Путешествие Чандры (СИ) - Белоконь Ольга Александровна - Страница 144

– Съешь их! Какие они вкусные, слюнки текут! – тут же зашептал девочке в левое ухо незримый Раху.

– Не ешь, ведь бОльшее благо получит тот, кто терпит! – зашептал в правое ухо Чандра. – Если ты не съешь сладости сейчас, то позже ты получишь и их, и иные блага!

– Пожалуй, я потерплю пока, – решила девочка, не подозревая, какие силы избрали её полем для столкновения. – Держи, Ганеша, кушай! Ну же, почему ты не хочешь сладости?

Кайшика протягивала изображению вкусный сладкий шарик, но изображение слоноголового бога никак не реагировало на это предложение.

– Как он съест шарик, это же статуя, – фыркнул Раху в левое ухо. – Всё это невзаправду, лучше воспользоваться моментом и наесться сладостей сейчас – кто знает, что там ждёт в будущем!

– Ганеша существует взаправду, – возразил Чандра в правое ухо. – И откликается на молитвы преданных, если они настойчивы, а их желания не мимолётны.

– Ну хорошо же, – Кайшика серьёзно посмотрела на статую бога. – Ты упрямый, а я ещё упрямей! Не сойду с этого места и не возьму в рот ничего из еды, пока ты сам, лично, не встанешь передо мной и не съешь из моих рук этот сладкий шарик, Ганеша!

– Ого, какая упорная девочка, – с удовольствием заметил Ганеша демону и дэву, вся троица уже переместилась из дома Кайшики в лавку. – Посмотрим, хватит ли ей выдержки не есть ничего хотя бы до восхода Луны. Мы же пока можем подкрепиться сладостями – слышите, как ворчит мой живот? Он голоден и хочет пищи!

Но Чандра только покачал головой.

– Нет, Ганеша, я не могу есть, когда знаю, что маленькая девочка ничего не ест, – грустно сказал лунный дэв.

– Пожалуй, ты прав, – Ганеша со вздохом положил своё любимое кушанье – модак – обратно на лист, служащий тарелкой. – Как-то нехорошо, когда преданный голодает, а бог набирает живот. Я тоже не буду есть, пока не ест Кайшика.

– Можете отдать вашу еду мне, – Раху, ничуть не стесняясь, набивал рот. – Ура, желания начинают сбываться!

Однако он вскоре грустно посмотрел на сладкий модак в своей руке:

– Но что толку мне от еды? Я ощущаю её вкус, но не могу ощутить сытость – ведь у меня нет тела, только вот эта иллюзия!

– Это легко поправить, – улыбнулся Чандра. – Если ты хочешь чувства сытости от еды – я могу его подарить тебе, несмотря на отсутствие тела!

– Как это? – недоверчиво вопросил демон.

– Все впечатления, которые идут от органов чувств, получает ум, – начал объяснения Чандра. – Иногда ум можно обмануть, создавая впечатления, отличные от реальности, – это означает создать иллюзии впечатлений.

– Как мы обманули Равану, – улыбнулся Ганеша. – Помнишь, он захотел взять себе всего отца, то есть Махадэва, и перенести его жить на Ланку? Чтобы он жил только на Ланке и нигде больше. Конечно, мы не могли этого допустить. Отец принял форму тяжёлого лингама, и поставил Раване условие: где Равана опустит этот лингам, там Махадэв и будет пребывать. Равана очень верил в себя и согласился на такое условие. И он бы донёс этот лингам до Ланки, но я придумал одну хитрость. Наслал на него большую жажду, и понес кувшин воды. Рвана думал, что выпил только кувшин, но на самом деле он выпил большой пруд! Конечно, ему пришлось отойти по нужде, а лингам он попросил подержать меня. Ну, я и не удержал.

– Ох, дэвы, в этом вся ваша суть, – покачал головой Раху. – Сплошной обман. Но как только он случается не в вашу пользу – вы сердитесь, ну прямо как Вишну, который разделил мою голову и моё тело. Я успел всё-таки отпить амриты и не умер. Но с тех пор существование для меня не приносит никакой радости – я могу есть, но не могу насытиться, и всё такое… Чандра, если ты можешь хотя бы на некоторое время доставить мне все эти ощущения тела – я был бы счастлив!

– Попробую, – Чандра закрыл глаза, что-то прошептал, беззвучно двигая губами. В воздухе как будто бы что-то изменилось – как будто бы струна лопнула вдалеке, и раздался отзвук её звона.

