Плохие привычки - Горбов Анатолий Анатолиевич - Страница 58

Видимо, Мысль была действительно стоящей, думать ее дежурный охранник собирался долго. Озадаченное выражение лица ничуть не изменилось, несмотря на то что стул под ним сломался, и Арнольдик вместе с деревянными ошметками казенного имущества рухнул на пол. Пол ощутимо содрогнулся под весом низвергнутого газелоида.

— Вот, видишь — один стул из-за тебя уже расстроился, — сказал я на прощание и пошел к выходу, где курили еще двое молодцов в форме охранников «Сфинкса», но заметно более скромного формата. Они не выглядели хамами и по крайней мере умели улыбаться.

Эти ребята и впрямь оказались доброжелательнее и для начала выразили мне общее удовольствие по поводу бесившего всех Арнольдика. Разговора нашего они, стоя за стеклянными дверьми, не слышали, но вид поверженного Халка и сломанный стул очень их порадовали, поэтому на мой вопрос они ответили охотно.

Точнее, ответил охранник, стоящий слева, который частенько бывал напарником Дениса Калмыкова. Оказалось, что мой одноклассник должен дежурить сегодня с 20.00 на пульте, куда стекается вся информация с охраняемых объектов. Пультовая находилась на Западном, и ее адрес они мне любезно сообщили.

Я поблагодарил их и пожал руки, прощаясь, когда парень справа от меня затянулся и выдохнул дым, но вместо привычного сигаретного запаха я почувствовал мерзейший, заметно усиленный давешний запашок. Издержки синестезии на этот раз были кстати — ведь они выступили фактически в роли хорошей кодировки от курения, ассоциируя одну из основных характеристик вредной привычки — стойкий табачный запах — с таким нежелательным ароматом, что меня даже передернуло… Хотя именно мочевину с 50-х годов прошлого века добавляют в сигареты для защелачивания и более быстрого всасывания никотина, что увеличивает зависимость курильщика от продукции табачных компаний.

Ехать к Калмыкову было еще рановато, и я порулил домой — перекусить. Не выдержав, позвонил Слону. Тот информацией об окончании диверсии не владел, хотя подполковник обещал перезвонить «как только, так сразу». Я ненавижу ждать, поэтому без лишних уговоров сделал значительный крюк и специально проехался мимо «Кармины».

«Чероки» стоял на месте — похоже, обед Свина плавно перетекал в ужин. Это меня успокоило, и я злорадно пропел: «Ешь ананасы, стейки рубай, день твой последний пришел, так и знай!» — и с чистой совестью поехал домой по бутерброды.

Денис был приятно удивлен встречей, мы тепло пообщались, прежде чем я выдал официальную версию своего визита. Впутывать неплохого парня в мутную историю не хотелось, поэтому я сообщил Калмыкову, что приехал по деловому вопросу — узнать, как функционирует разработанная нами программа.

Наплел ему, что мы специально проводим анкетирование выборочных пользователей на предмет ценности и удобности нового программного продукта. Чтобы впоследствии «учесть и отразить, исправить и улучшить».

Завладев компьютером и стуча по клавишам в ритме дятла, откушавшего экстази, я слушал его ответы невнимательно. Но головой кивал, даже уточняющие вопросы придумывал. И вообще, создавал видимость, что все это действительно очень важно.

Программа не пускала меня дальше рядового пользователя, да и то только с помощью магнитной карточки Дениса. Все мои ухищрения не приводили ни к чему. Не помогла моя карточка, с которой я тестировал в «Колосов и А» эту программу перед отправкой к заказчику. Замена файла, хранящего ключи доступа, на старый, «тестировочный» вариант ключей, который имелся в дистрибутиве на жестком диске, вообще подвесила прогу. Пришлось файл вернуть и комп перезагрузить.

Я уже был готов плюнуть на свою затею, когда, погладив приятным ознобом по затылку, пришла Эврика. Вспомнилось, как меня когда-то лишили премии за то, что, пользуясь нашей древней фирменной разработкой, я по окончании проекта не устранил существенную брешь этой разработки. Дело в том, что она давала абсолютные права администратора безо всякого ключа — достаточно было нажать на пробел.

