Жемчужина Шелтора (СИ) - Полынь Кира Евгеневна - Страница 21

Он еще пару раз коснулся меня языком и, оторвавшись, лег рядом, заваливаясь на бок.

— Все еще думаешь, что я не разбираюсь в женщинах? — Спросил он, и у меня вновь дрогнуло все тело, но не от приятной неги, что осталась после необычной вспышки, а от осознания того, что это было доказательством. Он просто подтверждал, что он прав. Только он. Один.

— Ни черта ты не понимаешь, Родерик. — Ответила я в его губы, что оказались слишком близко.

Глава 17

— Упрямая девчонка! — Рыкнул он, не двигаясь с места, продолжая выдыхать горячий воздух мне в лицо.

Неотесанный, невоспитанный, эгоистичный, упрямый чурбан!

Видимо все это читалось на моем лице, потому как ярл большим пальцем медленно разгладил упрямую складку на моем лбу.

— Упрямая. Невоспитанная. Дерзкая. Тебя не учили, что нужно слушаться мужа?

— А тебя не учили, что нельзя насиловать девушек, будь они хоть трижды женой?

Мужчина улыбнулся, сверкнув грозовыми глазами.

Запустил руку в волосы у моего виска и пропустил пряди сквозь пальцы, заставив маньерки тихонько зазвенеть. Несвойственная ласка с каждым разом вызывала все больше вопросов. Мне не удавалось поверить в это, все казалось обманом, продуманным ходом и стоит только замешкаться, как он вцепится мне в шею, вырывая мясо кусками.

— Жемчужина, не иначе. Хочешь жить спокойно, Аорелия? Хочешь, ничего не бояться? — Хорошее предложение, но этот тон… Он него все внутри дрожало, превращая каждое слова в предостерегающий рык, предлагая сдаться сейчас.

— Пока я боюсь только тебя, мой ярл.

Что я несу?! Почему я назвала его своим?!

Что за женская сущность проснулась и жадно громыхнула хвостом, словно гремучая змея, злобно зашипев? Она заворочалась внутри, вспарывая пески не знакомой мне ревности, заставляя пройтись по обжигающим барханам гнева. Неужели это только от того, что он единожды подарил мне удовольствие?

Мужчина улыбнулся. Его борода, которая заметно укоротилась с нашей первой встречи и ставшая больше отросшей щетиной, дернулась, выдавая довольство своего обладателя, открывая взгляду красивые губы, которые были спрятаны в нашу первую встречу.

Мне все еще казалось, что вид у меня как у загнанной овцы, которую сожрут на ужин, перед этим вдоволь помучив. Он слишком близко. И пришибленная от неоднозначной перемены и властной ласки я совершенно перестала дрожать от его близости, чувствуя только тепло от его кожи и силу от нависшего надо мной тела.

— А хочешь не бояться меня?

Вопрос с подвохом.

Он ждал ответа, сощурив миндалевидные глаза, и только его расширенный зрачок выдавал удовлетворение ситуацией. Он хищник. Ему нравилось загонять жертву в угол, питаться ее страхом, отчаяньем. Давать секунды на надежды и забирать их вновь и вновь обрушивая свою кровожадность.

Я совершенно забыла о шраме, который так не выделялся, не бросался в глаза после нескольких минут наедине с ним. Казалось, он находился на своем месте, дополняя образ жестокого ярла. Как последняя черта, та самая изюминка, от которой его образ становился продуманным и полным.

— Не слышу ответа.

— А разве есть ответ, при котором я смогу победить? — Ярл засмеялся.

— Нет. Все верно. Ты сдашься, но достигнуть этого я могу разными способами. Какой выберешь ты?

— А какие варианты?

— Слушайся меня, жемчужина. Принимай подарки, принимай внимание. Повинуйся и твоя жизнь станет сказкой.

— Из которой не выбраться. — Добавила я.

— Или я тебя сломаю. Ты хрупкая, жена моя. — Я дрожала от каждого его слова, но «жена» вызывала настоящий мондраж, пока Торунн, словно любуясь, гладил мои руки, до сих пор привязанные к спинке кровати, слишком надавливая на нежную кожу, показывая, что сделать мне больно не требует от него больших усилий.

Он клеймил ими. Доказывал свое право на владение мной, на право касаться, даже если меня буквально воротило от его присутствия. И как бы я сейчас не повернулась, чтобы ни сказала, я была его. Принадлежала ему.

