Но в этих снах… все казалось таким реальным…

Первым делом я поехал к Лайли. Сегодня на ней был бордовый брючный костюм, придававший ей несвойственную серьезность. Волосы забраны в высокий хвост.

Выглядела Лайли не на шутку обиженной.

— Ты вчера так резко сорвался! — не дав мне и рта раскрыть, расстроено воскликнула она. — Что случилось-то? Что-то было не так?

Я молчал, пытаясь придумать подходящий ответ.

— Прости, я вчера перебрал, — покаялся я. — Подумал об отчете, который на самом деле подготовил уже давным-давно.

Губы Лайли все еще были поджаты, но взгляд немного потеплел. Она открыла дверь, приглашая меня войти, но я покачал головой.

— Прости, дела. Хотел просто заглянуть, чтобы извиниться за вчерашнее. Я и помню-то все смутно. Что я говорил?

Лайли пожала плечами, с задумчивым видом пропуская волосы между пальцев.

— Пробормотал что-то про полночь, хотя на часы, по-моему, даже не смотрел. Схватил пальто и умчался. Мы с ребятами, если честно, ничего не поняли.

— Прости, — в очередной раз извинился я. — Я сегодня еще загляну. — Направился к машине, чувствуя на себе расстроенный взгляд Лайли.

Неудивительно, что мое внезапное исчезновение в самый разгар вечеринки огорчило Лайли. Она так долго ждала шанса, чтобы обратить на себя мое внимание и не могла не заметить то притяжение, которое возникло вчера между нами. Но… момент был упущен.

Приехав домой, я в растерянности слонялся по квартире. И что дальше? Что мне делать теперь?

Мне оставалось только ждать. Я попытался убраться, но в итоге поймал себя на том, что просто передвигает предметы с места на места. Смирившись с бардаком, приготовил бесхитростный обед, но поел без аппетита. Попытался посмотреть новый фильм, но, поглощенный безрадостными мыслями, так и не понял сюжета.

К Лайли я решил не ехать. Послал смс, получив в ответ грустный смайлик. Глядя на него, мучительно пытался придумать ответ. Так и не придумал и погасил экран.

Остаток дня тек так же медленно и тоскливо. Я сидел на диване, щелкая пультом. Когда время начало подбираться к десяти, я пододвинул телефон ближе к себе, чтобы видеть экран.

Я ждал полуночи.

Смириться с ее смертью я не мог. Я был готов на все, чтобы вернуть Алессу.

Я должен был все изменить. И пусть это означало пойти против Выжигателей, рискуя обратить на себя их внимание… выбора не было. Я должен был все исправить.

Мне было почти не важно, как я верну Алессу и что придется для этого сделать. Мне просто нужно было ее вернуть. О том, что это может быть невыполнимо, я даже не думал.

Запрещал себе думать.

Первую книгу по темному искусству, в которой несколько глав было посвящено некромантии, я читал, борясь со стыдом и страхом. Мне постоянно приходилось подавлять изъедающее меня чувство, что я занимаюсь чем-то неправильным, постыдным, грязным.

Я изучил книгу от корки до корки и следующую открыл уже без тени смущения.

Большая часть прочитанного никуда не годилась. Во многих книгах описываемые обряды были смешны и нелепы и годились разве что для забавы детей. Странных, правда, детей. Другие обряды казались уже более серьезными и были предназначены для тех, кто готов был выходить в полнолуние на кладбище за землей, укалывать девственницу, чтобы добыть капли ее крови или вскрывать могилы, чтобы раздобыть волос покойника.