Ужасная саба и ее хозяин (СИ) - Чаусова Елена - Страница 24

Словом, Тэвиш считал совершенно несправедливым, что такие хорошие люди, как его бывшая хозяйка и нынешний хозяин, которых все вокруг так любят, не могут найти того, кто полюбил бы их настолько, чтобы разделить с ними жизнь. Завести детей, сберечь все то хорошее, что они оставляют после себя в наследство. Переживал по этому поводу — и боялся загадывать, чтобы у мистера Дейна с кем-то сложилось. А оно вот так вдруг начало складываться, да еще как.

Хотя, если вдуматься, с самого начала можно было предположить, что мистер Дейн себе нашел подходящую сабу — посчитал Тэвиш. И вовсе не потому, что им ярко-зеленый ответ дали. Было видно, почему он ярко-зеленый. Просто-таки сразу, как только мисс Рейдон появилась. Ее было трудно не заметить в любой толпе, с этими ярко-розовыми волосами, да еще с манерой одеваться, когда она сняла с себя ужасные уличные лохмотья. Наверняка многим не нравилось: слишком экстравагантно. Однако при всем этом у мисс Рейдон были манеры и привычки настоящей леди, и глуп тот, кто не заметит этого за вызывающей внешностью. Тэвиш никогда скудоумием не страдал и увидел с первой минуты. Кроме того, он не страдал и снобизмом: старая графиня, будучи графиней молодой, тоже позволяла себе эпатажные по тем временам вещи, и ее дворецкий находил это глубоко правильным. Это слугам, таким, как он, нужно соблюдать формальности от и до, а тот, кто является носителем благородства по рождению, принимает его не по форме, но по сути. И может нарушать нормы, поскольку хорошо их знает. Мисс Рейдон была именно такой.

И мистер Дейн — тоже. Внутреннее благородство порой может появляться у человека, семья которого не насчитывает многие поколения аристократов в роду. И это естественно не может все благородство скапливаться лишь у маленькой кучки людей, иначе этот мир был бы слишком плох. И Тэвиш был уверен, что оное благородство заключено не в осанке и походке, манере говорить и так далее, а в сердце. У мистера Дейна было благородное сердце, и у мисс Рейдон — ничуть не меньше, она была очень славной, душевно щедрой девочкой. И поэтому Тэвиш верил, что их отношения — надолго и всерьез.

И кажущаяся разность вкусов и привычек, внешности, на деле выражала по сути одно: желание проявлять собственную личность, готовность это делать, без смущения перед другими. Благо, проявить было что. И личность, и темперамент. Сколь бы сдержанным и солидным мистер Дейн снаружи не выглядел, Тэвиш его хорош знал. И понимал, что в душе он тот еще авантюрист. Иначе не создал бы "Дейн Дефеншен" и не привел к такому успеху.

Так что и не удивительно, что мисс Рейдон с кровати встать не может после того, как они отношения налаживали. Лишь бы эту самую кровать не сломали рано или поздно, все же хорошая антикварная вещь. Жалко. С другой стороны, ради счастья хороших людей и кроватью можно пожертвовать.

Глава 6

Добравшись до голобокса в одиночку, Лейтис вовсе не кинулась скачивать новинки кино и игр, для чего, видимо, ей и подарили такую навороченную и сложную модель, а пошла открывать свою почту, надеясь, что за два года ничего с сайтом не произошло, ящик не хакнули и не переустановили все таким образом, что ей не вернуть своих старых контактов без старого же медальона. Почта была, но побиться за нее, доказывая, что Лейтис — это именно она, пришлось изрядно.

И первым же делом она написала подруге Гвинивере. Гвин была чудесной, она не бросила Лейтис, и когда та шлялась по улицам, поддерживала ее, как могла. Еще и пыталась уговорить жить у нее, но, зная своего отца, Лейтис не согласилась. Тот ждал, пока она перебесится и вернется домой, точнее сказать, униженно приползет на коленях, и чтобы она поселилась у кого-то еще, отца бы не устроило, он бы вытряс из Гвин и ее родителей душу, требуя беспутную дочь назад. И устроил бы им кучу неприятностей, уж за это она бы головой поручилась: она своего отца знала, чтобы это предсказать.