— Я уничтожу тебя. Я сделаю из тебя твою тень, Аорелия. Ты будешь мечтать умереть, но я не позволю, потому что ты уже моя. Я никому тебя не отдам. Так что ты выбираешь?

Он был все так же близко, не отодвинувшись ни на миллиметр, рисуя пальцами полосы от запястий до локтей, прожигая их острым взглядом.

— Развяжи меня, и я тебе отвечу.

Откуда во мне столько храбрости? Когда я перестала ценить свою жизнь, нарываясь на рожон? Все происходящее было столь нереально, что мне было легче поверить в то, что я лишь увлеклась сюжетом новой книги, представляя себя на месте главной героини слишком ярко, погрузившись с головой в свои фантазии.

Ярл улыбнулся, но все же потянулся к шарфу, высвобождая мои затекшие руки. Как только петли ослабли, он неожиданно сжал мою талию и перевернулся, усаживая меня себе на живот. Платье задралось, и я голой кожей касалась прохладного шелка его рубашки. Румянец опять поспешил украсить мои щеки, и я хотела немного приподняться, но сильные руки ярла не позволили, плавно покачивая мои бедра. Я знала, на что похожа эта игра, и уже через секунду ощутила, как твердая эрекция толкается в копчик.

— Хочешь, что бы я была твоей? — Шепотом спросила я, поддаваясь его рукам, позволяя двигать свое тело в плавном ритме.

— Ты и так моя. — Спокойно ответил он, но венка на его шее подрагивала, выдав, что это только самоконтроль.

— Хочешь, что бы я стала твоей по доброй воле? Так как будто я сама пошла с тобой под венец? Так словно я рада видеть тебя в своей постели? — С каждым моим словом пальцы ярла на моей талии сжимались все крепче, и я понимала, что близка к позорному проигрышу и выпустила немного своей силы. — Хочешь завоевать мое сердце, мой ярл?

Я томно шептала это, вкладывая в голос все возбуждение на которое была способна. Мужчина судорожно глотал слюну и его выпирающий кадык ходил вверх-вниз, а горячие губы приоткрылись в ожидании.

— Хочешь? — Я склонилась над ним и провела открытой ладонью по густой щетине, пропуская ее сквозь кончики ногтей.

— Сердце? Зачем мне твое сердце? — Медленно проговорил он, но хватку не ослабил.

— Ты же говоришь, что знаешь женщин, ярл. Знаешь их тела. А хочешь узнать душу? Я отдам ее тебе, только…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌- Только? — Он вскинул брови.

— Только дай мне время, мой ярл и я сама сдамся. Я сама приду в твою спальню и разделю с тобой ложе по доброй воле. Я покажу тебе свою любовь. Мой дикий. — Сладкие речи лились из меня словно мед. Я и сама удивлялась тому, как красиво и томно складывались слова в чарующие предложения. Я, кажется и сама поверила, в то, что у нас все может получиться, но мужчина оказался не пробиваемым и четко разделял нашу игру на поочередные выпады.

Он перевернул меня, вновь оказываясь сверху, устаиваясь между моих раздвинутых ног.

— Значит, ты выбираешь первый вариант?

— Я ответила на твой вопрос. — Сдалась я, все же проиграв этот бой.

— Тогда прими сейчас мой подарок, который я принес. Порадуйся и поблагодари щедрого супруга. — Мешочек вновь оказался у меня перед лицом, и так близко, что пришлось скосить глаза.

И когда только успел его опять достать?

Он поднялся на руках и сел в моих ногах, утягивая меня за собой. В каждом движение, ни смотря на массивность, читалась грация. Он как большой расслабленный тигр, что позволял мне сейчас видеть в нем котенка, спрятав огромные когти и острые зубы.

— Открой.

Я развязала тонкий серебристый жгут и мне на ладонь выпала блестящая серебряная цепочка с кулоном из жемчуга. Это было не украшение для шеи, а какой-то странной конструкции петля, смотря на которую я растерялась.

— Я помогу. — И не дожидаясь ответа, что было предсказуемо, ярл аккуратно взял подарок у меня с руки и, расправив его, опустил мне на волосы. Тонкие проволочки по бокам оказались шпильками для волос и, заправив их в косу, что вновь изрядно потрепалась, Торунн поправил жемчужину у меня на лбу.