Поцелуй Мрака (СИ) - Спини Кэтти - Страница 13

– Вижу, твоя нога уже не болит? – спросил он. Его тон практически заморозил кровь в ее венах. И в ту же секунду Марисоль почувствовала приступ ноющей боли в лодыжке.

– Страх – хорошее обезболивающее, – ответила она неожиданно смело.

Изумление зажглось в глазах Фоско. Он и филин пристально разглядывали Марисоль, но она больше не боялась. Ей казалось, что у нее просто не осталось на это сил.

Фоско усмехнулся. Марисоль, разумеется, этого не видела за маской, но услышала легкий смешок. Затем он направился к лестнице и начал аккуратно спускаться, чтобы не потревожить птицу. Филин продолжал спокойно восседать на его запястье и лишь иногда совершал легкое движение крыльями, чтобы удержать равновесие.

Марисоль следила за ними взглядом, пока Фоско не скрылся за дверью, ведущей в библиотеку. Протяжно и облегченно выдохнув, она вернулась в комнату. Дождь заливал в открытое окно, и весь пол около него был мокрым. Хромая, Марисоль направилась к окну и захлопнула створки. Потом без сил опустилась на кровать, чувствуя, как стучит в висках кровь.

Объятие хозяина дома взволновало ее. Теперь Марисоль точно знала, что Фоско не призрак, а самый обычный человек из плоти и крови. Руки, обнявшие ее за плечи, отличались силой и дарили совершенно необъяснимое чувство защищенности. Она в ту минуту ни секунды не сомневалась, что находится в надежных руках, которые способны защитить ее от всех гроз и опасностей. А еще она слышала стук его сердца. Он до сих пор звучал в ее ушах. Сердце Фоско билось ритмично и быстро, словно бежало куда-то.

Чтобы немного прийти в себя, Марисоль взяла свой блокнот.

«Только что в комнату влетела сова и напугала меня до смерти. А еще бросила в объятия хозяина замка. Пока я не поняла, куда угодила, мне они казались самым надежном местом в этом мире. Конечно, я полагала, что нахожусь в объятиях Алехандро. И меня поразило, что Фоско обнял меня так же бережно… Неужели злой и жестокий человек способен на такие добрые объятия?

А еще я увидела совершенно новое выражение в его глазах: волнение. Неимоверное волнение! И сердце в его груди колотилось быстро-быстро. Значит, ничто человеческое ему не чуждо, и у него есть сердце?»

****

Уехать на следующий день, как планировал Алехандро, не удалось: дождь, не прекращаясь, лил так, будто в небесной канцелярии прохудилось дно огромного чана с водой. Будь Алехандро один, он, несомненно, отправился бы в путь, несмотря на ливень, но из-за сестры, еще ослабленной болезнью, он вынужден был ждать улучшения погоды. Это его страшно нервировало, хотя он и не показывал вида.

Все эти дни, чтобы хоть как-то отвлечься, Алехандро помогал Анните: то колол дрова, то таскал ведро с надоенным молоком и прочие тяжести, то разжигал печь. Хотя Аннита его не просила об этом, ведь обычно ей помогал во всем Фоско. Но Алехандро все равно нечем было заняться, а хозяин не выходил из своей комнаты. К тому же Алехандро еще с детства обожал крутиться на кухне, только отец гонял его, считая, что там не место отпрыску благородных кровей. А Алехандро всегда тянуло к кулинарному искусству, в детстве он искренне не понимал, почему не может стать поваром. И вот теперь ему выпала возможность пойти на поводу у своего увлечения, и он даже попросил Анниту позволить ему поучаствовать в приготовлении обеда. Она изумленно распахнула глаза, а потом согласилась. Ей нравился этот добрый и решительный парень, она в самом деле наслаждалась его обществом.

Теперь, когда дождь в очередной раз задержал путешественников, Марисоль тоже появилась на кухне. Сидеть в комнате было невыносимо: ей вечно мерещилось, что она не одна. К тому же, после неожиданного объятия хозяин перестал вызывать в ней суеверный ужас. То, как он обнял ее в стремлении защитить и успокоить, напротив, породило внутри Марисоль невольную симпатию и любопытство в его отношении. Она хорошо осознала, что Аннита говорила правду: у Фоско в груди имеется сердце. Марисоль даже захотелось узнать, отчего он такой нелюдимый и угрюмый. Захотелось понять его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Аннита, а есть ли в этом доме книги? – спросила Марисоль, скучая на кухне, пока Алехандро ушел колоть дрова, а Аннита суетилась у плиты.

