Кукла его высочества - Тень Эвелина - Страница 78

Ох, ну да. Чувства принца можно понять. Так ни одеял не напасешься, ни красивых женщин. Я с ума сойду в этом Итерстане!

— А потом он вызвал меня в кабинет. И заметил, что мы часто встречаемся. Вообще-то лицом к лицу всего два раза, но обе эти ночи были… памятными. Так я в восемнадцать лет получил звание гвардейского капитана. Но встречаться с первым принцем мы перестали. Я больше никогда не получал назначений в его покои и в королевскую часть дворца вообще. — Мужчина с сожалением потряс опустевший штоф из-под карандра. — Так что о его дальнейшей личной жизни ничего не знаю.

— А что, кукла его не устраивала? — спросила я, внезапно припомнив находку в шкафу.

— Кукла? — нахмурился капитан, сфокусировав на мне взгляд покрасневших от усталости и алкоголя глаз. — А, вспомнил. Подруга мне о ней рассказывала. Наш известный маг творения изготовил принцу куклу на шестнадцатилетие.

Мейра, как трогательно! Опять сюрприз к празднику! Может, надо было поинтересоваться во дворце, когда у принца день рождения, а то вдруг меня ему прислали… не по графику?

— Кукла… она кукла и есть, — пожал плечами капитан, — к тому же через год сломалась. У нее магический ресурс ограниченный. Подруга говорила, принц очень расстроился.

Ох, ну понятное дело! Все ломаются, даже куклы. Что за жизнь?! Нет, я точно свихнусь. А вот интересно, а я… я тоже сломаюсь?!

Мейра едва заметно коснулась моего плеча, привлекая внимание, и я поняла, что с допросом следует поспешить: дольше удерживать магический полог и воздействие чревато, останутся следы, да и парень напротив скоро отключится.

— Почему принц такой? — быстро спросила я.

— Точно не знаю, — ответил капитан, поморщившись, и я, словно наяву, увидела, как сила Мейры взломала магическую печать заклинания, запрещающего выдавать какие-либо сведения о королевской семье, которое накладывали, должно быть, на всех, кто был вхож во дворец.

— Расскажи, что слышал, — приказала я, решив не церемониться и надавив магически.

— Наверное, это легенда, — пробормотал изрядно захмелевший от настойки и магии лийр. — Но ходят слухи, что отец нашего нынешнего короля к закату своей жизни осознал, что оставляет сыну в наследство слабое, терзаемое со всех сторон врагами государство, и они вместе отправились к ущелью Чаанэрта, чтобы поклониться могучим авиррам.

— Что? — недоверчиво квакнула я. Ну это они… сильно рисковали, если учесть крутой нрав этих Бессмертных.

— Король воззвал к бездне, и сам Повелитель авирров откликнулся на его зов, — тут капитан сбился с высокого слога, смешно почесал кончик носа и глубокомысленно заметил: — Нетрезвый был, что ли?

Я фыркнула. Ну все возможно.

— Или скучал, а тут развлечение? — Лийр воззрился на меня требовательно.

— А что говорит… мм… дворцовая легенда? — вежливо осведомилась я.

— Что король оказал авирру неоценимую услугу, — ответил капитан с весьма скептическим выражением лица. — А вот какую, не уточняется. Вроде как большая тайна.

— Н-да уж. — Мое лицо тоже отразило недоверие к такой версии. Какую такую услугу мог предложить король «слабого, терзаемого врагами государства» всемогущему Повелителю Бессмертных?! Скорее уж заключили сделку. Но какую?

— В общем, Повелитель заинтересовался и решил поучаствовать в жизни простых человечков. Они же до этого людьми не интересовались, да и после, похоже, не слишком. Повелитель внял мольбам короля о военном могуществе Итерстана и послал в его семью одного из своих приближенных авирров.

— В каком смысле — послал в семью?! — обомлела я.

— В прямом. — Капитан глянул на меня с несколько удивленным (и, несомненно, пьяным) осуждением. — Чего непонятного? У будущего короля родился сын — Родерик Делаэрт, в котором воплотилась душа бессмертного авирра.

— Как… душа авирра?! — сдавленно прошептала я.

