Жемчужное сердце (СИ) - Дынина Ирина Валерьевна "Никтовенко" - Страница 38

Ади - Басс безропотно позволил Рахмату увлечь себя за собой в безумную прогулку по самым злачным местам города.

Жрец и воин остались одни.

Несколько мгновений они испытывающее смотрели друг на друга. Затем Конан, осушив еще один кубок вина и бросив в рот целую гроздь винограда, спросил:

-Так в чем, собственно дело, старик? Не думаю я, что ты боишься горстки фанатиков, этих, как их там, файнагов? По всему княжеству возвышаются золотые шпили храмов и молятся в них не этой маленькой, никому не известной богине. Сотня кшатриев, во главе с вашим разнаряженным Ади-Бассом справятся с ними куда лучше меня. Я бродяга, наемник, а не борец за справедливость. К тому же - хмыкнул варвар - признаться, я недолюбливаю богов и богинь, особенно злобных и все связанное с магией не кажется мне забавным. Уж, я навидался всякой нечисти. Можешь мне поверить.

-Я знаю об этом - важно проговорил жрец - Именно поэтому ты и находишься здесь, ведешь со мной неспешную беседу и дышишь свежим воздухом княжеского сада, а не смрадом темницы. Ты ничего не сможешь изменить, северянин, это твоя карма.- голос жреца был так же тверд, как и взгляд пронзительно-синих глаз киммерийца, который терпеть не мог рассуждений о судьбе, предназначении и роке.- Звезды говорят, что ты именно тот,кого мы ждали так долго. Тебе не удастся уклониться от своего долга.

- Ты мне наговорил всякой всячины, старик - засмеялся Конан хриплым голосом - Сейчас я стукну тебя по голове и спокойно выйду из дворца. Если кто-то захочет крови, то, клянусь Кромом, первым кому я перережу горло, будешь ты, да и остальные нахлебаются досыта!

Вайомидис нисколько не смутился. Его серые глаза по-прежнему взирали на упрямого северянина с хмурой уверенностью. Жреца по всей видимости ничуть не испугали угрозы варвара, хотя тот меньше всего был похож на шутника.

-Ты не сможешь причинить мне вред. - сказал тот и у Конана брови полезли вверх от удивления - Более того-Вайомидис тонко улыбнулся - Ты, Конан, должен молить богов о том, чтобы со мной ничего не случилось, иначе и ты умрешь страшной, мучительной смертью.

- Все мы когда-нибудь умрем - философски рассудил киммериец - Может быть моя смерть бродит где-то поблизости, но если ты вознамеришься воспрепятствовать моим планам….

- Посмотри на свои царапины, северянин - прервал Конана жрец- Рамасанти знала, что ей никогда не удасться победить тебя в схватке и я тоже знал об этом - жрец печально развел руками в ответ на недоверчивый взгляд чужестранца - Я молился Асуре, чтобы ты не убил ее. Нам нужно было заставить тебя помогать нам. Когти медных браслетов смазаны ядом из желез болотного демона. Здоровый, сильный мужчина умирает от этого яда в течение месяца. Ты же, не смотря на поразительную жизненную силу, переполняющую твое тело, такое сильное и выносливое, протянешь не намного дольше. Конечно, Конан, ты будешь бороться, сопротивляясь изо всех сил, но зеленая гниль сожрет тебя изнутри. Ты ослепнешь, оглохнешь и будешь визжать от боли. Конец твой будет просто ужасен.

- Ты лжешь старик! - Конан вздрогнул, представив, что ждет его в том случае, если все сказанное жрецом правда.

- Варвар, ты сомневаешься в словах служителя Высшим силам? - жрец казался искренне удивленным - Цивилизация испортила тебя. - Лжешь..лжешь..- задумчиво бормотал Конан, полувытащив меч и размышляя о том, не пора ли привести в действие свои угрозы относительно небольшого кровопускания - Не стал бы ты рисковать девчонкой, небось служит тебе не на страх, а на совесть. Глаза у нее блестят по-особенному. Такие не предают. Что ей стоило ненароком оцарапать меня еще там, в темнице?

- Девочка очень честная - тихо проговорил Вайомидис. - Не сомневайся, воин, Ади-Басс поступил бы именно так, как ты и говоришь. Рамасанти.. Она хотела, чтобы все было честно, чтобы и у тебя был шанс.

-Честно? - бешеный блеск синих глаз затавил жреца слегка попятиться – Неизвестный яд в моей крови, а ты говоришь о честности?!

