Магиран из Прошлого (СИ) - Русак Екатерина Германовна - Страница 38

- Какое там работаем! – недовольно послышалось из толпы. – Утром полиция по домам прошлась, здоровых мужиков похватали и на работу сюда пригнали.

- Все, братцы, рабство ваше закончилось, - объявил я. – Полиции больше нет. Я тоже не полицай.

- Слагаете с себя обязанности, господин полицейский? – услышал я вопрос.

- Нет! Я никогда не служил в полиции. Я – простой пехотный офицер! Не из штабных.

Один из них, мужичок лет пятидесяти осмелился спросить меня:

- А тогда почему вы… полицейских казнили? И форма на вас полицейская… Кто вы?

- Кто мы? – переспросил я, сверкнув золотой фиксой. – Мы – обычные люди, которых полицейская власть отправила в лагеря без всякой вины! Мы – люди, которых в лагере одели в военную форму и отправили защищать власть кровососов! Мы – люди, которые больше не желают жить под пятой вечного страха и выполнять дурацкие постановления зажравшегося правительства и вместо зарплаты получать кукиш с маслом! Вот кто мы такие.

Грузчики начали переговариваться между собой вполголоса обсуждая услышанное.

- Выходит вы что-то вроде махновцев? – предположил мужичок.- Поэтому полицаев на тот свет сразу спровадили.

- Нет, - не согласился я. – Мы не анархисты. Мы за порядок. За справедливость. А убил я плохих полицейских, ставших на путь мародёрства.

- А что в мире-то происходит? – спросил один из грузчиков. – Ничего мы тут не знаем. Связи совершенно никакой нет.

- Плохие дела в мире! – я сокрушённо помотал головой. – Началось всеобщее радиоактивное заражение местности. Вся Европа находится в руинах. Вам тут оставаться опасно. Умрёте от радиации. Уходить вам отсюда надо и поскорее. Радиоактивную пыль с запада сюда ветром принесёт уже через двое-трое суток.

- Так и Москвы, мы слышали, больше нет! – сказал один грузчик.

- И Питера тоже! – подал голос второй.

- Мы и без Москвы и Питера обойдёмся! – заявил я решительно. – Были бы живы!

- А нас с собой не возьмёте? – поинтересовался молодой парень.

- Есть желание – возьмём! – ответил я, но сразу предупредил: – Но только я начальник строгий!

- Надо подумать! – сказал один из мужичков и достал из кармана сигареты.- Вопрос серьёзный!

- Пока ты думать будешь – в мутанта превратишься! – тут же прозвучал ответ. – Или зомби! Верно офицер сказал!

Страсти разгорелись:

- А дома? А добро всё как бросить?

- Какой у тебя дом? Хибара столетняя!

- А у тебя халупа, что лучше?

- Поэтому её и бросать не жалко!

- А детей куда девать?

- С собой, конечно! Я свою семью не брошу!

- Тут опасно!

- А как легко они полицаев убили…

- Революция без крови не бывает!

- А куда они едут?

- Вот ты у них и спроси!

Я дождался пока прекратятся споры, и закончится обмен мнений, взял слово:

- Теперь вы все, выслушайте меня! Мы будем искать место, которое наименее пострадало и пострадает в будущем от радиации. Людей класса А и Б больше не существует: большинство их проживало в крупных городах, а города эти подверглись наибольшему разрушению. Тоже самое произошло по всему миру. Поэтому никаких военных действий со стороны зарубежных стран, скорее всего, не будет. Но именно поэтому сейчас будут образовываться разные местные правительства из бывших полицаев, пытающиеся сохранить своё влияние и банды грабителей. Те и другие будут использовать силовые акции устрашения. Мы же не просто бежим, а хотим создать свою республику, в которой не будет классового общества, в которой каждый может рассчитывать на  возможность безбедного содержания семьи, иметь свой дом, получить быструю помощь врача и иметь кусок хлеба в старости. Но для этого каждому нужно будет много работать, научиться уважать своего соседа и если понадобиться, защищать своё достояние с оружием в руках. Те, кто хочет жить по-старому и медленно умирать от радиации или принять смерть от рук вооружённых бродяг, могут оставаться дома. Каждый выбирать должен сам. Я никого не принуждаю следовать за нами.

- Мы готовы! – раздалось несколько голосов. – Что нужно делать?

- Выберете себе старшину, найдите ещё одну такую фуру и загрузите её полностью продуктами, - ответил я. – Нам нужен удобный автобус для женщин и детей. Старые вещи, кроме одеял, кастрюль и сковородок можно с собой не брать…

Тут меня вдруг разобрал смех. На немые вопросы, я, всё ещё посмеиваясь, добавил:

- По пути мы всё возьмём для переселенцев всё новое и самое лучшее!

- А-а! – гул скрытого удовольствия пронёсся по складу.

- Так фуру мы уже загрузили, - сказал кто-то.

- Одна хорошо, а две лучше! – заметил я. – Понятно?

- Понятно, - произнёс молодой парень, который первый попросился ко мне.

- Но, - мой голос стал жёстким, взгляд с прищуром пробежал по лицам людей. – Предателей, тунеядцев, алкоголиков и паникёров рядом с собой терпеть не буду. Сразу всем это говорю! Время не ждёт. К утру быть всем готовым к отъезду. Выполнять!

Я был уверен, что далеко не все из них захотят следовать за мной. И причин будет различных множество. Только мой призыв имел совсем другой смысл: отобрать среди толпы людей исключительно отважные и деятельные натуры, которые не испугаются трудностей и будут опорой нашего нового поселения.

Я был уверен, что тут, вблизи линии фронта, нас никто не будет искать. У военных на это не было сил. Два БТР вполне достаточно, чтобы дать отпор полиции. Но что-то мне подсказывало, что полицейских тут быть больше не должно.

Но когда грузчики разбежались, на меня надвинулся Штык:

- Зачем нам нужны эти люди? – спросил меня он. – Пока нас мало, мы втихую просочимся, куда нам надо. А так за ними табор целый потащится…

- Много ты понимаешь! – возразил ему Лука. – Что ты один можешь сделать?

- Валера, - сказал я, обращаясь к Штыку. – Нам не выжить четверым. Человек – стадное существо! Один он никак не может. Робинзон Крузо в одиночестве на своём острове одичал через два года1! Понимаешь?

- Кто это такой, Робинзон Крузо? – спросил заинтересованно Штык.

- Потом расскажу, - ответил я.

Как тяжело жить в мире полуграмотных незнаек! Штык временами меня просто бесил, задавая, как мне казалось, поистине примитивные вопросы. Но это была не его вина. Всё дело в том, что ему просто не дали возможность учиться.