А потом Гвин вышла замуж и уехала в Иберию, но очень просила хоть иногда кидать ей сообщения, что с Лейтис все в порядке, и пополняла ей счет на медальоне. Медальон у нее увели три месяца назад и, честно говоря, нужно было бы найти Гвин сразу, как появился новый медальон, но Лейтис никогда не отличалась идеальной памятью на цифры и телефонные номера, потому не могла этого сделать. Но зато теперь она смогла написать письмо.

"Привет, Гвин.

Я жива, здорова, в порядке и даже не дома. Прости, что пропала, у меня украли медальон и не получалось тебе написать сообщение, зато сейчас могу сразу повиниться и поделится новостями не слишком кратко.

Вообрази себе, я теперь хозяйская саба, уже четыре дня как. И у меня есть свой собственный голобокс, так что сможем общаться сколько душе угодно.

Мой хозяин Эйдан очень хороший, можешь за меня не волноваться.

История наша вышла, как в романе, хотя тебе не понравится, конечно. В общем, меня в очередной раз замели в участок, а там такой сержант сволочной, ты не переставляешь даже. Хотел меня отправить к магу-палачу. Сразу. Блин, я там чуть не померла с перепугу, если у меня еще и магию отнять, что от меня останется? И тут Эйдан (он там вообще по другому делу был, но оказалось, что он доминант) услышал, что мне грозит, и говорит: погодите, я хочу попробовать взять ее на поруки. Пожалел, короче. Ну, я с моим поиском партнеров знаю, что даже желтый мало шансов увидеть, а что делать — надеюсь. И тут значит приезжает оракул и… блин, как я не завизжала тогда — сама не понимаю. Зеленый. Ярко-зеленый. По-моему, Эйдан тоже был несколько шокирован, но взять меня на поруки и немедленно надеть на меня ошейник это ему не помешало.

Живет он в небольшом гвитирианском особнячке с дворецким, впрочем, тут есть приходящая прислуга, иначе Тэвиш не справился бы. Наверное, следует написать — мы живем. Я пока не привыкну к этому "мы" — слишком мало времени прошло, да и связь с Эйданом пока слабенькая совсем, я не ощущаю, что мы — "мы", ну так, опять же, времени прошло немного.

Несмотря на то, что он меня подобрал с улицы, хуже того, взял на поруки из участка, относится он ко мне как к настоящей леди. Ну, во всяком случае, лучше многих из тех, кто знал меня до побега из дома. И к тому же искренне. Эйдан очень заботливый, и не считает меня ужасной. Поставил мне понятные и разумные ограничения, в основном насчет безопасности и чтобы не шлялась куда ни попадя, хотя не могу сказать, что выполнять их так уж просто: я слишком привыкла гулять сама по себе. А еще он меня балует и Тэвиш тоже. Тэвиш учит меня готовить, это очень мило.

И ты, конечно, спросишь, каков Эйдан в постели, и я скажу — ну просто мечта любой сабы. Как он умеет командовать, я… гм, не знаю, как передать это хоть сколько-то приличными словами, вот, кажется, нашла: он умеет заставить себя хотеть с пары властных и уверенных слов. Ну, наверное, если ты не саба, так не понять, да? Я вот слышала грубое выражение: ему я готова дать даже на еже, так вот, для меня он такой.

При этом я боюсь, что из-за моих особенностей связь все равно не установится, но не хочу заранее страдать о том, что будет год спустя. Пока что нам слишком отлично вдвоем и, возможно, хотя бы это нам поможет? То, что нам хорошо.

Безумно хочу узнать, как дела у тебя, хотя и написала сразу о себе, но это чтобы ты не волновалась, как я. Потому что я в самом большом порядке за все последнее время, а может, и за всю жизнь. И буду рада услышать, что и у тебя все точно так же. И у мужа тоже. И у родителей. Пиши все-все во всех подробностях.

Твоя Лейтис".

От Нового города, делового района, утыканного офисными небоскребами, до Тай-стрейд, где расположились все самые модные и дорогие магазины Луденвика, было не так уж далеко: на флайере — едва ли десять минут. Эйдан оставил машину на общественной парковке в самом начале улицы, и дальше они отправились пешком, среди огней вечернего города. Это само по себе было романтично, а уж когда он обнимал за талию Лейтис, довольно и заинтересованно вертящую головой по сторонам, чувствуя тепло ее тела рядом, так и тем более. Они собирались первым делом пойти за туфельками и платьем, но взгляд Эйдана почти сразу зацепился за вывеску небольшого парфюмерного бутика.