Селфи на балконе (СИ) - Снатёнкова Алёна - Страница 61

— Красотка! — С другого конца коридора орет Суханов, и мне показалось, что стекла звякнули.

Чего орать-то, будто мы на лобном месте.

— Красотка? — удивляется Кристинка, смотря на подходящего к нам Назара.

— С памятью у него проблемы. Имя мое запомнить не может. — Поясняю, но девушку не проведешь.

— Ладно Корней, его совесть в детстве хомяк съел, но ты то, как могла мне такую свинью подложить? — Он смотрит на старосту, и замолкает. — Мадам, я ненадолго отберу у вас эту неблагодарную особу.

— Я на минуту. — Говорю, а потом отхожу с ним в сторону. — Ты, вообще, о чем?

— Значит, пока я там отбивался вместо Дана от малолеток, вы замутили драку года, и меня на нее не позвали.

— Чего?

— Красотка, не надо тут ля-ля. Знаю я, как Дан, Селезнева размотал. А потом и сам еще фонарь заработал, когда на тебя отвернулся.

— Назар, у тебя температура? Не было такого.

Для убедительности я даже руку протянула, чтобы до лба парня прикоснуться. Не горячий. Может, от рождения с головой проблемы, и дело не в жаре? Честно я бы и этому не удивилась.

— Тогда почему их обоих сегодня нет?

— Мне это тоже интересно.

В двух словах рассказываю парню про наше утро, стараясь не упускать деталей. И про уход резкий рассказала, и про ключи, и про оставленный на тумбочке телефон. Назар внимательно слушает, попутно доставая свой гаджет из кармана брюк.

— А машина?

— Не подумала посмотреть.

— Всему вас ба… девушек учить надо. Если без ключей ушел, значит где-то близко. Не привыкли его ноги пешком ходить, понимаешь?

— И где он? Даже если обиделся, мог бы мне прямо об этом сказать, а не уходить молча.

— Он не баба, чтобы обижаться. — тут же вступается за друга. — Слушай, это же ты. Должна быть какая-то причина, чтобы он свалил, одну тебя оставив. Глебу позвоню.

Приложив телефон к уху, он подходит к окну, а я жестами показываю Кристине, что подойду к ней через минуту. Несколько слов, которых я толком не расслышала, и Суханов уже возвращается ко мне, улыбаясь при этом.

— Ну что?

— Поехали, Джульетта? Твой Купидон снова в деле.

Пошла, не раздумывая, правда, все-таки тормознула, чтобы старосту предупредить.

— Скажи, что она медаль получает. — встревает Назар, подсказывая идею для причины моего ухода. — Или лучше статуэтку.

— Да не будут спрашивать. А «эн-ку» я просто ставить не буду и все. — Успокоила она меня, и покосилась на Суханова. Оно и понятно, такой-то бред услышать. Надеюсь, в дурку не позвонит, как только мы уйдем. Парень мне еще нужен. Он про Даню узнал что-то и молчит. Гад — конспиратор.

Мы вышли из здания, и пошли в сторону парковки, где стоял Купидонский форд. И я даже удивилась, когда мы подъехали к нашему дому. Назар быстро сбегал к консьержу, и тут же вернулся.

— Не возвращался?

— Не-а.

И снова дорога. Снова светофоры. Пробки. Удивительно, но остановились мы возле здания, куда однажды меня Корнеев ночью привозил.

— Он на крыше?

— Ты здесь была? — удивляется парень, хлопая дверью.

— Угу.

— Красотка, ну я точно на вашу свадьбу с крыльями и стрелами притащусь.

И зачем Даня сюда пришел? Мог бы и дома посидеть в таком случае. Когда мы уже в лифте поднимались, я все-таки решила спросить об этом у блондина.

— Рассказывай, что тебе Глеб сказал.

— Что они его сюда подкинули. — и плечами пожимает, словно больше ничего не знает. Но я же вижу, что врет. Причем нагло врет.

— Назар!

— О, приехали.

Приехали. Только вот не на крышу, как я раньше думала, а на этаж, где было несколько дверей.

— Первая дверь справа. Иди, я чуть позже подойду. Дела.

— Какие? — на автомате спрашиваю, уже выдвигаясь к двери.

— Видела блондинку за стойкой? Ай, рассказ не для твоих детских ушей. Беги уже, Ромео в шоке будет.

Лифта увозит парня вниз, когда я без стука открываю дверь.

