Два мужа для ведьмы (СИ) - Сладкая Любовь - Страница 14

Потом мне необходимо было самой пойти за какими-то травами, чтобы собрать их и, сложив в пучок, подвесить на освободившееся место. И когда вода вскипела, вытащив варево, вместо него я погрузила в печь материализовавшиеся от моих заклинаний два горшочка — с молоком и кашей.

— Хух, — устало свалившись на лавку, я взялась выполнять последнее на сегодня задание — изготовление амулета, за которым должен был кто-то прийти. Точно следуя инструкции из ведьмовской книги, я взяла в руки несколько ивовых прутиков, насадила на них синие и зеленые бусины, и, скручивая все вместе, соорудила подобие птичьего гнездышка. Потом взялась сплетать в шнур яркие нити. В самом конце объединила все вместе — и вышло так даже ничего.

Когда, после произнесенного мною заклятия, каша и молоко вылетели из огня и, покружившись под потолком, грохнулись на стол — в дверь кто-то тихонько постучался.

— О нет… — простонала я, не желая никого видеть вот именно сейчас, когда хотела отдохнуть, покушать сама и накормить своих "зверей". Вот только стук не прекращался и становился все более настойчивым.

Встав из-за стола, я распрямила на себе платье, а волосы скрутила в тугой узел.

— Эй, Варвара, открывай, — интонации этого голоса были мне как бы уже знакомы, и я с интересом открыла дверь.

За ней стоял мужчина, облаченный во все черное, с покрытой головой. Лица я еще не видела, но уже смутно догадывалась, кто скрывался под низко опущенным капюшоном.

— Это вы?.. — подняв лицо и сверкнув глазами, барон Экберт был удивлен не менее, чем я. — А как?.. А где же хозяйка?

— Теперь я здесь хозяйка, — отчего-то мне вдруг стало смешно и, не сумев совладать с эмоциями, я громко расхохоталась, запрокинув назад голову. — Представьте себе, уважаемый барон, что я — ведьма. Ваша невеста — ведьма, вот так приключение, да?

— Хм… — мужчина, по всей видимости, был сильно озадачен. Он все еще стоял у порога, удивленно хлопая своими длинными и пушистыми ресницами.

— А впрочем… — я еле-еле успокоилась, — вы-то здесь зачем? По какому делу пришли в избушку к ведьме? Не за этим ли пойлом, и амулетом тоже?

— Ну как же, именно за всем этим, — наконец-то пришел в себя и барон Экберт. — Вот только не догадывался, что приготовит мне все это моя… будущая жена.

— Так значит, вы не передумали на мне жениться? — открывая дверь пошире, чтобы пропустить гостя вовнутрь, спросила я.

— А отчего бы это я передумывал? — уверенно стуча сапогами по дощатому полу, из глубины комнаты ответил мне барон. — Я же уже когда-то говорил, что решения принимаю быстро и почти никогда не отступаю.

— Почти никогда?..

— И в этом случае тоже. Хотя… как же это меня угораздило-то? Ведь когда я вас проверял, мадемуазель Милена, в ту ночь, тогда еще не было никаких признаков, по которым я мог бы определить, что вы…

— Что я что? — дерзко вскинув подбородок вверх, спросила я.

— Ну, что вы занимаетесь всем этим. Но это не проблема.

— Так получилось, — услышав последнюю фразу, я как будто сникла, понимая, что веду себя, словно взбалмошная девчонка. — Что я попала в ненужное мне место в самое неподходящее для этого время, и вот — вынуждена была перенять дар.

— Итак, где же в таком случае мой отвар? Где оберег? — словно не произошло ничего из ряда вон выходящего, будничным голосом спросил "клиент".

— Так вот же, — подойдя к столу, я прочитала нужную мне запись, по-быстрому шепотом произнесла заклятие и материализовала небольшой стеклянный пузырек. Отлив в него нужное количество темно-бурой жидкости, взяла из лавки амулет и протянула все это барону Экберту.

— Неплохо, — ухмыльнулся он, все время следящий за моими действиями со стороны. — И давно вы тут хозяйничаете, моя невеста?

— Это мой первый опыт, — призналась я, заливаясь краской до ушей, но внутри все-таки удивляясь тому — как же ловко у меня все это получилось, очень даже неплохо для первого раза.