— Обыкновенно, — пожал плечами капитан, словно и в самом деле не видел в этом ничего особенного. Ну после штофа карандра вообще мало что удивляет. — Не знаю, почему выбрали именно этого: то ли авирр был молод и любознателен и сам вызвался поучаствовать в первом в истории Разрушителей эксперименте, то ли он чем-то провинился перед Повелителем и был отправлен в Итерстан отбывать наказание. Но вот только в положенный срок у короля и королевы родился законный сын, в человеческой оболочке которого заключен, как в тюремной камере, великий Авирр-Разрушитель. Вот все вокруг него и… плывет, — поискав подходящее, по его мнению, слово, подытожил лийр и добавил сочувствующе: — Он ведь родился как обычный человек, ничего не помнящий из своей прошлой жизни, получил человеческое воспитание, и ему понадобилось время, чтобы понять, кто он и откуда. А вот что ему со всем этим делать, он, наверное, не знает до сих пор. Наполовину человек, наполовину авирр, а, в сущности, ни тот ни другой. Уже жалеет, наверное, что в такую авантюру ввязался, как думаешь? — Мой собеседник посмотрел на меня вопросительно.

— Я… не знаю, — выдавила, тихо офигевая от услышанного. Мейра! Припомнив кое-какую хронологию и рассказ самого принца, я поняла, что военный расцвет Итерстана начался как раз с совершеннолетия Делаэрта, когда он, очевидно, занялся государственными делами, перестав искать себя… в личных отношениях. И да, за последние восемь лет страна территориально выросла почти втрое.

Мейра легонько толкнула меня в бок, и я послушно поднялась из-за стола.

— А! Последний вопрос, — быстро сказала, с усилием удерживая тающие магические искры. — Если Делаэрт — законный первенец королевской четы, к тому же непревзойденный маг, то почему наследник престола не он?

— Это из-за древнего закона Итерстана, — покорно ответил лийр капитан, подчиняясь магическому воздействию. — Триста лет назад страна находилась на грани гибели из-за борьбы за трон. Был принят закон, освященный и закрепленный самими Бессмертными. В нем говорится, что престол передается строго по прямой линии, а значит, способность наследника оставить после себя потомство является обязательным условием и подтверждается магами. — Тут итерстанец моргнул, постепенно выходя из-под моего контроля, и добавил уже совсем по-человечески, а не под магическим гипнозом: — А какие тут могут быть дети, если дамы от поцелуев умирают?

Ох, ну да, ну да. Я кивнула, соглашаясь, и Мейра тут же разорвала защитный полог.

— Мира? — Лихра хозяйка оказалась у самого столика. — Ты не слишком здесь задержалась?

— Ухожу, — понятливо сказала я и посмотрела на капитана. — Э-э… лихра, а как вы поступаете с посетителями, которые… мм… сами уйти отсюда не могут?

— У нас для них есть комнаты, — пояснила хозяйка и тоже задумчиво поглядела на лийра, который, кажется, собирался заснуть прямо за столом. Ну один штоф карандра его бы не свалил, все-таки парень крупный, но вкупе с магией… — Не беспокойся. — Хозяйка перевела на меня взгляд. И был ли то подарок Мейры или ее собственная душевная щедрость, но она мягко заметила: — Тебе тоже достаточно для первого раза. Отдохни, девушки справятся без тебя.

— Благодарю, лихра, — искренне сказала я и с большим удовольствием вернулась в предоставленную мне комнату.

Заперла дверь и постояла возле окна, обхватив себя обеими руками и стараясь осмыслить все, что удалось узнать сегодня. Спасибо Мейре — она помогла мне разговорить капитана и убрать остатки магического воздействия: завтра гвардеец будет помнить, что пил со мной, но не вспомнит ничего из того, что рассказал. А магическая печать, хранящая тайну Итерстана, вернется на место как ни в чем не бывало. Зачем, кстати, им эта печать? Ну заявили бы всему миру, что у них единственный в истории воплощенный авирр, уважения было бы больше… А! Но тогда исчез бы эффект неожиданности и иностранные послы наотрез отказались бы пожимать руку принцу. А так всем известно, что принц — сильный маг, но вот о том, что он еще и авирр… ну я впервые об этом услышала. Авирры вообще-то нелюдимые, я расфыркалась от игры слов, так что, наверное, это их единственный… хм… человеческий опыт.