Путь отречения. Том 1. Последняя битва (СИ) - Шевцова Анастасия - Страница 84

— Ты далеко заходишь, — гневно зашептал хозяин таверны. — Пойди протрезвей, потом и поговорим.

Что-то снова громыхнуло по полу. Очевидно, в подкрепление своих слов один из говоривших швырял на пол мебель.

— Войска Миэля в полтора раза превосходят по численности все гарнизоны вместе взятые. Тебе недолго осталось носиться со своими бочками, помяни мое слово! В сотый раз повторяю: надо искать связи среди северных. Продай мне долю, и я все устрою. Предсказание Морло вот-вот сбудется, не время жалеть деньги, болван ты этакий!

— Деньги?! — раздался возмущенный возглас. — Пошел-ка ты прочь, вот что… Да чтоб больше я тебя здесь не видел! И дружкам своим передай, пусть знают! Хватит мне голову морочить своими сказками — никто, кроме тебя, в них не верит и не поверит!

— Как знаешь. Потом не говори, что я не предупреждал.

Послышались тяжелые шаги, хлопнула дверь, что-то упало и разбилось… А затем наступила тишина.

Судорожно вдохнув, Лирамель несколько раз зажмурила и открыла глаза, силясь остановить подступающую дурноту. Не обращая внимания на протянутую к ней руку брата, она села на пол, все еще сжимая в руке меч, и тщетно пыталась успокоить дыхание. Сердце стучало как бешеное, отзываясь в груди тупой болью.

— Будь тут, — коротко произнес Кристиан и ободряюще похлопал ее по плечу. — Я все узнаю.

На этот раз Лирамель не стала возражать. Ей было так страшно, что хотелось просто исчезнуть.

Убрав клинок в ножны, брат быстро спустился по лестнице и окликнул хозяина таверны.

— Вы слышали, господин? — спросил Кико слегка дрогнувшим голосом. — Я надеялся, что грохот вас разбудит. Герцогиня Фалинор… Ей-то верить можно, да только мне бы она не поверила. Так что, простите, пришлось опоить ваших людей, чтобы они не смогли помешать. Другого шанса могло не представиться: Ее Высочество большое влияние имеет и, конечно же, сумеет донести обо всем Совету и королеве…

— Стоило все рассказать раньше, а не устраивать представление среди ночи, Кико.

— А вы бы поверили? Нет, господин, и не спорьте! Ни один человек не знает столько новостей, сколько мы: вино творит с людьми чудеса. Мне известно, что юг не в курсе, что здесь происходит, а происходят вещи поистине странные. Наро — всего лишь мелкий торговец. Он поставлял мне сыр и колбасы, но знает намного больше любого жителя окраин, включая наших генералов. У него есть связи с теми, из проклятых земель! Я давно наблюдал за ним и ручаюсь, что он нечист совестью, да и на руку тоже.

— То, что он говорил — правда? — спокойно спросил Кристиан, однако Лирамель без труда расслышала сквозившее в голосе брата напряжение.

— Да, господин! Уже как лет семнадцать-восемнадцать около границ витают слухи и домыслы. Я тоже не верил, но этого малого знаю слишком хорошо — он любит прихвастнуть, но так бы врать не стал. И выгоды своей не упустит.

— А кто такой Миэль?

— Это их князь, предводитель, божество. Лучше не произносите его имени вслух. Говорят, что он имеет какое-то родство с Морло. По словам Наро, ему так сказали сами дикие. Сам я их не видел, но…

— К чему ваш приятель упомянул о предсказании? — нетерпеливо перебил его Кристиан. — Что он имел в виду?

Кико закашлялся.

— Пророчество, господин… В старых балладах поется, что существуют три пророчества о Последней Войне. В одном из них сказано, что прямой потомок Арматея в конце времен уничтожит Королевство силою проснувшегося Дракона. И еще о великом падении. Все тут, на границе, с детства знают эти песни: их нам с колыбели мамки поют. Северяне крепки памятью, не то что… — хозяин запнулся и тяжело вздохнул: — Простите, Ваше Высочество, это я так.

Повисла минутная тишина.

— Я знаю о пророчествах, но только о двух, — недоверчиво заметил Кристиан, и Лирамель расслышала в его голосе нотку страха.

— Верно, — с готовностью ответил Кико. — Мне доподлинно известно только одно: то, которое проклятый Морло изрек. Но я слышал от деда, что есть и второе, написанное самим Арматеем. Вы ведь наверняка всяким премудростям обучались, должны знать.