- Ты мог убить ее - просто ответил Вайомидис - Ты почти сделал это.

- Нужно было придавить мерзавку - мрачно произнес Конан-Возможно, я так и сделаю, если эта девка еще раз станет на моем пути. Что же касается тебя, служитель Высших сил - последние слова северянин произнес медленно и с издевкой - То ты служишь не моему богу.Крому нет дела до жалких людских распрей.Он правит далеко отсюда, в Звездных чертогах, среди льда и мрака.Прежде чем издохнуть от проклятой заразы - варвар злобно

блеснул глазами - я вырежу печень у половины жителей вашего вонючего княжества и начну с тебя, низкий обманщик!

- Я предвидел это. - лицо старца переполнилось скорбью, точно он только что похоронил всех своих родственников скопом - Мне очень жаль, Конан,что мы вынуждены были прибегнуть к обману, но, может быть,когда-нибудь ты поймешь меня и простишь мне эту ложь. Следуй за мной, воин, тебе нечего опасаться - видишь, я безоружен,а ты всегда сможешь привести в исполнение свою угрозу и перерезать мне горло.

Как ни странно, но варвару внезапно стало стыдно.

Дайомит выжидающе замер и Конан, возмущенно фыркнув, безбоязненно доверился жрецу.

Тот подошел к скале, поросшей зеленым мхом, и особым образом нажал на выпуклость.

Монолит сдвинулся в сторону, ни издав при этом ни звука, и глазам варвара открылся глубокий подвал и крутые, осклизлые ступени, ведущие вниз. Тусклый масляный светильник слегка развеял мрак подземелья. Вайомидис взял его в руки и принялся неспешно спускаться. Конан, в последний раз окинул взглядом веселый сад и, обнажив меч, готовый к любым неприятностям, двинулся за жрецом, жутко завидуя беззаботному Рахмату, кутившему где-то в городе вместе с заносчивым капитаном дворцовой стражи.

- Надеюсь - мстительно подумал Конан - Рахмат лишит этого напыщенного павлина не только алмазных пуговиц, но и денег, припрятанных для погребального костра.

Унылый коридор подземелья казался бесконечным. Охранники, при взгляде на дайомита, преклоняли колени и почтительно целовали руку старца, не обращая на чужеземца ни малейшего внимания, как будто жрец шел совершенно один.

Как заметил северянин, охрану несли лишь смуглые мужчины, в сине-желтых одеждах Кешанок в коротких юбочках в подземелье северянин не заметил. По всей видимости, подземной частью дворца, равно как и темницами со всем их содержимым ведал именно Ади-Басс, а не Рамасанти.

Во всяком случае, Конан догадывался, кого ему нужно благодарить за выдумку с ядом, и надеялся при случае достойно отплатить благодетелю.

У одной из дверей, окованной железом, Вайомидис остановился и подозвав охранника, повелел тому отпереть замок.

Стражник беспрекословно повиновался, и двери беззвучно распахнулись.

- Смотри, Конан, такая же участь ожидает и тебя! - с грустью в голосе проговорил дайомит - Предупреждаю, это не очень приятное зрелище.

Конан с неприязнью взглянул на немедийца в жреческих одеждах и решительно шагнул в камеру. То, на что он смотрел в следующее мгновение, не было человеком. Когда-то, быть может даже недавно, это был мужчина, верояно здоровый и крепкий, но теперь.. Это был живой обрубок, непонятный и безликий, весь струящийся гнилью, расползающийся на глазах. С головы несчастного клочьями слетала кожа с ошметками волос, голые кости блестели при тусклом свете масляной лампы. Это существо, безнадежно страдающее, еще жило - но, точно почуствовав присутствие посторонних, вдруг забилось в конвульсиях и зашлось в страшном булькающем крике.

- Кром! - прошептал Конан, похолодев от омерзения - Зачем же так измываться над несчастным?

- Это файнаг - равнодушно ответил жрец, но Конан заметил, как побелели и задрожали его тонкие губы - Если бы ты только видел, что они вытворяют со своими жертвами в жутких подземельях черных храмов, ублажая свою кровавую богиню, тогда бы так не говорил. Нет им пощады. По всему княжеству бесследно изчезают люди: дети, молодые женщины, сильные мужчины. Пусть Асура сжалится над ними и страдания несчастных не будут долгими. Поэтому страшно даже представить, через что прийдется пройти нашей юной княжне Гури.