– Ооо, я чувствую! – воскликнул Раху. Он рассмотрел свои руки, ноги, пощупал себя, потом съел модак. – Удивительно! Я знаю, что это иллюзия, но чувствуется всё как настоящее! Могу есть и чувствовать сытость! Так еда приносит гораздо больше удовлетворения!

С этими словами Раху начал уплетать за обе щёки и свою еду, и еду Ганеши и Чандры.

– Теперь ты совершенно счастлив, у тебя больше нет желаний? – спросил Ганеша с самым невинным видом.

– Как так нет? – возмутился тут же Раху. – Не вздумай меня надувать, Ганапати! Я хочу жить как дэвы – иметь свою локу, и роскошный дворец, и красивых женщин, которые мне прислуживают, и музыкантов, и…

– Раху, если все эти желания будут удовлетворяться, ты лопнешь, – погрозил пальцем Чандра.

– Если бы эти мои желания удовлетворялись бы, я был бы счастлив, – вздохнул демон.

– Давайте проверим, будет ли счастлив человек, если такие его желания будут удовлетворяться, – усмехнулся Ганеша. – Я выбрал одного преданного, ему сейчас нужно очень мало. Посмотрим, сколько ему нужно, чтобы ничего больше не желать.

Дэв и демон тут же последовали к человеку, на которого указал Ганеша. В очень бедной хижине, с прорехами в стенах и крыше, не было никакой мебели – только подстилки из жёсткой травы куш. Перед грубым глиняным изображением Ганеши, стоя на коленях, молился, сложив руки, бедно одетый мужчина. Вероятно, ему было не так уж много лет, однако горести и тяжёлая работа согнули ему спину и протянули морщины на лице раньше времени.

– О Ганапати! Ганеша, сын матушки Парвати и Господа Шивы! Молю тебя, окажи милость, избавь моего сына от страданий! Его мать умерла, как только родила его, я сам воспитываю мальчика. Он мне как песчинка в глазу – всё время думаю только о нём! Уже несколько дней, как у него сильный жар, никакие средства не помогают, он слабеет с каждой минутой! О Ганапати, ты же сильный и добрый, и мудрый – пожалей моего сына, избавь его от этой болезни!

С этими словами мужчина повалился перед статуей Ганеши и зарыдал.

– Ндаа, этот человек так поглощён одной мыслью, что говорить ему сейчас что-то другое совершенно бесполезно, – недовольно заметил Раху.

Чандра же, незримый для глаз смертных, подошёл к подстилке, на которой метался в бреду маленький мальчик. Дэв озабоченно потрогал его лоб.

– Ганеша, дело плохо, – Ганеша тут же подошёл к больному ребенку и обеспокоенно пошевелил ушами.

– Я полагаю, это не простая болезнь, а проявления энергии зловредного асура, – продолжил Чандра.

– Хм, асура, – протянул Ганапати. – Сейчас узнаем!

Он тоже положил руку на лоб малыша и прикрыл глаза, чтобы лучше сконцентрировать своё духовное зрение. Олень, который всё это время тихо следовал за лунным дэвом, тоже пошевелил ушами в раздумье.

– Всё ясно, – объявил Ганеша, широко открывая глаза. – Этого невинного ребёнка мучает свирепый асур Мукасур! Он любит нападать на самых беззащитных и повергать их в пламя своего жара!

– Я слышал о Мукасуре, – оживился Раху. – Он, говорят, получил от Брахмадэва благословение, что никакое оружие, божественное или нет, не причинит ему вреда.

– Хм, так значит, оружием его укротить нельзя… – задумался Ганапати.

– Собираешься его убить? – усмехнулся Раху.

– Нет, убивать его нельзя – это принесёт вред мирозданию, – начал разъяснять Ганеша. – Мукасур отвечает за внутреннее тепло тела. Если его убить, то все существа станут холоднокровными – то есть их температура будет зависеть от температуры снаружи. А это нехорошо. Я собираюсь просто укротить его, поставить ему границы. Пошли.

Дэвы и Раху тут же перенеслись в пещеру, где обитал Мукасур. Оленя же Чандра оставил помогать малышу – за время путешествия олень впитал в себя немного лунной энергии и сейчас тратил её, ослабляя жар ребёнка.

– Хо-хо, какие гости, – пророкотал Мукасур ехидно. Он был огромного роста, с очень красным лицом, да и вся кожа у него была красного оттенка. – Чего тебе надо, Ганеша?