Объяснялось это просто — ленью и удобством. А также тем, что права администратора для программиста и отладчика необходимы как воздух, и без них нормальная работа невозможна. Вот и разрешили такой доступ, чтобы постоянно не елозить по кардридеру магнитными ключами.

Так вот, эта же примочка использовалась и здесь. А то, что не я был ответственным за ее интеграцию, ничего еще не значило. Люди любят совершать однотипные ошибки, забывать про одни и те же вещи…

Прикусив от волнения язык, я зашел в нужный раздел меню и нажал пробел…

ГЛАВА 46

Непонятные результаты

Свершилось чудо! Друг спас жизнь друга! Кажись, в этот раз про пробел забыл Мишка. Но не это важно. Важно то, что я успешно вошел в систему. И вошел не как обычный юзер, а как Главный Администратор!

Информация по Свину была впечатляющей — правда, пока только по объему. В данный момент время на ее чтение отсутствовало напрочь. Теперь было бы неплохо перенести ее на флешечку… Но тут меня ждала новая засада: usb-портов компьютер не имел. Как не имел дисковода и прочих очень нужных причиндалов, таких необходимых при копировании данных.

Я задохнулся в возмущении. Денис истолковал мой жест по-своему, похлопал меня по плечу:

— Что, тоже сушняк? Эти душегубы топят, как в феврале. Я за ночь выпиваю кроме чая и кофе двухлитровую бутылку воды!

И тут же, немного смущаясь, добавил:

— Слушай, а ты не посидишь здесь минут 10–15, пока я в магазин сбегаю? А то и тормозок дома забыл, и пить тоже хочется… У нас сейчас «тихий час», обычно в это время ничего не случается. Я с собой рацию возьму на всякий пожарный, а ты тут посидишь?

Я с радостью согласился, запросив за услугу водички и себе — в помещении действительно было жарко, просто в хакерском порыве я не обратил внимания на тропические условия существования бедного Калмыкова.

Когда друг ушел, закрыв меня на ключ снаружи, я начал военные действия, первым делом обследовав системный блок на предмет пломбы. Подобие таковой нашлось — бумажная полоска с печатью «Сфинкса» и чьей-то размашистой подписью с датой трехлетней давности. Полоска эта давно уже ничего не опечатывала и не охраняла от вскрытия, держась на одном честном слове и только за один свой краешек.

Я достал из своей неизменной сумки отвертку и открутил боковую панель системника. Отсутствие usb-портов на корпусе компьютера меня не пугало. Для этих целей у меня была специальная флешка, которую можно было воткнуть прямо в материнскую плату. Всего и делов-то: знать, куда тыкать. А я знал!

Флешка определилась без труда — то есть сисадмин «Сфинкса» даже не потрудился пошевелить пальчиками в реестре, чтобы запретить подключение сторонних дисков. Ух, как я эту лень люблю и понимаю!

Секунда — и вся имеющаяся у «Сфинкса» информация о Свине была в моих закромах. Еще минута — и процессор стоял, как и прежде, с прикрученной боковой панелью и полуоторванной пломбой. А я со скучающим видом щелкал по клавиатуре…

Дома я очень внимательно ознакомился с полученными материалами. Кое-что, безусловно, было для меня полезным. Например, тот же план дома и схемы расположения всех камер наблюдения. Но основные данные, к сожалению, удручали.

«Сфинкс» охранял только периметр участка в 18 соток с трехэтажным домом. От них там постоянно дежурили два охранника, которые находились в специальной сторожке у ворот. Основную же охрану как дома, так и его хозяина несли от 4 до 8 его личных телохранителей.

Как наиболее привлекательные для проникновения назывались две комнаты — кабинет на втором этаже с огнестойким сейфом «VALBERG» пятого класса взломостойкости с электронным кодовым замком и спальня на третьем этаже со встроенным сейфом чуток попроще.