Кристиан не ответил.

— Отчего же вы не сообщили обо всем своему генералу? — выдержав долгую паузу, глухо спросил он.

— Я сообщал, мой господин! Как впервые услышал от этого прохвоста, что война готовится, так и написал. С голубем побоялся, сами понимаете… Так что гостил у меня парнишка, поступать хотел в Академию. Рэйн, кажется, его звали. Лично ему в руки и дал, да и отписал он потом, что поступил и подкинул одному из стопников. Больше месяца прошло… А все тихо и тихо. Никто с юга вообще ничего не знает, да и северные наши старые сплетни только обсуждают. Я уже хотел снова кого послать или сам поехать, да узнал Ее Высочество. Уж она, думаю, шум поднимет: сын-то ее в Бартайоте…

— Не волнуйтесь, королева в курсе всего, что происходит, — поспешил заверить его Кристиан. — Спасибо, что прояснил некоторые детали, я передам ваши слова герцогине, и она немедленно отпишет в замок.

— Господин… Я взял на себя дерзость рассказать знакомым… Советовал уходить в глубь страны. А мы-то с сынками тут переждем, может, подсобим чем.

Что ответил хозяину брат, Лирамель слушать не стала. С трудом поднявшись на ноги, она медленно повернулась и побрела вдоль стены к комнате.

«Почему все это происходит со мной? — пульсировало у нее в висках. — Почему я?».

Подоспевший Кристиан решительно взял ее под локоть и, ничего не говоря, потащил к двери. Трижды постучав, он дождался, пока Фалинор откроет засов, и сам толкнул тяжелую створку.

— Оставьте нас на пару минут, — попросил он, взглянув на растерянную тетушку. — И, если нетрудно, соберите вещи: мы уезжаем немедленно.

Подождав, пока дверь за герцогиней закроется, Кристиан осторожно усадил Лирамель в кресло и опустился перед ней на колено.

— Ты в порядке? — В его хриплом голосе не было и тени сочувствия.

Лирамель осторожно кивнула.

— Хорошо. — Встав, брат отвернулся и, подойдя к камину, взял чернильницу с пером и бумагу. — Прости, но на слезы и причитания у нас нет времени, — с какой-то злостью бросил он через плечо. — Если бы ты не настояла на смене маршрута… Интуиция тебя редко подводит, а я был слеп. Слеп и глуп. Мы все дорого за это заплатим. — Сев за небольшой прямоугольный столик слева от камина, Кристиан стал быстро что-то писать. — Тетя с офицерами продолжит путь к Бартайоте, — спустя пару минут уже немного спокойнее произнес он. — Они нас только задержат, да и с Аармани легче договориться через посредника. Нужно действовать быстро: ты немедленно примешь власть в свои руки и подготовишь Королевство к войне.

— Я не смогу… — с дрожью в голосе выдохнула Лирамель, чувствуя, что у нее нет сил даже на то, чтобы ему возражать. — Пусть Карл…

— Войскам нужна законная королева. Ты сможешь — у нас нет другого выхода. Я передам к Аармани письма, чтобы от твоего имени он приказал готовить северные крепости к обороне. Я также отошлю голубя к Лафасту: нужен его совет и одобрение. Этого человека уважают все: от высших офицеров до простых землепашцев, с ним можно быть откровенным. Часть горготского гарнизона мы перебросим к побережью под предлогом учений. Рамс созовет все торговые суда. Получив мое распоряжение за твоей подписью, он не станет сразу же уточнять у Карла детали… Тем более скоро ярмарка, вряд ли кого-то это насторожит. — Кристиан задумчиво поджал губы, а затем решительно тряхнул головой и добавил: — Думаю, мы должны напасть первыми, если успеем, конечно. И надеюсь, у торговцев достанет кораблей.

Слушая его, Лирамель с ужасом смотрела на свои руки. Ей трудно было поверить, что по бледно-синим венам, так резко и страшно выделяющимся под ее белой кожей, текла красная кровь. Все-таки предчувствие, тень которого промелькнула еще тогда, в Большом мире, не обмануло.

«Как у мертвеца…», — подумала она с внутренним отвращением, а вслух сказала:

— Никогда бы не подумала, что все это может случиться с нами.

Хмыкнув, Кристиан запечатал письмо и резко встал, уронив деревянный стул.