— Признаюсь, я не мечтал о жене-колдунье, но раз уж так вышло…

— Я, знаете ли, тоже не хотела, — вздохнула я, упрямо глядя в эти темно-сливовые глаза и ощущая, как их взгляд просто-таки притягивает меня к себе, возбуждая в теле необычный трепет.

— Просто… понимаете, Милена, — все так же держа в руках пузырек и яркую веревочку, на которой свободно болталось "птичье гнездышко", вздохнул барон Экберт, — я тоже… как бы не совсем свободен в этом отношении, — признался он. — И мне иногда приходиться принимать участие в собраниях и делать кое-какие ритуалы…

— То есть? — спросила я, закрывая книгу, так как у меня вдруг возникло ощущения, что уже пора покинуть этот дом и возвращаться туда, где мне и положено было бы быть.

— Я — потомственный маг, — поглаживая рукой кота, который внезапно прыгнул ему под ноги, сказал мужчина. — Но мое предназначение и задачи несколько иные, я состою в Высшем магическом совете и принимаю решения столь важные, что даже не буду сейчас об этом. Я просто решил жениться — взять себе в жены обычную девушку, чтобы она родила мне наследника, занималась бы хозяйством, радовала бы меня… я поэтому-то и временил, чтобы иметь возможность… Только вот…

— Что, от судьбы не убежишь? — спросила я, наливая в две миски молоко и кашу и ставя их под стол — корм для кота и мыши.

— Наверное, так, — вздохнул мужчина. — Вы куда-то спешите?

— Я чувствую, что мне пора возвращаться, — сказала я. — Поэтому, барон, прощайте.

— И каким же способом вы возвращаетесь в родительский дом? — любопытно уставившись на меня, спросил мужчина.

— Каким и пришла сюда — сквозь вон тот лаз в полу, — показала я на дощатую крышку.

— Не нужно никуда лазать, — резко возразил мне барон Экберт. — Я покажу вам путь и короче, и намного приятней этого ползанья по мраку и сырости подземелья. Берите, что вам нужно, и пойдем.

А потом он сделал что-то странное — бросившись ко мне, обнял, крепко прижав к себе.

— Ах, ну что вы, — воскликнула я, заливаясь румянцем стыда, так как ощутила горячую ладонь чуть ниже спины, которой мужчина бесстыдно исследовал мое тело.

— А что? — ухмыльнулся барон Экберт. — Ведь мы как бы уже помолвлены, и что из того, если я хочу обнять свою невесту, тем более, что мы тут как бы наедине.

А потом его рука уверенно поползла еще ниже. Вот пальцы ухватились за край моей юбки, потянули ее вверх, оголив ноги.

— Не надо… — взмолилась я, стыдясь того, что могло произойти — мужчина мог увидеть мои панталоны, а это было запрещено до брака — я ведь читала в "Домострое".

— А что если мы не будем дожидаться свадьбы, — услышала я жаркий шепот мужчины прямо у своего уха, а его наглые пальцы сдирали с меня трусы.

"Амулет" — пронеслось у меня в голове. И я тут же ухватилась дрожащими пальцами за ставший почти горячим круг, сразу же мысленно об этом пожалев, потому что объятия и все, что делал со мной этот мужчина, было мне приятным. Я уже как бы и сомневалась — позволить ему обнимать меня, или необходимо прекратить все это. Задачу помог решить ведьмовской амулет.

Барон Экберт сразу же отскочил от меня, как будто его поразило молнией.

— Почему?.. — просипел он из отдаленного угла, потирая "ужаленную" руку, которой пытался достать до сокровенного.

— Не знаю… — стараясь не выдать своих истинных чувств, ответила я, дрожа всем телом и не понимая, что же со мной творится. На негнущихся ногах я подошла к ведру и, согнувшись пополам, жадно припала губами к поверхности воды, начала пить.

— Хорошо, так тому и быть. Все будет — но уже после свадьбы, — мужчина подошел к двери и рывком толкнул ее наружу. — Мадемуазель Милена, я жду вас, поторопитесь.

От настолько официального тона я вздрогнула, словно от той холодной воды, в которую погрузила свои пылающие губы. "Иди, не бойся, он ничего тебе не сделает плохого", — донеслось до меня из глубин моего сознания.

На улице тускло светила луна, тем не менее, освещая своими бледно-голубыми лучами серые камни гор и редкие кустики растений, цепляющихся по склонам. На изумрудном коврике травы мирно пасся седой конь, возле него стоял барон Экберт де Суарже.