Везунчик (СИ) - Воронков Николай - Страница 86

Кстати, тот танец, что учили вчера, получился довольно неплохо. Конечно, большинство двигались дергано, как марионетки на ниточках, но порядок фигур запомнили и хотя бы не толкались и не мешали другим. А препод, вместо того чтобы точить и шлифовать наши движения, объявил следующий танец. И как сам же объяснил, танцев много, и лучше мы поймём что нам подходит, и уже этот танец будем разучивать до автоматизма. Если успеем.

Препод вызвал одну из девчонок, танцующую лучше всех, и показал новый танец. Что-то вроде местной разновидности вальса. Ну а потом команда.

— Разбились на пары, первая позиция.

Первая — это встать друг перед другом, девушка кладёт руку на плечо партнёра, он ей на талию, а вторыми держатся ладошками. Короче, кто видел вальс, поймёт. Ладошками мы взялись, руку мне на плечо Джели положила, а вот когда я потянулся к её талии, откровенно напряглась. Да что с ней такое творится?! Её что, никто за талию не держал? Или наоборот, излишне резко, грубо, и у неё теперь нехорошие ассоциации? Так мы много не натанцуем. Посомневавшись, просто убрал правую руку назад на пояс (видел такое в старых фильмах про аристократов). Джели, уже готовая дать отпор моим поползновениям, удивлённо поглядела на меня и даже чуть наклонилась, пытаясь увидеть куда делась моя рука. Выпрямилась, в глазах немой вопрос.

Препод, идущий вдоль выстроившихся пар, тоже заметил мой маневр. Подошёл, оглядел и озвучил вопрос Джели.

— И что означает данное положение руки?

Что? Я задумался, пытаясь сформулировать свои ощущения.

— Наверное, деликатность.

— Деликатность? — не понял препод — Поясните.

— Ну… — замялся я — В первый раз прикосновение к женской талии вызывает сильные чувства и у мужчины, и у женщины, и могут возникнуть некоторые мысли, если мужчина поведёт себя излишне… горячо — я снова замялся, пытаясь придумать оправдание — А при таком положении руки женщина сама решает — как встать, насколько близко приблизиться к партнёру.

Препод хмыкнул.

— Другими словами, вы боитесь своей партнёрши и решили переложить на неё ответственность за дальнейшее развитие отношений?

— Скорее, я боюсь напугать свою партнёршу излишней горячностью — поправил я препода.

— Любопытная трактовка — улыбнулся препод — А как же будете танцевать, если касаетесь только пальцами одной руки?

— Почему одной? — не понял я — Вторая рука на плече, и партнёрша будет чувствовать как надо двигаться.

— То есть, вы говорите о деликатности и тут же ставите партнёршу в полную зависимость от себя, потому что она должна следовать за вами.

Я только матюгнулся про себя. Вот всего лишь руку убрал, а уже столько вопросов и чуть ли не обвинений.

— А мы попробуем — набычился я.

— Да я не против — препод продолжал улыбаться — Только последний вопрос — вы сами это придумали или где-то видели, что так танцуют?

— Ну… видел на каких-то танцульках.

— Всё, вопросов больше нет. Так, внимание всем — первая позиция.

Мой последний ответ чем-то очень рассмешил препода, но больше он с вопросами не лез.

Повернулся к Джели — в её глазах оторопь. Ну и ладно, хотя бы не злость и холод, а остальное переживём. Я отвёл правую руку за спину и приподнял левую. Джели послушно положила мне руку на плечо. Я чуть наклонился к ней и голосом многоопытного соблазнителя поинтересовался.

— Потанцуем?

На этот раз реакция была совершенно другой. Вместо того, чтобы сомлеть от внимания, Джели взбодрилась, а в глазах появился хитрый огонёк. Понятно, сейчас постарается меня на чём-нибудь подловить и "приспустить на землю". В принципе, я не против. Для меня всё это только некая игра, цель которой поставила Гергели — расшевелить Джели, вернуть ей интерес к жизни и мужчинам. Если и для неё это будет игра, то от игры получают удовольствие, и может это растопит лёд в душе Джели. Как бы ни повернулось, всё будет к лучшему.