Первое, что бросается в глаза — белая циклорама во всю стену. Перед ней высокий стул. А рядом на столике современный ноутбук и камера. В зале минимум мебели, не считая реквизита для съемок.

Я ломаю голову, куда он исчез, а Корнеев в студию уехал?

Отлично.

Виновника моих убитых нервных клеток, я нахожу на балконе. Меня он кажется не слышал, продолжал что-то рассматривать в планшете, сок попивая из бумажного стаканчика.

Поддавшись вперед, делаю шаг к нему.

— Дань? — Зову парня, привлекая к себе внимание.

Он резко оборачивается, задевая стаканчик, который тут же падает на пол. Ничего не скажешь, эффектно Туська дала о себе знать.

— А я хотел тебя с последней пары забрать. — Вдруг говорит он, запутывая меня окончательно. — Не успел. Ты как доехала?

— Назар.

Мы оба не двигаемся с места, продолжая смотреть друг на друга. У меня от этого взгляда ком в горле образовался. Вроде ничего не изменилось, но в то же время, все как-то по-другому.

— Ты зачем ушел?

— Нат, я…

— Просто скажи, почему я, как дура бегала по квартире и места себе не находила? — Ты беспокоилась?

— Корнеев, издеваешься, что ли? Ты ушел, ничего не сказав. Ключи эти дурацкие людям не вернул. Телефон оставил дома. Конечно я беспокоилась. Истеричкой тебя называла, и не только. Весь папин лексикон вспомнила.

Чем больше говорила, тем сильнее казалось, что скоро сама в истеричку превращусь.

— Решил дать тебе время.

— На что?

Он проводит рукой по волосам, подходя к перилам.

— Подумать, Нат. Хотел, дать тебе время, чтобы ты все обдумала.

— А я думала, что ты обиделся.

— Я ж не баба… девушка, чтобы обижаться. — Всхлипываю, вспоминая такие же слова Назара.

— Дань, я ключи на автомате в руки взяла. У меня и в мыслях не было, воспользоваться ими.

— Да?

— Да. Сваливать не нужно было, тогда бы сразу все узнал.

— Дурак.

Корнеев разворачивается, и идет ко мне, прикусывая губу. Но в глазах радость. И… блин, да мне кажется, что он и не сомневался. Тогда, где логика? Чего уходить-то было?

— Согласна. Ты дурак в квадрате.

Он подошел, взяв за руку, а я растерялась. Секунду назад была на взводе, а уже стою пуская мыльные пузыри из носа. Хотелось закричать: «Хватит. Хватит превращать меня в растаявшее мороженое». Но промолчала. Потому что рот открыть не могла. Засмотрелась, как обычно.

— Надо ключи вернуть, перед тем, как Мамаевы в аэропорт уедут.

— Ты остаешься, и мне не нужно будет тебя веревкой к батарее привязывать?

Даня непросто смотрит в глаза, он мне в самую душу заглядывает.

— Еще неизвестно, кого привязывать придется. Это я, между прочим, тебя ждала.

Только вот, парень игнорирует укор в моем голосе, и прижимает меня к себе, проводя кончиками пальцев по волосам.

— Нат, первый и последний раз я тебе выбор предоставил. Серьезно. Не возникай даже. Я себе места не находил, гадая, ушла ты или осталась. Консьержа звонками доставал, спрашивая, выносил ли ежик на себе сковородки.

— А мне позвонить не додумался?

— Дурак в квадрате, да?

— Нет. — Утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхая такой уже родной запах. — В кубе.

Руки парня гладят меня по спине.

— Никаких переездов. Одна квартира. Одна комната. Одна ванная.

— Да. — Слишком громко отвечаю ему, выдавая все свои эмоции.

— Как же давно я хотел услышать от тебя это «да». Нат, ты даже представить себе не можешь, как ты важна для меня. Вся ты. Вместе со своими колючками и чугунными сковородками. Еще утром я чувствовал, что все идет так, как надо. Но потом когда Глеб ключи привез, решил испытать удачу. Захотел дать тебе выбрать: уйти или остаться, и…

— Голубки! — голос Назара прервал Даню, и мы вместе посмотрели на это чудо в перьях.

Насчет перьев — не вру.

На спине Суханова действительно были белые крылья, которые на груди черными ремешками застегивались.

— Фото на память? — Наводит на нас объектив, тут же нажимая на кнопку. читай на к-ни-го-ед.нет