– Ну, конечно же, сеньорита! – обрадованно воскликнула Аннита. – У сеньора Фоско тут огромная библиотека! Правда, боюсь, все книги на итальянском, – спохватилась Аннита. – Он ведь итальянец. На испанском есть всего десяток книг. Но хорошие, я читала.

– Не страшно. Я способна читать на итальянском, мой отец ведь тоже итальянец. Правда, он больше разговаривает на пьемонтском диалекте, но нам с братом он нанял учителя флорентийского. Потому что именно на нем писалась литература, а отец жаждал, чтобы мы читали первоисточники Данте, Боккаччо и Петрарки, а не переводные тексты, – рассказывала Марисоль. – Ты могла бы принести мне какую-нибудь книгу?

– В библиотеке их так много, сеньорита! Лучше, если вы сами сходите и выберете, что вам по вкусу. Пойдемте, я провожу вас, – позвала Аннита, вытирая руки о полотенце и прикрывая кастрюлю крышкой.

– Не знаю, Аннита, – покачала головой Марисоль, не двигаясь с места. – Сеньор Фоско… Он может рассердиться…

– Не думаю, – скептически возразила Аннита. – Он в эти дни почти не выходит из своей спальни. И потом, нет ничего ужасного в том, что вы войдете в библиотеку, найдете книгу и отправитесь читать в свою комнату. Не бойтесь, сеньорита. Идемте, – подбадривала она.

Немного прихрамывая, Марисоль с опаской последовала за Аннитой. Оказавшись в библиотеке, она открыла рот от изумления. Стеллажи из красного дерева, полностью заставленные книгами, тянулись вдоль всех стен, от пола до потолка. Это просторное, но уютное помещение было настоящим раем для любителя окунуться в вымышленный мир. Марисоль захотелось присесть в мягкое кресло и остаться читать книгу именно здесь! Она медленно двинулась вдоль полок, рассматривая старинные переплеты, забыв обо всем на свете, даже о своей лодыжке, которая не позволяла ей долго стоять. Ей попалось немало известных имен, но все эти книги она уже читала, потому с еще большим интересом обратила свой взор к полке с книгами, на корешках которых красовались совершенно незнакомые имена, в том числе и испанские. Она таких никогда не слышала!

Наконец Марисоль взяла одну из книг и пробежала глазами первую страницу. Это были чудесные стихотворения неизвестного ей автора, и она, не отдавая себе в этом отчета, направилась к креслу и, опустившись в него, с головой ушла в чтение. Поэзия оказалась волнующей и красивой. Марисоль очень прониклась и с жадностью читала, незаметно переворачивая страницу за страницей, все больше отрешаясь от реальности.

– Что ты здесь делаешь? – заставил ее вздрогнуть суровый голос, прогремевший как гром среди ясного неба. Марисоль от испуга даже выронила книгу!

– Я… – в страхе подняв глаза на хозяина, залепетала она. – Я… искала… книгу.

– Кто разрешил тебе войти сюда и взять книгу? – звучала в голосе угроза.

– Я… спросила… – начала Марисоль, но прикусила язык. Она не хотела навлечь неприятности на Анниту. «Вдруг приводить кого-то в библиотеку тоже непозволительно, и Аннита вновь нарушила какой-то запрет? Но что же тогда делать? – лихорадочно метались в голове Марисоль путаные мысли. – Сказать, что я вошла сюда по собственному желанию? А если он так рассердится, что ударит меня?» – в страхе подумала Марисоль и вся сжалась. Фоско испепеляюще ее рассматривал. – Я ведь не сделала ничего плохого, – произнесла Марисоль неожиданно смело. – Мне стало скучно, и я хотела только найти книгу, чтобы немного развлечься. Я спросила у Анниты, нет ли здесь книг, и она рассказала мне о библиотеке, – говорила Марисоль, несказанно удивляясь тому, как ровно звучит ее голос, и как смело она смотрит в синие холодные глаза. – Разве я совершила непозволительный поступок, войдя сюда?