Пару прогонов разбирали основные движения, а потом зазвучала музыка. Странное ощущение от танца. Джели хорошо танцевала, здесь оказалась только из-за меня, и теперь стала моим персональным учителем. Самым интересным оказалось танцевать, касаясь только пальчиками. Не только я чувствовал Джели, но и она чутко реагировала на малейшее движение моего плеча, а иногда сама чуть придерживала или наоборот, чуть более сильным нажатием ладошки заставляя меня поворачиваться или двигаться за ней. И ещё мне сильно помогли мои домашние тренировки на скручивание тела и плавность движений. Во всяком случае, я не наступал на ноги Джели, не путался в своих, и двигались мы плавно, почти как в кино. После пары пробных танцев препод уже не обращал на нас внимание, и мы просто танцевали. Иногда Джели даже закрывала глаза и танцевала, отдавшись музыке. Самое смешное, но даже я, циник и материалист, получал удовольствие от этих плавных движений. Нет, никаких низменных мыслей или желаний, ничего не шевелилось и не волновалось. Может… не знаю. Новая компания, новые впечатления, никакой ругани или скандалов. Почти как на дискотеку сходил, потусовался. Наверное, радости бы добавил бокал хорошего вина, но здесь обходились без подогрева. Все молодые, у всех глаза горят, а вечером вполне может быть и приятное продолжение. Так почему же не радоваться жизни?

Вечером выходили толпой, но быстро разбивались на парочки, и лишь мы с Джели сразу расходились каждый в свою сторону. Что-то между нами начало появляться, но для обоих это было только работой. Да, пообщались, потанцевали, а дальше каждый в свою сторону.

Остальные три дня до бала прошли примерно так же, разве что танцы теперь больше напоминали хороводы, в которых надо было двигаться то прямо, то боком, взявшись за руки. Но хотя бы вопросов с прикосновениями и талией больше не возникало.

В день Х с утра сходил к Гергели, и она выдала мне шёлковый мешок, в котором на плечиках висел мой наряд на этот вечер. Я даже смотреть его не стал, чем вызвал разочарованный взгляд магини.

А ближе к обеду отправился в местную баню. В принципе, цена для обычного горожанина была доступная, но не для меня, да и привык я уже умываться на улице. Это только звучит страшно, но любой фанат здорового образа жизни или реальный армеец подтвердит, что умыться, облиться прохладной водой на улице только в кайф. Привычка нужна и закалка, и у меня, они, похоже, появились.

Но баня всё-таки нужна. Прогреться, размякнуть, грязь и старую кожу с себя согнать. А мне сегодня нужно быть ещё и красивым, потому что не куда-то иду, а на местный новогодний бал, а там все будут разряжены как… как на праздник.

Не знаю, какими были римские или турецкие бани на самом деле, но если верить тому что я читал или слышал, то здесь было нечто похожее. Большое одноэтажное здание, внутри сплошь гранит и мрамор. И для красоты, и чтобы мыть проще было. Раздевалка вполне обычная — ряды скамеек с высокими спинками, на которые можно было вешать одежду. В конце зала несколько отдельных "кабинетов", в центре которых стояли небольшие столы. Здесь можно было расположиться с комфортом, так как ты занимал не одно место, а весь кабинет. Мне бы хватило и одного места, но сегодня со мной дорогая одежда, и я собирался не только помыться, но и спокойно пообедать, и может, даже постричься. Парикмахеров здесь было много, но они скорее остригут тебя наголо за медяшку, чем сделают что-то приличное. А мне ведь на бал к аристократам идти. Это в роли уборщика я мог ходить как угодно и в чём угодно (кроме откровенного рванья), а здесь придётся соответствовать.

Моечная тоже понятная — большой зал с мраморными скамейками, на которых сидели, лежали люди, жаждущие чистоты. В дальнем конце зала даже небольшой бассейн. Судя по довольным лицам нескольких человек, расслабленно лежавших в воде, и вода здесь горячая.

Парилка сначала удивила — зал поменьше раза в два, но все те же скамейки. Пар был, но в виде слабенького тумана. Никто не хлестался яростно веником, не постанывал от наслаждения. Всё чинно и благородно, сиди и потей. Можешь лежать и потеть. Минут десять я тоже сидел, не понимая местных, но, наконец, жар дошёл и до моих внутренностей. Постепенно так, неторопливо, но после этого я весь зачесался. Провёл ногтями по телу и сразу стали сползать куски грязи. Не то чтобы я был откровенный грязнуля (мылся каждый день), но верхние слои кожи всё равно отмирают, и особенно это видно вот в такие моменты. Минут через десять мазохистского почёсывания, я плюнул на собственную жадность и отправился нанимать индивидуального банщика. После этого от меня ничего не зависело. Меня крутили, вертели, выворачивали руки, ноги, мылили, тёрли мочалками, щётками, пемзой, обливали холодной и горячей водой. Было даже приятно лежать расслабившись, пока тебя моют и трут, но только до того момента, когда банщик, массируя меня, решил пройтись локтём по моей спине. Вот тут я и покрутился и поохал, но когда после этого меня окатили горячей водой, расслабон был полнейший. Заодно мне и пятки почистили, и ногти подстригли.